Миронов В.В. Философия. (2005) (1184477), страница 47

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 47)

Временность, историчность и «ситуационность»экзистенции — модусы ее конечности.202Другим важнейшим определением экзистенции является трансцендирование, т. е.выход за свои пределы. Трансцендентное и сам акт трансцендирования понимаютсяразличными представителями экзистенциализма неодинаково. С точки зрениярелигиозного экзистенциализма трансцендентное — это Бог. Согласно Сартру и Камю,трансценденция есть ничто, выступающее как глубочайшая тайна экзистенции. Если уЯсперса, Марселя, позднего Хайдеггера, признающих реальность трансцендентного,преобладает момент символический и даже мифопоэтический (у Хайдеггера),поскольку трансцендентное невозможно рационально познать, а можно лишь«намекнуть» на него, то учение Сартра и Камю, ставящих своей задачей показатьиллюзорность трансценденции, носит в этом отношении критический и даженигилистический характер.Социальный смысл учения об экзистенции и трансценденции раскрывается вэкзистенциалистских концепциях личности и свободы.

Личность, согласноэкзистенциализму, есть самоцель, коллектив — средство, обеспечивающеевозможность материального существования составляющих его индивидов. Общество,далее, призвано обеспечивать возможность свободного духовного развития каждойличности, гарантируя ей правовой порядок, ограждающий личность от посягательствна ее свободу. Но роль общества остается при этом, в сущности, отрицательной:свобода, которую оно может предоставить индивиду, это «свобода от» — свободаэкономическая, политическая и т. п. Подлинная же свобода, «свобода для»,начинается по ту сторону социальной сферы, в мире духовной жизни личности, гдеиндивиды сталкиваются не как производители материальных благ и не как субъектыправовых отношений, а как экзистенции.

Общество при этом лишь ограничиваетличность. Отсюда центр тяжести перемещается с родового, общественного наединичного человека. Последний, однако, важен не сам по себе, а лишь как«явленность трансцендентного». В этой связи вводится различение индивидуальностии личности. Экзистенциализм вычленяет в человеке как бы несколько слоев:природный (биологически-физиологический и психологический), изучаемыйестественными науками и составляющий его природную, эмпирическуюиндивидуальность; социальный , изучаемый социологией; духовный, являющийсяпредметом изучения истории, философии, искусствознания и т.

д., и, наконец,экзистенциальный, который не поддается научному познанию и может быть лишьосвещен или «прояснен» философией (Ясперс).203Экзистенциализм отвергает как рационалистическую просветительскую традицию,сводящую свободу к познанию необходимости, гак и гуманистическинатуралистическую, для которой свобода состоит в раскрытии природных задатковчеловека, раскрепощении его «сущностных» сил. Свобода, согласноэкзистенциализму, должна быть понята исходя из экзистенции. Поскольку жеструктура экзистенций выражается в «направленности-на», в трансцендировании, топонимание свободы различными представителями экзистенциализма определяется ихтрактовкой трансценденции.

Согласно Марселю и Ясперсу, свободу можно обрестилишь в Боге. Согласно Сартру, у которого трансценденция — это ничто, свободаесть отрицательность по отношению к бытию, которое он трактует как эмпирическисущее. Человек свободен в том смысле, что он сам «проектирует», создает себя,выбирает себя, не определяясь ничем, кроме собственной субъективности, сущностькоторой — в полной независимости от чего бы то ни было. Человек одинок и лишенвсякого онтологического «основания». Учение Сартра о свободе служит выражениемпозиции крайнего индивидуализма. Свобода предстает в экзистенциализме кактяжелое бремя, которое должен нести человек, поскольку он личность.

Он можетотказаться от своей свободы, перестать быть самим собой, стать «как все», нотолько ценой отказа от себя как личности. Мир, в который при этом погружаетсячеловек, носит у Хайдеггера название «man» (немецкое безличное местоимение): этобезличный мир, в котором все анонимно, в котором нет субъектов действия, вкотором все — «другие», и человек даже по отношению к самому себе является«другим»; это мир, в котором никто ничего не решает, а потому и не несет ни зачто ответственности.Общение индивидов, осуществляемое в таком мире, не является подлинным, оно лишьподчеркивает одиночество каждого.

