Миронов В.В. Философия. (2005) (1184477), страница 20
Текст из файла (страница 20)
Что же касается личности, то в ней главное другое: способностьразличать добро и зло и поступать в соответствии с подобным различением. Вместес этим появляется и второе важнейшее определение личности — способность нестиответственность за свои поступки. И далеко не всегда обогащение индивидуальностисовпадает с развитием и углублением личности: эстетический и нравственноэтический аспекты развития могут существенно между собой расходиться. Так,богатое развитие индивидуальности в XIV—XVI вв. нередко сопровождалоськрайностями индивидуализма; самоценность индивидуальности означает абсолютизациюэстетического подхода к человеку.Пантеизм как специфическая черта натурфилософии ВозрожденияВ эпоху Возрождения философия вновь обращается к изучению природы.
Интерес кнатурфилософии усиливается к концу XV — началу XVI в. по мере того, какпересматривается средневековое отношение к природе как несамостоятельной сфере.На первый взгляд происходит возвращение к космоцентризму античного мышления.Однако в понимании природы, так же как и в трактовке человека, философияВозрождения имеет свою специфику. Эта специфика прежде всего сказывается в том,что природа трактуется пантеистически.
В переводе с греческого пантеизм означает«всебожие». Хри81стианский Бог здесь утрачивает свой трансцендентный характер; он как бысливается с природой, а последняя тем самым обожествляется и приобретает черты,которые ей в такой мере не были свойственны в античности. НатурфилософыВозрождения, например знаменитый немецкий врач, алхимик и астролог Парацельс(1493—1541), видят в природе некое живое целое, пронизанное магическими силами,которые находят свое проявление не только в строении и функциях живых существ —растений, животных, человека, ангелов и демонов, но и в неодушевленных стихиях.Парацельс устанавливает особую систему аналогий между различными органамичеловека и животных, с одной стороны, и частями растений, строением минералов идвижениями небесных светил — с другой. Вся природа, по Парацельсу, должна бытьпонята исходя из трех алхимических элементов — ртути, серы и соли; ртутьсоответствует духу, сера — душе, а соль — телу.
Подобно тому как в человекевсеми отправлениями тела «заведует» душа, точно так же в каждой части природынаходится некое одушевленное начало — архей, а потому для овладения силамиприроды необходимо постигнуть этот архей; войти с ним в своего рода магическийконтакт и научиться им управлять.Такое магико-алхимическое понимание природы характерно именно для XV—XVI вв.Хотя оно и имеет точки соприкосновения с античным представлением о природе какцелостном и даже одушевленном космосе, но существенно отличается от этогопредставления своим активистским духом, стремлением управлять природой с помощьютайных, оккультных сил.
Не случайно натурфилософы Возрождения критиковалиантичную науку, и прежде всего физику Аристотеля, которая представлялась имслишком рационалистичной и приземленной, поскольку была почти полностью лишенамагического элемента и проводила строгое различие между одушевленными существамии неодушевленными стихиями — огнем, воздухом, водой и землей.
Гораздо ближе квозрожденческому способу мышления был неоплатонизм, тем более что он еще с XIII—XIV вв. воспринимался как антитеза аристотелизма поздней схоластики. Унеоплатоников натурфилософия заимствовала понятие мировой души, которое былоотвергнуто в Средние века как языческое, а теперь, напротив, все чаще ставилосьна место трансцендентного христианского Бога. С помощью этого понятиянатурфилософы стремились устранить идею творения: мировая душа представляласькак имманентная самой природе жизненная сила, благодаря которой природа обретаетсамостоятельность и не нуждается больше в потустороннем начале.82Николай Кузанский и принцип совпадения противоположностейОдним из характерных представителей ренессансной философии был Николай Кузанский(1401—1464). Анализ его учения позволяет особенно ясно увидеть различия междудревнегреческой и возрожденческой трактовками бытия.Николай Кузанский, как и большинство философов его времени, ориентировался натрадицию неоплатонизма.
Однако при этом он переосмыслил учение неоплатоников,начиная с центрального для них понятия единого. У Платона и неоплатоников, какмы знаем, единое характеризуется через противоположность «иному», не-единому.Эта характеристика восходит к пифагорейцам и элеатам, противопоставлявшим единоемногому, предел — беспредельному. Николай Кузанский, разделяющий принципыхристианского монизма, отвергает античный дуализм и заявляет, что «единому ничтоне противоположно». А отсюда он делает характерный вывод: «Единое есть все» —формула, звучащая пантеистически и прямо предваряющая пантеизм Джордано Бруно.Эта формула неприемлема для христианского теизма, принципиально отличающеготворение (все) от Творца (единого); но, что не менее важно, она отличается и отконцепции неоплатоников, которые никогда не отождествляли единое со «всем». Воттут и появляется новый, возрожденческий подход к проблемам онтологии.
