Миронов В.В. Философия. (2005) (1184477), страница 26
Текст из файла (страница 26)
Бэкон, Р. Декарт, Т. Гоббсбыли предтечами Просвещения. Критика средневековой схоластики, апелляция кразуму вместо авторитета и традиции, начатые ими, были продолжены и углублены вXVIII столетии, которое осознавало себя как эпоху разума и света, возрождениясвободы, расцвета наук и искусств, наступившую после более чем тысячелетней«ночи Средневековья».106Однако есть здесь и новые акценты.
Во-первых, в XVIII в. значительно сильнееподчеркивается связь науки с практикой, ее общественная полезность. Во-вторых,критика, которую в эпоху Возрождения и в XVII в. философы и ученые направлялиглавным образом против схоластики, теперь обращена против метафизики. Согласноубеждению просветителей, нужно уничтожить метафизику, пришедшую в XVI—XVII вв.на смену средневековой схоластике. Вслед за Ньютоном в науке, а за Локком — вфилософии началась резкая критика картезианства как метафизической системы,которую просветители обвиняли в приверженности умозрительным конструкциям, внедостаточном внимании к опыту и эксперименту.На знамени просветителей написаны два главных лозунга — наука и прогресс. Приэтом просветители апеллируют не просто к разуму — ведь к разуму обращалась иметафизика XVII в., — а к разуму научному, который опирается на опыт и свободенне только от религиозных предрассудков, но и от метафизических сверхопытных«гипотез».Оптимизм Просвещения был исторически обусловлен тем, что оно выражалоумонастроение поднимающейся и крепнущей буржуазии.
Не случайно родинойПросвещения стала Англия, раньше других вставшая на путь капиталистическогоразвития. Именно появление на исторической сцене буржуазии с ее мирскими,практическими интересами объясняет тот пафос, с каким просветители воевалипротив метафизики.В Англии философия Просвещения нашла свое выражение в творчестве Дж. Локка, Дж.Толанда, А. Коллинза, А. Э. Шефтсбери; завершают английское Просвещение философышотландской школы, возглавляемой Т. Ридом, затем А. Смит и Д. Юм. Во Францииплеяда просветителей была представлена Вольтером, Ж. Ж. Руссо, Д. Дидро, Ж. Л.Д'Аламбером, Э.
Кондильяком, П. Гольбахом, Ж. О. Ламетри. В Германии носителямиидей Просвещения стали Г. Э. Лессинг, И. Г. Гердер, молодой И. Кант. Первойфилософской величиной среди плеяды английских просветителей был Джон Локк (1632—1704), друг И. Ньютона, чья философия, по убеждению современников, стояла на техже принципах, что и научная программа великого физика. Основное сочинение Локка«Опыт о человеческом разуме» содержало позитивную программу, воспринятую нетолько английскими, но и французскими просветителями.107Общественно-правовой идеал Просвещения. Коллизия «частного интереса» и «общейсправедливости»В работах Локка содержалась не только критика метафизики с точки зрениясенсуализма (от латинского sensus — чувство, ощущение), подчеркивавшеговажнейшую роль чувственных восприятий в познании, не только эмпирическая теорияпознания: он разработал также принципы естественного права, предложил тотестественно-правовой идеал, в котором выразились потребности набирающего силубуржуазного класса.К неотчуждаемым правам человека, согласно Локку, принадлежат три основных права:на жизнь, свободу и собственность.
Право на собственность у Локка, в сущности,тесно связано с высокой оценкой человеческого труда. Воззрения Локка близки ктрудовой теории стоимости А. Смита. Локк, как и представители классическойбуржуазной политэкономии, убежден в том, что собственность каждого человека естьрезультат его труда. Правовое равенство индивидов является необходимымследствием принятия трех неотчуждаемых прав. Как и большинство просветителей,Локк исходит из изолированных индивидов и их частных интересов; правопорядокдолжен обеспечить возможность получения выгоды каждым, с тем чтобы при этомсоблюдались также свобода и частный интерес всех остальных.Из Англии идеи Ньютона и Локка были перенесены во Францию, где встретиливосторженный прием.
Благодаря прежде всего Вольтеру, а затем и другимфранцузским просветителям философия Локка и механика Ньютона получают широкоераспространение на континенте.Человек в философии XVIII в. предстает, с одной стороны, как отдельный,изолированный индивид, действующий в соответствии со своими частными интересами.С другой стороны, отменяя прежние, добуржуазные формы общности, философы XVIIIв.
предлагают вместо них новую — юридическую всеобщность, перед лицом которойвсе индивиды равны. Во имя этой новой всеобщности просветители требуютосвобождения от конфессиональных, национальных и сословных границ. В этомотношении характерно творчество немецких просветителей, в частности Лессинга.108Любая из религий — будь то христианство, мусульманство или иудаизм, невысветленная разумом и не прошедшая его критики, есть, согласно Лессингу, неболее чем суеверие.
