Ответы (7) (1183892), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Цельс древнеримский ученый, писавший о медицине. Его труды, незадолго до того напечатанные,оказались (благодаря Парадельсу) предметом чрезмерного и необоснованного поклонения.Парацельс, как и Авиценна (см. разд. "Арабы"), считал, что основная задача алхимии не поиски путей получения золота, а изготовление лекарственных средств. До Парацельса вкачестве таковых использовались преимущественно растительные препараты, но Парацельссвято верил в эффективность лекарственных средств, изготовленных из минералов.Несмотря на свое негативное отношение к идее трансмутации, Парацельс был алхимикомстарой школы.
Он принимал древнегреческое учение о четырех элементах-стихиях и учениеарабов о трех элементах-принципах (ртуть, сера и соль), искал эликсир жизни (и дажеутверждал, что нашел его). Парацельс был уверен, что он открыл металлический цинк, ииногда честь этого открытия действительно приписывают ему, хотя цинк в составе руды и всплаве с медью (латунь) был известен еще в древности.
Труды Парацельса вызывали спорыдаже полвека спустя после его смерти. Последователи Парацельса усилили мистическоесодержание взглядов своего учителя и свели некоторые из них до суеверий, и это в тотпериод, когда алхимики начали стремиться к конкретности и рационализму!Рис. 3. Титульный лист книги Агриколы.Немецкий врач-алхимик Андрей Либау (ок. 1540-1616), известный подлатинизированным именем Либавия, опубликовал в 1597 г. "Алхимию" - первый в историиучебник химии.Либавий первым описал приготовление соляной кислоты, тетрахлорида олова,сульфата аммония и "царской водки" (aqua regia) - смеси азотной и соляной кислот,получившей свое название из-за способности растворять золото.
Либавий считал, чтоминеральные вещества можно опознать по форме кристаллов, полученных после испаренияраствора. Тем не менее он был уверен, что превращение металлов в золото возможно иоткрытие способа изготовления золота явится венцом химической науки, хотя и онсоглашался с Парацельсом в том, что основная задача алхимии - служить медицине.
В своемтруде, написанным четким, ясным языком, Либавий яростно атаковал туманные теории,которые он называл "парацельсианскими".В 1604 г. немецкий издатель Иоганн Тёльде выпустил книгу некоего средневековогомонаха Василия Валентина (скорее всего это был псевдоним самого Тёльде), озаглавленную"Триумфальная колесница антимония", которая получила широкую известность.Наиболее видным представителем нового направления в химии был немецкий химикИоганн Рудольф Глаубер (1604-1668). Врач по образованию, он занимался разработкой исовершенствованием методов получения различных химических веществ. Глауберразработал метод получения соляной кислоты воздействием серной кислоты на повареннуюсоль.
Тщательно изучив остаток, получаемый после отгонки кислот (сульфат натрия),Глаубер установил, что это вещество обладает сильным слабительным действием. Он назвалэто вещество "удивительной солью" (sal mirabile) и считал его панацеей, почти эликсиромжизни. Современники Глаубера назвали эту соль глауберовой, и это название сохранилось донаших дней. Глаубер занялся изготовлением этой соли и ряда других, по его мнению,ценных лекарственных средств и достиг на этом поприще успеха. Жизнь Глаубера быламенее богата бурными событиями, чем жизнь его современников, занимавшихся поискамипутей получения золота, но она была более благополучной.Даже те, кто был глух к научным доводам, не могли не поддаться влиянию реальнойжизни. Развивающиеся наука о минералах и медицина оказались настолько заманчивыми идоходными, что не было никакого смысла терять время на нескончаемые безуспешныепопытки получить золото.И действительно, в XVII в.
