Миронов В.В. Философия. (2005) (1184477), страница 82
Текст из файла (страница 82)
Вместе с тем Радищев,получивший образование в Германии, в Лейпцигском университете, был хорошо знакоми с трудами немецких просветителей Гердера и Лейбница. Однако политическаяфилософия Радищева была сформулирована на основе анализа русской жизни(«Путешествие из Петербурга в Москву», 1790). Автор «Путешествия» был осужден насмертную казнь, замененную на сибирскую ссылку.
В Сибири Радищев написалфилософский трактат «О человеке, его смертности и бессмертии» (1792). Задолго доО. Тьерри и романтической школы французских историков, обратившихся к народнойжизни французского общества, сосредоточенной в истории «третьего сословия»,Радищев в центр отечественной истории поставил «народ преславный», наделенный«мужеством богоподобным», — народ, перед которым «ниц падут цари и царства».Радищев был озабочен в то же время тем, чтобы превратить крестьянина, который «взаконе мертв», в «истинного гражданина», установить республиканское «равенствово гражданах», отбросив табель о рангах, придворные чины, наследственные357привилегии и т. п.
Теоретической основой республиканских и демократическихустремлений Радищева был просветительский вариант теории естественного права,взятый на вооружение многими европейскими современниками. Радищев осуждалреволюционный террор, считал, что наиболее радикальные воплощения «вольности»,рожденной в эпоху французской революции 1791 г., чреваты новым «рабством».Трактат «О человеке...» содержит изложение материалистических и идеалистическихаргументов в пользу смертности и бессмертия человеческой души.
Принято считать,что первые две книги трактата являются материалистическими в своей основе, тогдакак 3-я и 4-я книги отдают предпочтение идеалистической аргументации обессмертии души. Однако верно также и то, что Радищев подмечал слабость иограниченность некоторых положений метафизики материализма и не был сторонникомидеалистического понимания природы человека.
Так, признавая убедительностьаргументов материалистов в пользу смертности человеческой души (из опыта мыимеем возможность судить о том, что душа прекращает свое существование сосмертью телесной организации человека), он в то же время высказывал критическиесуждения в их адрес. Например, сознавая важность материалистического положенияГельвеция о равенстве способностей людей, согласно которому умственныеспособности детерминированы не природными качествами человека, но исключительновнешней средой, Радищев вместе с тем считал такой подход односторонним.
«Силыумственные», по Радищеву, зависят не только от формирующего воздействия внешнейсреды, но и от заложенных в самой природе человека качеств, от егофизиологической и психической организации.Рассматривая философское понятие «рефлексия» у Лейбница, понимаемое немецкиммыслителем как внутренний опыт, внимание к тому, что происходит в человеке,Радищев вводит свое альтернативное понятие «опыт разумный».
«Разумный опыт» даетсведения о «переменах разума», представляющего, в свою очередь, не что иное, как«познание отношения вещей между собой». «Разумный опыт» у Радищева тесно связантакже с «чувственным опытом». Они сходны в том, что всегда находятся всопряжении с «законами вещей». При этом подчеркивается, что «бытие вещейнезависимо от силы познания о них и существует по себе».358Понятие «человек» — центральная категория в философии Радищева. Преимущественнов «человеческом измерении» рассматривал он и проблемы бытия и сознания, природыи общества.Глава 3. Русская философия XIX века1. Особенности развития философских идей в России в первой половине XIX векаXIX век открывает новый этап в истории русской философии, характеризующий ееусложнением, появлением ряда философских направлений, связанных как сидеализмом, так и с материализмом.
Возрастает роль профессиональной философскоймысли, прежде всего за счет развития философского образования в стенахуниверситетов и духовных академий. Налицо также общий рост философского знания,особенно в таких его областях, как антропология, этика, философия истории,гносеология и онтология. Происходит расширение философских контактов с Западом,осваиваются новейшие достижения европейского интеллекта (Кант, Шеллинг, Гегель,Конт, Спенсер, Шопенгауэр, Ницше, Маркс).Здесь, однако, отнюдь не всегда действовал принцип «чем современнее, темистиннее». Так, декабристы вдохновлялись главным образом французской философиейпрошедшего столетия, которая считалась неприемлемой для членов кружкалюбомудров; а идеологи народничества хотя и признавали философское значение К.Маркса, но не безусловно, поскольку ориентировались также и на Конта, Прудона иЛассаля. Славянофилы, отдавая вначале дань уважения Шеллингу и Гегелю, затемсовершили «консервативный поворот», обратившись к христианской святоотеческойтрадиции.
Новизна и оригинальность взглядов русских мыслителей определялась,однако, не их чуткостью к восприятию западной философии, а акцентированиемвнимания на проблемы России, национального самосознания. Так, П. Я. Чаадаев,поклонник французского традиционализма и корреспондент Шеллинга, становитсяосновоположником русской историософии, а «русский гегельянец и фейербахианец» Н.Г. Чернышевский — создателем теории перехода России к социализму, минуякапиталистическую стадию развития.359Важные философские замыслы в XIX в. принадлежали часто не систематизаторамтеоретикам, а членам философских кружков (любомудры, славянофилы и западники),публицистам и литературным критикам (В. Г. Белинский, А.