Согласно Камю, перед лицом ничто, котороеделает человеческую жизнь бессмысленной, прорыв одного индивида к другому,подлинное общение между ними невозможно. И Сартр, и Камю видят фальшь иханжество во всех формах общения индивидов, освященных традиционной религией и204нравственностью: в любви, дружбе и т. п. Характерное для Сартра стремлениеразобличитъ искаженные, превращенные формы сознания («дурной веры» или«самообмана») оборачивается требованием принять реальность сознания,разобщенного с другими и самим собой.

Единственный способ подлинного общения,который признает Камю, — это единение индивидов в бунте против «абсурдного»мира, против конечности, смертности, несовершенства, бессмысленностичеловеческого бытия. Экстаз может объединить человека с другим, но это всущности экстаз разрушения, мятежа, рожденного отчаянием «абсурдного» человека.Иное решение проблемы общения дает Марсель. Согласно ему, разобщенностьиндивидов порождается тем, что предметное бытие принимается за единственновозможное. Но подлинное бытие — трансценденция — является не предметным, аличностным, потому истинное отношение к бытию — это диалог. Бытие, по Марселю,не Оно, а Ты.

Поэтому прообразом отношения человека к бытию является глубоколичное отношение к другому человеку, осуществляемое перед лицом Бога. Любовь,согласно Марселю, есть трансцендирование, прорыв к другому, будь то личностьчеловеческая или божественная. Поскольку такой прорыв с помощью рассудка понятьнельзя, Марсель относит его к сфере «таинства».Прорывом мира «man» является, согласно экзистенциализму, не только подлинноечеловеческое общение, но и сфера художественного, философского, религиозноготворчества.

Однако истинная коммуникация (общение), как и творчество, несет всебе трагический надлом: мир объективности непрестанно грозит разрушитьэкзистенциальную коммуникацию. Сознание этого приводит Ясперса к утверждению,что все в мире в конце концов терпит крушение в силу самой конечностиэкзистенции и потому человек должен научиться жить и любить с постояннымсознанием хрупкости всего, что он любит, незащищенности самой любви. Глубокоскрытая боль, причиняемая этим сознанием, придает его привязанности особуючистоту и одухотворенность.Социально-политические позиции у разных представителей экзистенциализманеодинаковы. Так, Сартр и Камю участвовали в движении Сопротивления; с конца1960-х гг.

позиция Сартра отличалась крайним левым радикализмом и экстремизмом.Концепции Сартра и Камю оказали известное влияние на со205циально-политическую программу движения «новых левых» (культ свободы,перерастающей в произвол). Политическая ориентации Ясперса и Марселя носилалиберальный характер, а социально-политическим воззрениям Хайдеггера былаприсуща консервативная тенденция.В целом экзистенциализм представляет собой умонастроение человека XX в.,утратившего веру в разум исторический и научный, недаром он находится воппозиции как к рационализму и классическому идеализму, верившим в разумнуюнеобходимость исторического процесса, так и к позитивизму. Не возлагая надежд нина божественное провидение, ни на логику истории, ни на всесилие науки и техникии не доверяя природной мощи, экзистенциализм обращается не к силе, а к слабости— к самому человеку в его конечности.

Сегодняшний человек, согласноэкзистенциализму, может черпать силы только в своей слабости, он может обрестисмысл своей жизни не перед лицом вечного и бесконечного, а перед лицом смерти.Освободить человека от всех надежд на то, что он может обрести свободу с помощьючего-то вне себя, и от всех иллюзий, связанных с этими надеждами, поставить егоперед собой и заставить заглянуть в себя — вот та задача, которую поставил передсобой экзистенциализм.Пока экзистенциализм выступает как философия критическая, требующая разоблаченияиллюзий о человеке, пока он производит «феноменологическую редукцию», очищая отвнешнего и открывая ядро человеческой личности — экзистенцию, он остается вернымсвоим предпосылкам. Но как только он пытается утвердить положительные ценности,он вступает с этими предпосылками в противоречие.

В самом деле, как совместитькультурное творчество — созидание, утверждение — с устремленностью к ничто,концу, смерти? Как соединить культуру и экзистенцию? Перед лицом ничто всякоеустремление, всякое творчество с самого начала обречено на крушение, перед лицомничто незачем строить. Поэтому экзистенциалисты (прежде всего такие философы,как Сартр, Камю) склонны скорее к бунту, чем к творчеству, созиданию.Поздний Хайдеггер в поисках подлинного бытия все чаще обращал свой взор наВосток, в частности к дзен-буддизму, с которым его сближала тоска по«невыразимому» и «неизреченному», а также склонность к метафорическому способувыражения.206Глава 3. Прагматизм1. Ч.

Характеристики

Список файлов книги