И в то же время в каждой из религий заключена истина в мерутого, как их содержание проникнуто духом нравственности, разума и любви кближнему.В творчестве Лессинга явственно слышатся протестантские мотивы: деятельностьремесленника, промышленника, купца, вообще всякий труд, приносящий доходтрудящемуся и пользу его согражданам, — занятие почтенное. Рассудительность,честность, трудолюбие и великодушие — вот основные достоинства положительногогероя просветительской драмы и романа.Этот новый герой — «гражданин мира»; ему чужда приверженность своему узкомумиру, какого бы рода ни был этот последний; он находит «хороших людей» в любомнароде, в любом сословии и вероисповедании. И не случайно «гражданин мира», этотноситель «чистого разума», стал излюбленным персонажем немецкого Просвещения.Однако отвержение традиций и традиционно сложившихся общностей приводило ксложным нравственно-этическим проблемам.
Главная коллизия, которую пытаетсяразрешить философия XVIII в., состоит в несовместимости «частного человека», т.е. индивида, который руководствуется только собственными интересами, себялюбиеми своекорыстием, и «человека вообще» — носителя разума и справедливости. Начинаяс Гоббса и кончая Кантом, философы нелицеприятно заявляют, что собранные вместе,частные, эгоистические индивиды могут только вести между собой «войну всехпротив всех».
Литература эпохи Просвещения не жалеет красок для изображениятакого законченного эгоиста.Что же касается разумного и правового начала, то его носителем является неэмпирический индивид, жертва и орудие собственных эгоистических склонностей иинстинктов, а именно «человек вообще», идеальный представитель рода,впоследствии получивший у Канта имя трансцендентального субъекта.Случайность и необходимостьСтолкновение эгоистического индивида и «человека вообще» составляет основуколлизии и в литературе XVIII в. Как правило, основу сюжета просветительскогоромана — вспомним, например, роман Г. Филдинга «История Тома Джонса, найденыша»— составляют материальные обстоятельства жизни героев, историческая среда и еежестокие, почти животные законы.109Здесь миром правят власть, богатство, общественное положение людей.
На этомуровне все в жизни человека решает случай. Но через хаос случайностей постепенноначинает проступать разумное начало. Это внутреннее достоинство человека, егоестественное право, которое в конце концов и определяет развязку романнойколлизии. В столкновении случая и разума побеждает разум. Но разум и случай приэтом всегда оказываются как бы на разных плоскостях. И это неудивительно: случайпредставляет собой художественную метафору частной сферы жизни, где каждыйдействует на свой страх и риск и руководствуется лишь своим интересом; стоящаяпо ту сторону случайности разумная необходимость — это не что иное, как право изакон, долженствующие воплощать принцип всеобщности, равно справедливый длявсех.
Торжество разума над случаем — это торжество «человека вообще» надчеловеком единичным.Имеем ли мы дело с необходимостью как неизбежной закономерностью природногопроцесса или с необходимостью как торжеством разума и справедливости, в обоихслучаях она выступает по ту сторону случайности, как бы в ином измерении.Разведенность случайного и необходимого, индивидуального и общего — характернаячерта мышления XVIII в.; разум здесь выступает как абстрактно-общее начало, какформальный закон. Так, представители французского материализма (П.
Гольбах, Д.Дидро, К. А. Гельвеций) приветствовали необходимость природы как единственнуюсилу, управляющую миром и людьми и составляющую общее начало в хаосе ислучайности индивидуальных поступков и своеволии бесчисленных партикулярных,частных, стремлений Немецкие просветители склонны были отождествлять этунеобходимость с пантеистически трактуемым мировым разумом, который вчеловеческом сознании предстает прежде всего как нравственный закон, а вобщественной жизни — как право. Эти два рода необходимости — слепая природная иосмысленно-разумная — различаются между собой. Не случайно французскиематериалисты, в частности Гольбах, принимая спинозовскую идею всеобщейнеобходимости, в то же время критикуют Спинозу за то, что у него этанеобходимость совпадает с высшей разумностью.
Напротив, немецкое Просвещениеидет под знаком спинозизма и пантеизма, и необходимость в понимании Лессинга,Гердера, Шиллера, Гёте есть целесообразно-разумное начало мира.110Таким образом, Просвещение представляет собой далеко не однородное явление: оноимеет свои особенности в Англии, Франции, Германии и России. Умонастроенияпросветителей меняются и во времени: они различны в первой половине XVIII в. и вего конце, до Великой французской революции и после нее.Просветительская трактовка человекаХарактерна эволюция просветительского миропонимания, выразившаяся в отношении кчеловеку. В полемике с христианским догматом об изначальной греховностичеловеческой природы, согласно которому именно человек есть источник зла в мире,французские материалисты утверждали, что человек по своей природе добр.Поскольку нет ничего дурного в стремлении человека к самосохранению, полагалиони, то нельзя осуждать и все те чувственные склонности, которые суть выраженияэтого стремления: любить удовольствие и избегать страдания — такова природнаясущность человека, а все природное по определению — хорошо.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
