Миронов В.В. Философия. (2005) (1184477), страница 28

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 28)

Кант был уверен, что негативная и позитивнаячасти его философии связаны между собой.Фокусом двух этих программ оказывается главный вопрос «Критики»: «Как возможныаприорные синтетические суждения?» [1] За этой «школьной» формулировкой(синтетическими суждениями Кант называет такие, в которых предикат извнеприсоединяется к субъекту; им противоположны аналитические суждения,эксплицирующие содержание субъекта) скрывается следующая проблема: каким образомможно достоверно (с надлежащей всеобщностью и необходимостью — критериямиаприорного) узнать что-то о вещах, которые не даны или пока еще не даны нам вчувственном опыте? Философ был уверен, что подобные знания существуют. Вкачестве примера он приводил положения чистой математики, которым заведомосоответствуют все предметы и которые можно встретить в чувствах, а такжепринципы «общего естествознания», вроде тезиса «все изменения имеют причину». Нокак же человек может предвосхищать то, что еще не дано ему? Кант доказывал, чтоподобная ситуация возможна лишь в том случае, если познавательные способностичеловека каким-то образом определяют вещи.

Такой взгляд на проблему,противоречащий «видимости», состоящей в том, что наши понятия о мире, наоборот,формируются вещами, сам Кант называл коперниканским переворотом в философии.Понятно, однако, что человек не является творцом вещей. Поэтому если он и можетопределять их, то только с формальной стороны, и может определять лишь те вещи,которые могут быть даны ему в опыте, имеют к нему отношение.1 Кант И.

Соч.: В 8 т. М., 1994. Т. 3. С. 52.116Вещи, поскольку они имеют отношение к человеческому опыту, Кант называетявлениями или феноменами. Им противостоят «вещи сами по себе». Посколькучеловек, по определению, не может формировать вещи сами по себе, их априорноепознание невозможно. Не даны они и в опыте. Поэтому Кант заключает, что такиевещи непознаваемы. Тем не менее он допускает их существование, так как вявлениях должно что-то являться. Вещи сами по себе «аффицируют» нашучувственность (т.

е. воздействуют на нее). Они являются источником«материальной» стороны явлений. Формы же явлений привносятся нами самими. Ониаприорны. Кант выделяет две такие формы — пространство и время. Пространствоесть форма «внешнего чувства», время — «внутреннего». Внутреннее чувство связанос внешним, считал Кант, и невозможно без него. Воспринимать последовательностьнаших внутренних состояний, будь то мысли, ощущения или желания, можно, лишьсоотнося их с неким неизменным фоном, а именно с предметами в пространстве,материей. Но и внешнее чувство не может функционировать без внутреннего, так какпостоянство пространственных объектов, сосуществование их частей ипоследовательность их изменений непостижимы без временных характеристик.Мысль о том, что время и тем более пространство не существуют независимо отчеловеческого субъекта, может показаться странной.

Кант, однако, настаивает, чтоесли бы время и пространство не были априорными формами чувственности,аподиктическая экспликация их структуры в геометрии и арифметике была быневозможна. Они должны были бы оказаться эмпирическими науками, но дисциплинытакого рода не могут быть полностью достоверными.В любом случае, однако, науки о формах и законах чувственного созерцания неисчерпывают всего объема человеческого познания. Уже всякое реальное восприятиепредполагает: 1) данность предмета в чувственном опыте, 2) осознание этогопредмета. Сознание не имеет отношения к чувственности. Чувства пассивны, асознание — это спонтанное действие. Кант показывал, что всякий акт сознания,который может быть выражен формулой «Я мыслю нечто», предполагает рефлексию,самосознание, открывающее нам единое и тождественное Я, единственно неизменное впотоке представлений.117Кант, однако, отказывается называть это Я субстанцией.

Такое Я было бы вещьюсамой по себе, а вещи сами по себе непознаваемы. Я есть лишь форма мышления,единство самосознания, или апперцепции. Тем не менее Я оказывается для Кантаглубинным источником самопроизвольной деятельности, основой «высшихпознавательных способностей». Главной из этих способностей является рассудок.Основная функция рассудка — суждение. Суждение невозможно без общих понятий. Нолюбое общее понятие, к примеру «человек», содержит в себе правила, по которымможно определить, подходит ли тот или иной предмет под данное понятие или нет.Поэтому Кант определяет рассудок как способность создания правил.

