Запад - Россия - Восток. Том 1 (1184491), страница 101
Текст из файла (страница 101)
Здесь также ломка традиционных общинных отношений, вызванная экономическим прогрессом, появлением денег и частной собственности, ростом научных знаний и успехами медицины, создалиблагоприятную почву для духовных перемен. Примечательно, что и в356Китае первыми "оппозиционерами выступали аскетствовавшие бродячие мудрецы, подготовившие в эпоху "Чжань го" ("борющихся царств")наступление "золотого века" китайской философии. Хотя отдельныефилософские идеи можно обнаружить в еще более древних памятникахкультуры, каковыми в Индии были упанишады и отчасти «Ригведа»,а в Китае — «Ши цзин» («Канон стихов») и «И цзин» («Книга перемен»), философские школы и в том и в другом регионе складываютсяприблизительно в VI в.
до н.э. Причем в обоих ареалах философия,достаточно длительное время развивавшаяся анонимно, отныне становится авторской, будучи связанной с именами Гаутамы Шакьямуни —Будды, основателя джайнизма — Махавиры Вардхаманы, первого китайского философа — Конфуция, даосского мудреца — Лао-цзы и др.Если в Индии многочисленные философские школы так или иначесоотносились главным образом с брахманизмом и буддизмом, то вКитае — преимущественно с конфуцианской ортодоксией. Правда, вИндии размежевание на отдельные школы не привело к официальному признанию приоритета какого-либо одного из философских направлений, в то время как в Китае конфуцианство во II в.
до н.э.добилось официального статуса государственной идеологии, сумев сохранить его до начала XX в. Наряду с конфуцианством, наиболеевлиятельным в соперничестве "ста школ" были даосизм и легизм.Арабо-мусульманская философия — явление средневековья, а потому ее становление и развитие значительно отличались от аналогичныхпроцессов в древних цивилизациях Индии и Китая. По-существу интеллектуальная история арабов началась со времени появления ислама,т.е.
в начале VII в. Само по себе мусульманское вероучение былопродуктом взаимодействия арабской культуры, идей христианских ииудейских, довольно широко распространившихся на Аравийском полуострове к концу VI в. В монотеистическом учении пророка Мухаммедаотразились радикальные перемены, связанные с разложением родоплеменных отношений, складыванием единой для арабов государственности. Создание уммы — общины, состоявшей из последователей пророка Мухаммеда, — было первым шагом на пути объединения людей попризнаку, отличному от родства, кровной связи; то было начало становления государства.В основу исламского учения легли Коран и сунна, тексты которыхбыли "отредактированы" к концу IX в.
Однако ни мусульманскоеПисание, ни Предание не могли дать ответы на все вопросы, которыеставила жизнь, особенно в стремительно развивающемся и экспансирующем мусульманском обществе. Так появились дополнительные "корни-источники" — кийас (суждение по аналогии) и идясма (единодушное мнение), позволявшие расширенное толкование Корана и сунны.В конечном счете мусульманская экзегетика (а точнее, юриспруденция)оформилась в четыре школы мазхаба, две из которых (ханифиты ишафииты) были либеральными, а две другие (ханбалиты и маликиты) — консервативными.
О позиции, в частности маликитов, яркосвидетельствует утверждение, приписываемое их основателю Малику бенАнасу (ум. 795) о том, что "вера является обязанностью, а вопрошание — ересью". В результате соперничества между двумя полярными357тенденциями в мусульманской экзегетике возникла схоластическая теология — калам.Не только внутримусульманская полемика, но и необходимостьпарирования критики в адрес исламского вероучения не принявшихего идолопоклонников, а также рядом соседствовавших христиан ииудеев стимулировали обращение мутакаллимов — поборников калам а — к логической аргументации.Появление собственно философских школ на Арабском Востокенапрямую связано с переводческой деятельностью. Сирийские христиане первые познакомили арабов с произведениями античных мыслителей.Наибольшее влияние на развитие арабской философии оказали трудыАристотеля, не случайно поэтому название "восточный перипатетизм".В научных кругах не прекращаются споры о генезисе и своеобразии восточного перипатетизма.