значение алхимии неуклонно уменьшалось, а в XVIII в. онапостепенно стала тем, что мы сегодня называем химией.Глава 3 ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОДИЗМЕРЕНИЕНесмотря на бурное развитие, химическая наука в определенном отношении все-такиотставала от других областей знания.Так, например, в астрономии значение количественных измерений и необходимостьматематической обработки данных были уяснены еще в древние времена. Объясняется этоскорее всего тем, что астрономические проблемы, рассматриваемые древними, былиотносительно просты и некоторые из этих проблем можно было решать, пользуясь толькопланиметрией.Итальянский ученый Галилео Галилей (1564-1642), изучавший в 90-х годах XVI в.падение тел, первым показал необходимость тщательных измерений и математическойобработки данных физического эксперимента.
Результаты его работ почти столетие спустяпривели к важным выводам английского ученого Исаака Ньютона (1642-1727). В своей книге"Начала математики" ("Principia Mathematica"), опубликованной в 1687 г., Ньютонсформулировал три закона движения, которыми завершилась разработка основ механики.
Набазе этих законов в последующие два столетия развивалась классическая механика. В той жекниге Ньютон сформулировал и закон тяготения, который более двух веков также служилвполне приемлемым объяснением движения планет и звездных систем и до сих порсправедлив в пределах представлений классической механики.При выведении закона тяготения Ньютон применил теорию чисел - новую и мощнуюобласть математики, которую он сам и разрабатывал.При Ньютоне научная революция достигла своей высшей точки. Авторитетдревнегреческих теорий был заметно поколеблен, ученые Западной Европы намногопревзошли их, и можно было больше не оглядываться назад.В химии переход от простого качественного описания к тщательному количественномуизмерению был осуществлен лишь столетие спустя после открытий Ньютона.
Как это нипарадоксально, но, возводя здание классической астрономии и физики, грандиозность икрасота которого восхитили научный мир, Ньютон оставался приверженцем алхимии истрастно искал рецепт превращения металла в золото.Но химики лишь отчасти виноваты в том, что путь к неосуществимой цели оказалсястоль долгим. Все дело в том, что количественные методы Галилея и Ньютона очень трудноприложить к химии.
Ведь для этого необходимо результаты химических опытов представитьтаким образом, чтобы их можно было подвергнуть математической обработке.И все же химики делали успехи, и уже во времена Галилея наблюдались слабыеприметы грядущей революции в химии. Эти приметы имелись, например, в работефламандского врача Яна Баптиста Ван Гельмонта (1579- 1644).
Ван Гельмонт выращивалдерево в заранее отмеренном количестве почвы, куда систематически добавлял воду, исистематически тщательно взвешивал дерево. Поскольку Ван Гельмонт надеялся обнаружитьисточник живой ткани, образуемой деревом, то можно сказать, что он применял измерение ив химии, и в биологии.До Ван Гельмонта единственным известным и изученным воздухоподобным веществомбыл сам воздух, который казался достаточно характерным и непохожим на другие вещества,чтобы древние греки посчитали его одним из элементов (гл. 1).
Несомненно, алхимики всвоих опытах часто получали что-то подобное "воздуху" и "пару", но эти вещества былипочти неуловимы, их трудно было изучать и наблюдать и легко было не заметить. О том, чток этим веществам относились как к таинственным, говорят хотя бы их названия. Так, спирт впереводе с латинского означает "дух", "душа", "дыхание".Ван Гельмонт первым из химиков обратил внимание на пары, образующиеся впроцессе некоторых реакций, и начал их изучать. Он обнаружил, что пары в чем-тонапоминают воздух, но во многом от него и отличаются.
В частности, он нашел, что навоздух похожи и пары, образующиеся при горении дерева, хотя ведут себя они несколькоиначе.Эти воздухоподобные вещества, не имеющие постоянного объема или формы,напомнили Ван Гельмонту греческий "хаос" - вещество первоздания, бесформенное ибеспорядочное, из которого (согласно древнегреческой мифологии) был создан космос. ВанГельмонт назвал эти пары "хаосом", но, согласно фламандскому фонетическому строю, этослово произносится как газ4. Так называют воздухоподобные вещества и в наше время.Газ, полученный при горении дерева и изученный им с особой тщательностью, онназвал "лесной газ" (gas sylvestre).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