Человеческийрассудок заключает в себе априорные правила, так называемые «основоположения».Основоположения вытекают из элементарных понятий рассудка — категорий, которые,в свою очередь, возникают из логических функций суждений, таких, как связка«если — то», «или — или» и т.

п.Кант систематизирует категории в специальной таблице. Он выделяет четыре группыкатегорий — количества, качества, отношения и модальности, в каждой из которыхоказывается по три категории:1) единство, множество, целокупность;2) реальность, отрицание, ограничение;3) субстанция—акциденция, причина—действие, взаимодействие;4) возможность—невозможность, существование—несуществование, необходимость—случайность.Третья категория в каждой из групп может быть истолкована как синтез (но непростая сумма) первых двух.Кант, однако, настаивал, что и другие категории (прежде всего категорииотношения) связаны с синтетической деятельностью. Именно категории подводятмногообразие чувственности под единство апперцепции.

Если бы явления неподчинялись основоположениям, возникающим из категорий, они, считает Кант,вообще не могли бы осознаваться нами. Таким образом, если пространство и времясоставляют условия возможности явлений, как таковых, то категории заключают всебе условия возможности воспринимаемых явлений; иные же явления, писал Кант,суть ничто для нас, а так как сами по себе они не имеют реальности, тоневоспринимаемые явления оказываются лишенной содержания абстракцией.118Основоположения чистого рассудка («все созерцания суть экстенсивные величины»,«во всех явлениях реальное... имеет интенсивную величину», «при всякой сменеявлений...

количество субстанции в природе не увеличивается и не уменьшается»,«все изменения совершаются согласно закону связи причины и действия» [1] и т.д.) могут поэтому рассматриваться как априорные законы природы, которыечеловеческий рассудок (посредством бессознательной деятельноститрансцендентального воображения) привносит в мир явлений, чтобы затем вновь, ужесознательно, вычитать их из природы. Познавая природу, человек всегда заранеепредполагает в ней эти законы.

Поэтому познание невозможно без взаимодействиярассудка и чувств. Без рассудка чувственные созерцания слепы, а рассудочныепонятия, лишенные чувственного наполнения, пусты. И тем не менее человек неудовлетворяется миром чувственного опыта и хочет проникнуть к сверхчувственнымосновам мироздания, ответить на вопросы о свободе воли, бессмертии души и бытииБога.1 Кант И. Соч.: В 8 т. Т. 3.

С. 173, 176, 188, 193.В этом направлении его влечет разум. Разум вырастает из рассудка и трактуетсяКантом как «способность принципов», способность мыслить безусловное ипредельное. В известном смысле это философская способность, ведь именнофилософия всегда понималась как наука о первоначалах. И Кант не случайноговорит, что все люди как разумные существа естественным образом имеютсклонность к философии. Другое дело, что эти устремления разума к первоначаламтщетны. Кант затратил немало сил, чтобы доказать это.В «диалектическом» разделе «Критики чистого разума» (который следует за«трансцендентальной эстетикой», где изложено учение о чувственности, и«трансцендентальной аналитикой» — о рассудке) он последовательно критикует тритрадиционные философские науки о сверхчувственном — «рациональную психологию»,«рациональную космологию» (учение о мире в целом) и «естественную теологию».Кант не отрицает, что понятия души, мира и Бога являются естественнымпорождением разума, «трансцендентальными идеями».

Но он не считает, что эти идеимогут быть принципами познания. Они могут играть лишь регулятивную роль,подталкивая рассудок ко все более глубокому проникновению в природу. Попытка жепоставить им в соответствие реальные объекты проваливается.119В частности, Кант считает, что лишены перспектив усилия продемонстрироватьсуществование Бога.

Существование Бога можно доказывать a priori или aposteriori. Апостериорные доказательства, отталкивающиеся от опыта, заведомонеприемлемы, так как на основании свойств конечных вещей обнаруживающихся вмире, нельзя достоверно судить о бесконечных атрибутах Бога. Но и априорноедоказательство, так называемый онтологический аргумент, не может принестиуспеха.

Оно базируется на анализе понятия Бога как всесовершенного существа,которое, как утверждается, должно содержать предикат внешнего существования: впротивном случае ему будет недоставать одного из совершенств. Кант, однако,заявляет, что «существование не есть реальный предикат». Говоря, что вещьсуществует, мы не добавляем нового содержания к ее понятию, а лишь утверждаем,что этому понятию соответствует реальный предмет.

Характеристики

Список файлов книги