Долгое время в европейской литературе безраздельно господствовало мнение об исключительно эпигонскомхарактере арабоязычной философии. Гегель утверждал, что она непредставляет самостоятельной, "своеобразной ступени в ходе развития философии". По словам Э. Ренана, "все, что семитский Восток исредние века имели в области философии в собственном смысле слова, они заимствовали у греков".Действительно, в основу учений, разрабатывавшихся перипатетиками мусульманского Востока, лег "неоплатонизированный" аристотелизм. Отчасти причиной этого явилось то, что знакомство с идеямиАристотеля состоялось через «Теологию Аристотеля» и «Книгу о причинах», переведенные на арабский язык по инициативе первого "философаарабов" ал-Кинди.
«Теология» содержала фрагменты из «Эннеад»Плотина (4-6) и отдельные тексты самого Аристотеля. Что касается«Книги о причинах», то она представляла собой произведение Прокла — «Первоосновы теологии» [3].Дальнейшее развитие не было результатом "оплошности", легковерия или невежества арабоязычных перипатетиков, а тем более следствием отсутствия у них "критических способностей". Усвоение нечистого, а неоплатонизированного аристотелизма явилось сознательным, преднамеренным выбором.Глава 2.
Ф И Л О С О Ф С К О Е ПОНИМАНИЕ НАЧАЛАЧто волновало первых философов, размышления над какими проблемами вызывали в их среде не только дискуссии, полемику, но иожесточенную борьбу? Видимо, те самые, которые остаются вечными,ибо пока жив на земле мыслящий человек, он неизменно будет вопрошать,что есть этот мир и каков смысл его собственного существования в нем.Мифологическая картина мироздания не различала реальное и иллюзорное, не выделяла человека из окружающего мира, а напротив,одушевляла последний, очеловечивая его. Самые древние мифы описывают происхождение космоса не иначе, как по аналогии с биологическим рождением.
У индийцев то было брачное сочетание неба и земли.В воображении древних китайцев из бесформенного мрака родились358две силы, упорядочившие мир: дух ян стал управлять небом, а женскийинь — землей.Пока человек сталкивался главным образом со злом как проявлением сил природы, он относил его исключительно за счет сверхъестественных, надприродных сил. Но когда носителями зла все чащестановились сами люди, инородцы и даже соплеменники, это заставляло усомниться в привычных представлениях. Человеческое страданиев различных его проявлениях было стимулом к раздумьям, поискуглубинных смыслов. Символична в этом отношении легенда о Будде.Сын царя индийского племени Шакья по имени Гаутама жил в полномблагополучии до тех пор, пока однажды, выехав за ворота дворца, неувидел калеку, старца, похоронную процессию и наконец аскета. Этичетыре встречи потрясли Гаутаму, ранее не знавшего, что в мире естьгоре, и побудили его покинуть дворец, начать жизнь аскета. Прозрениенаступило после шести лет сомнений и поисков.
Гаутама стал просветленным — Буддой, поняв, что жизнь есть страдание, страдание имеетпричины и существует путь к избавлению от него.Неудовлетворенные мифологическим описанием происхождения мира, древние мыслители, подобно одному из мудрецов упанишад Уддалаке, начали задаваться космогоническими вопросами: „Как же,дорогой, могло это быть? Как из не-сущего родилось сущее?" — иотвечали: „Напротив, дорогой, в начале это было Сущим, одним безвторого...
И где еще мог бы быть его (тела) корень, как не в пище?..Если вода — росток, ищи корень в жаре. Если жар — росток, ищикорень в Сущем, прибежище в Сущем, опору в Сущем" (Чхандогьяуп. VI. 2,2; 8.4). Таким образом, философы, отказываясь от мифологического объяснения "порождения", утверждали "причинность"возникновения мира.От того, как понимается "Начало", зависит в конечном счете представление о производном из него космосе, мире, порядке вещей.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
