Миронов В.В. Философия. (2005) (1184477), страница 83
Текст из файла (страница 83)
Анненков в своих «Литературныхвоспоминаниях» называл спор между славянофилами и западниками «спором двухразличных видов одного и того же русского патриотизма».Впоследствии термины «славянофил» и «западник» приобрели специфическуюполитизированную окраску. (В наши дни так называют политиков или представителейпротивоборствующих политических направлений, за которыми стоит соответствующий«электорат».) Славянофильство и западничество первой половины XIX в. не следуетрассматривать как враждебные идеологии. Западники и славянофилы сыграли важнуюроль в подготовке российского общественного мнения к крестьянской реформе.«Положение 19 февраля 1861 г.», составленное славянофилом Ю- Ф.
Самариным иодобренное митрополитом Московским Филаретом, было поддержано также одним излидеров западников — К. Д. Кавелиным. Кроме того, попытка разделить всехучастников философских дискуссий того времени строго на два лагеря (кто незападник — тот славянофил, и наоборот) не соответствует исторической правде.Славянофилов объединяла приверженность христианской вере и ориентация насвятоотеческие источники как основу сохранения православной русской культуры,западничество же характеризовалось приверженностью к секулярным воззрениям иидеям западноевропейской философии.362Большим знатоком философии Шеллинга и Гегеля был Н. В.
Станкевич, основательфилософского кружка, в который входили М. А. Бакунин, В. Г. Белинский, В. П.Боткин и др. Философские и исторические идеи, характерные для западников, былиизложены К. Д. Кавелиным, автором работы «Взгляд на юридический быт древнейРоссии» (1847). Так же как и славянофилы, Кавелин подчеркивал своеобразиеисторического пути развития России, хотя ее будущее понимал по-своему. Один изоснователей так называемой государственной школы в русской историографии, онпризнавал решающее значение государственного элемента в отечественной истории.2.
Философия истории П. Я. ЧаадаеваПетр Яковлевич Чаадаев (1794—1856) занимает в истории русской философии особоеместо. Он был близок к декабристским обществам, но не принимал участия взаговоре 1825 г. (находился в то время за границей). Будучи активным участникоммосковских философских кружков 30—40-х гг., Чаадаев, однако, не разделялполностью идейную ориентацию ни одного из них. Испытывая влияние философииШеллинга (переписывался с ним и признавал большое теоретическое значение егоидей), он тем не менее не был собственно «шеллингианцем».
Европеец по привычками жизненным устремлениям, особенно симпатизировавший идеалам средневековойкатолической Европы, острый критик Российского государства и его истории,Чаадаев вместе с тем не был настоящим западником. Несмотря на своюрелигиозность, он не примкнул ни к одному религиозно-философскому учению.
Герценпервым причислил философа к мученикам русского освободительного движения, назвавпубликацию его первого «Философического письма» (1836) «выстрелом, раздавшимся втемную ночь». На самом же деле Чаадаев никогда не был революционером.П. Я. Чаадаев участвовал в Отечественной войне 1812 г., в составе лейб-гвардиибыл в Заграничном походе русской армии, имел боевые награды. В 1820 г.
он былкомандирован в Германию, в Троппау, для доклада находившемуся там в то времяАлександру I о происшедших в Семеновском полку волнениях. Многие считали, чтопосле выполнения этого важного363поручения Чаадаев получит повышение по службе, однако неожиданно он подал вотставку и уехал за границу. По возвращении в Россию в 1825 г.
поселяется вМоскве, на Новой Басманной улице, и получает прозвище «басманного философа»(себя Чаадаев предпочитал именовать «христианским философом»).Интерес к изучению европейской философии у Чаадаева проявился еще в юности. Кчислу его учителей (и домашних, и по Московскому университету) принадлежалиисторик К. Шлецер, сын известного немецкого историка Августа Шлецера, и философИ. Буле, познакомивший его с немецкой философской классикой. Уже в эти годы онстал библиофилом и собрал большую философскую библиотеку, проданную им в 1821 г.его родственнику, будущему декабристу Ф. П. Шаховскому.
Вторая его библиотека,насчитывавшая более пяти тысяч томов, свидетельствует об изменении умонастроенийЧаадаева в сторону усиления внимания к религиозной проблематике (религиознаяфилософия, богословие, церковная история). Разумеется, множество книг каквторой, так и первой библиотеки представляли собой работы историческогохарактера, и в этом отношении его интересы были неизменны.При жизни Чаадаев публиковался дважды (оба раза под псевдонимом).
Первая статья— «Нечто из переписки NN» (1832). Другая статья — «Философические письма к Гже***. Письмо первое», напечатанная в журнале «Телескоп» в 1836 г., представляласобой лишь часть основного сочинения Чаадаева, состоявшего из восьми«Философических писем». Причем весь цикл «Писем» был написан в 1828—1830 гг., т.е. за несколько лет до публикации в журнале. Автор, скрывавшийся подпсевдонимами, был сразу же узнан, так как рукописные копии «Писем» Чаадаевадавно уже ходили по рукам. Цензор А. В. Болдырев, ректор Московскогоуниверситета, был отправлен в отставку, журнал «Телескоп» закрыт, а его издательН.