Изутверждения, что единое не имеет противоположности, Николай Кузанский делаетвывод, что единое тождественно беспредельному, бесконечному. Бесконечное — этото, больше чего ничего не может быть. Поэтому оно характеризуется как«максимум», единое же — как «минимум». Николай Кузанский, таким образом, открылпринцип совпадения противоположностей (coincidentia oppositorum) — максимума иминимума. Чтобы сделать более наглядным этот принцип, он обращается кматематике, указывая, что при увеличении радиуса круга до бесконечностиокружность превращается в бесконечную прямую. У такого максимального кругадиаметр становится тождественным окружности, более того — с окружностьюсовпадает не только диаметр, но и центр, а тем83самым точка (минимум) и бесконечная прямая (максимум) представляют собой одно ито же. Аналогично обстоит дело с треугольником: если одна из его сторонбесконечна, то и другие две тоже будут бесконечными.
Таким образом доказывается,что бесконечная линия есть и треугольник, и круг, и шар.Совпадение противоположностей является важнейшим методологическим принципомфилософии Николая Кузанского, что делает его одним из родоначальниковновоевропейской диалектики. У Платона, одного из крупнейших диалектиковантичности, мы не находим учения о совпадении противоположностей, поскольку длядревнегреческой философии характерен дуализм, противопоставление идеи (илиформы) и материи, единого и беспредельного. Напротив, у Николая Кузанского местоединого теперь занимает понятие актуальной бесконечности, которое и есть,собственно, совмещение противоположностей — единого и беспредельного.Проведенное, хотя и не всегда последовательно, отождествление единого сбесконечным впоследствии повлекло за собой перестройку принципов не толькоантичной философии и средневековой теологии, но и античной и средневековой науки— математики и астрономии.Ту роль, какую у греков играло неделимое (единица), вносящее меру, предел как всущее в целом, так и в каждый род сущего, у Николая Кузанского выполняетбесконечное — теперь на него возложена функция быть мерой всего сущего.
Еслибесконечность становится мерой, то парадокс оказывается синонимом точногознания. И в самом деле, вот что вытекает из принятых мыслителем предпосылок:«...если бы одна бесконечная линия состояла из бесконечного числа отрезков впядь, а другая — из бесконечного числа отрезков в две пяди, они все-таки снеобходимостью были бы равны, поскольку бесконечность не может быть большебесконечности» [1]. Как видим, перед лицом бесконечности всякие конечныеразличия исчезают, и двойка становится равна единице, тройке и любому другомучислу.1 Николай Кузанский. Соч.: В 2 т. М., 1979. Т. I. С.
73.В геометрии, как показывает Николай Кузанский, дело обстоит так же, как и варифметике. Различение рациональных и иррациональных отношений, на которомдержалась геометрия греков, он объявляет имеющим значение только для низшей84умственной способности — рассудка, а не разума. Вся математика, включаяарифметику, геометрию и астрономию, есть, по его убеждению, продукт деятельностирассудка; рассудок как раз и выражает свой основной принцип в виде запретапротиворечия, т.
е. запрета совмещать противоположности. Николай Кузанскийвозвращает нас к Зенону с его парадоксами бесконечности, с тем, однако,различием, что Зенон видел в парадоксах орудие разрушения ложного знания, аНиколай Кузанский — средство созидания истинного. Правда, само это знание имеетособый характер — оно есть «умудренное неведение».Тезис о бесконечном как мере вносит преобразования и в астрономию.
Если вобласти арифметики и геометрии бесконечное как мера превращает знание о конечныхсоотношениях в приблизительное, то в астрономию эта новая мера вносит, крометого, еще и принцип относительности. И в самом деле: так как точное определениеразмеров и формы мироздания может быть дано лишь через отнесение его кбесконечности, то в нем не могут быть различены центр и окружность. РассуждениеНиколая Кузанского помогает понять связь между философской категорией единого икосмологическим представлением древних о наличии центра мира, а тем самым — оего конечности.
Осуществленное им отождествление единого с беспредельнымразрушает ту картину космоса, из которой исходили не только Платон и Аристотель,но и Птолемей и Архимед. Для античной науки и большинства представителейантичной философии космос был очень большим, но конечным телом. А признакконечности тела — это возможность различить в нем центр и периферию, «начало» и«конец». Согласно Николаю Кузанскому, центр и окружность космоса — это Бог, апотому хотя мир не бесконечен, однако его нельзя помыслить и конечным, посколькуу него нет пределов, между которыми он был бы замкнут.Бесконечная Вселенная Н. Коперника и Док.
Бруно. ГелиоцентризмПриведенные выше положения противоречат принципам аристотелевской физики,основанной на различении высшего — надлунного и низшего — подлунного миров.Николай Кузанский разрушает конечный космос античной и средневековой науки, вцентре которого находится неподвижная Земля. Тем самым он подготовляеткоперниканскую революцию в астрономии, устранившую геоцентризм аристотелевскоптолемеевской картины мира. Вслед за Николаем Кузанским Николай Коперник (1473—1543) пользуется принципом относительности и на нем основывает новуюастрономическую систему.85Характерная для Николая Кузанского тенденция мыслить высшее начало бытия кактождество противоположностей (единого и бесконечного) была результатомпантеистически окрашенного сближения Бога с миром, Творца с творением. Этутенденцию еще более углубил Джордано Бруно (1548—1600), создав последовательнопантеистическое учение, враждебное средневековому теизму.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