И. Герцен, Н. А.Добролюбов, Д. И. Писарев, А. А. Григорьев, Н. К. Михайловский), религиознымписателям (К. Н. Леонтьев), выдающимся художникам слова (Ф. М. Достоевский, Л.Н. Толстой), революционным теоретикам (П. Л. Лавров, М. А. Бакунин) и т. п.Именно мыслители указанного типа, носители «вольной философии», былиинициаторами новых философских идей, развивали и обогащали терминологию, хотяони и не создавали законченных философских систем. Это не свидетельствует,разумеется, о какой-то ущербности их интеллекта. Напротив, как раз идеи такогорода значительно быстрее «схватывались» интеллигенцией и широко распространялисьчерез «толстые журналы» не только в столицах, но и в провинции.Всех этих мыслителей характеризует то, что они принадлежали к различным «идейнымтечениям», которые являлись философскими лишь отчасти, так как включали в себязначительный слой нефилософской — богословской, исторической, эстетической,социально-политической, экономической и др.
— проблематики. Идеи такихмыслителей, как П. Я. Чаадаев, Н. Я. Данилевский, К. Н. Леонтьев и др.,использовались и в XIX, а затем и в XX в. разными идейными течениями, и опять жене только в сугубо философском, но и в культурологическом, богословском и дажегеополитическом контексте.Причина, по которой русская интеллигенция теснее всего была связана с «вольной»,а не профессиональной, университетской, философией, заключается в том, чтоправительство, с одной стороны, и ученые-философы — с другой, по-разномупонимали цели распространения философских знаний. В России только поддержка состороны государства могла обеспечить функционирование системы профессиональнойподготовки в области философии. Об этом свидетельствует инициированиефилософского образования «сверху», со стороны Петра I и его дочери ЕлизаветыПетровны, поддержавшей основание в 1755 г.
Московского университета. В этомотношении правительство выполняло роль «единственного европейца» в России (поопределению А. С. Пушкина).360Университеты и ученые стояли за автономию, за права совета профессоров наруководство ходом академической жизни и свободу академических союзов, обществ исобраний. Напротив, виды правительства в области высшего образования и наукибыли охранительными в смысле зашиты от «революционной заразы» из Европы. Отсюда— правительственные притеснения, ограничения преподавания философии. Кандидатурыпрофессоров проходили обязательное утверждение в Министерстве народногопросвещения (основано в 1802 г.), а философские сочинения подвергались строгойцензуре. Поэтому некоторые работы, не проходившие цензуры, публиковались зарубежом, например сочинения А. С. Хомякова и В.
С. Соловьева.Наиболее строгие ограничения на преподавание философии были введены послеевропейских революций 1848 г. По распоряжению Николая I министр просвещения П.А. Ширинский-Шихматов в 1850 г. подготовил «Высочайшее повеление», согласнокоторому преподавание философии ограничивалось в основном логикой и психологиейи обязанность чтения философских курсов возлагалась на профессоров богословия.Ему же принадлежит известная фраза, ставшая афоризмом: «Польза философии недоказана, а вред от нее возможен».Более благополучной была судьба философии в четырех российских духовныхакадемиях (в Москве, Петербурге, Киеве и Казани), где чтение философских курсовне прерывалось.
Духовно-академическая философия представляет собой особуюотрасль профессионального философствования. Высшие духовные учебные заведениясыграли значительную роль в развитии русской мысли. Достаточно сказать, чтопервое по времени обобщенное изложение истории русской философии принадлежалоперу архимандрита Гавриила (в миру В. Н. Воскресенского) и было опубликовано вКазани в 1840 г. С. С.
Гогоцкий, представитель Киевской школы духовноакадемической философии, опубликовал первые в России философские лексиконы исловари. Первые русские учебники по философии были написаны также профессорамидуховных академий — Ф. Ф. Сидонским, В. Н. Карповым, В. Д. КудрявцевымПлатоновым. Выдающимся переводчиком сочинений Платона был В. Н. Карпов,считавший перевод платоновских диалогов на русский язык главным делом своейжизни.
Сильной стороной духовно-академической философии было обращение кнаследию мировой философской мысли. Постоянным и непременным источникомакадемических361курсов по логике, психологии, истории философии, этике (как правило,публиковавшихся затем в монографических вариантах) была античная философскаямысль (главным образом платонизм), а также философия Нового времени, включаяфилософию Канта, Шеллинга и Гегеля.Время образования самых влиятельных идейных течений XIX в. — 30—40-е гг. — неслучайно названо «философским пробуждением» (Г. В. Флоровский). В этот периодобщественная мысль России разделилась на два направления — славянофильство изападничество. Спор между ними был острым, но не перерастал в непримиримуюпартийно-политическую грызню и не предполагал уничтожения противника радидоказательства правоты каждой из спорящих сторон.
И хотя славянофилы (И. В.Киреевский, А. С. Хомяков, К. С. и И. С. Аксаковы и др.) акцентировали вниманиена национальном своеобразии России, а западники (П. В. Анненков, Т. Н.Грановский, К. Д. Кавелин и др.) больше тяготели к восприятию опыта Европы, и теи другие страстно желали процветания своей родине и активно содействовали этому.Участник философских дискуссий того времени П. В.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