И. Надеждин сослан в Усть-Сысольск (ныне Сыктывкар). Чаадаев был вызван кмосковскому обер-полицмейстеру, где он дал подписку «ничего не печатать». Попричине приписанного Чаадаеву «помешательства рассудка» за ним был установленполицейский и врачебный надзор. Через год надзор был снят.364Главное направление размышлений Чаадаева — философское осмысление истории. Неслучайно Н. А. Бердяев в своей «Русской идее» (1946) назвал его «первым русскимфилософом истории». Хотя правильнее называть его сочинения историософскими, а нефилософско-историческими (термин «философия истории» со времен Вольтера принятоотносить к рационалистически-ориентированному пониманию истории, тогда какЧаадаев — сторонник историософии, осмысления истории в религиозных терминах).Историософичность — это, бесспорно, одна из особенностей русской философскоймысли, восходящая еще к начальному периоду ее становления (Иларион Киевский,«Повесть временных лет» и др.). В этом смысле Чаадаев — несомненный продолжательотечественной традиции, перешедшей из XVIII в XIX в., так как он (по матери)внук историка М.
М. Щербатова и близкий знакомый своего выдающегося старшегосовременника — Н. М. Карамзина. Однако, в отличие от названных мыслителей,Чаадаев мало интересовался конкретными фактами истории, реальной (внешней)канвой исторических событий. «Пусть другие роются в старой пыли народов, нампредстоит другое» — заявлял он.Как историк Чаадаев стремился не к дальнейшему накоплению исторических фактов,этого «сырья истории», а к их масштабному осмыслению. «...Истории, — по егословам, — теперь осталось только одно — осмысливать» [1]. Отсюда следовал вывод,что надо возвысить разум до понимания общих закономерностей истории, не обращаявнимания на обилие незначительных событий. Чаадаев считает философскоисторический уровень рассмотрения проблем человеческого существования самойвысокой степенью обобщения, ибо здесь лежит, по его выражению, «правда смысла»,отличная от «правды факта».
Эта правда отыскивается средствами естественныхнаук, например физиологии или естественной истории, а также эмпирической истории(называемой Чаадаевым динамической, или психологической, историей). Последняя,по его словам, «не хочет знать ничего, кроме отдельного человека, индивидуума».Сам же Чаадаев отталкивается от изречения Паскаля, неоднократно использованногов «Философических письмах» я других сочинениях: «...вся последовательная сменалюдей не что иное, как один и тот же постоянно сущий человек» [1].1 Чаадаев П.
Я. Полн. собр. соч. и избр. письма. М., 1991. Т. 1. С. 395.2 Тан же. С. 416.365По Чаадаеву, предметом истории является не просто реальный человек в егоразвитии, а человек как существо, причастное к Богу и носящее в себе «зародышвысшего сознания». В этом смысле история иррациональна, поскольку онауправляется высшей волей божественного Провидения. Но если существует, поЧаадаеву, некий общий провиденциальный замысел Бога относительно человеческойистории, то в таком случае гегелевское понятие «мирового разума» несостоятельно,ибо человек не может быть игрушкой в его руках. В письме к Шеллингу от 20 мая1842 г., приветствуя его назначение на кафедру философии Берлинскогоуниверситета, Чаадаев отвергает гегелевскую философию истории, «почтиуничтожающую свободу воли».
В этом же письме содержится характеристикаславянофильства как «ретроспективной утопии», появившейся на свет, по Чаадаеву,в результате приложения к России гегелевского учения об особой роли каждогонарода «в общем распорядке мира».История, считает Чаадаев, провиденциальна в своей основе, ибо «ни план здания,ни цемент, связавший воедино эти разнообразные материалы, не были делом рукчеловеческих: все совершила пришедшая с неба мысль». Однако он предостерегалпротив «вульгарного» понимания Провидения — Божьего промысла в истории, ибочеловек действует как свободное существо, обладающее разумом, человечество вразные эпохи своего существования выдвигает величайшие личности (Сократ, Платон,Аристотель, Эпикур, Христос и др.), деятельность которых породилаинтеллектуальные и культурные традиции, влиявшие на ход истории.
Следствиемнеустранимой свободы в исторических условиях людей является многообразиенародов, составляющих человечество: «Поэтому космополитическое будущее,обещаемое философией, не более, чем химера». С тех пор как утвердилась «истинахристианства», пишет Чаадаев, в судьбах человечества произошел великийпровиденциальный поворот, история получила ясный вектор для своего развития —установление Царства Божьего как конечная цель и план исторического здания.Причем Чаадаев понимает идею Царства Божьего не только как богословскую, но икак метафизическую, как осуществление красоты, истины, блага, совершенства не в«сфере отвлеченности», а в некоем чаемом совершенном человеческом обществе.«Отличительные черты нового общества, — указывает Чаадаев, — следует искать вбольшой семье христианских народов», в христианских ценностях, сплотившихзападный мир и поставивших его во главе цивилизованного человечества.366В своем первом «Философическом письме» Чаадаев представил типично«западнический» взгляд на философию русской истории.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
