Диссертация (1173813), страница 26
Текст из файла (страница 26)
Схожесть эта была не случайна,поскольку, как уже упоминалось ранее, и межевые и гражданские процессуальные законы содержались в одном и том же X томе Свода законов. Что же касается отличий, то они были вызваны, разумеется, характером предмета спора –установлением границ земельных участков. Указанный предмет спора имел какминимум две характерные черты: отсутствие спора о праве и осуществлениезначительного количества процедурных действий (замеров, проведения граници т.д.) не только на бумаге, но и на самом земельном участке.Законодательно закрепленный процессуальный порядок рассмотренияспоров по делам генерального межевания начинался с перечисления основанийи порядка возбуждения спорного производства.
Из анализа законодательстватого периода можно легко заметить, что законодатель считал самым распространенным случаем начала рассмотрения спора заявление стороны или стороннепосредственно при проведении межевания.В случае начавшегося спора землемер, в присутствии всех владельцев ипонятых, принимал доводы спорящих сторон и записывал в полевом журналеследующие сведения: в чем состоял спор, от кого предъявлен, с какого местаначался, на кого каждый из спорящих ссылался в подтверждении своих слов.После этого было необходимо измерить смежные участки заявителя спора и соседнего землевладельца, которого инициатор спора считал виновным в незаконном захвате земли. Когда спорная часть земельного участка заканчивалась,следовало оформить общий генеральный план всех спорных дач (напомним,113что дачей в русском межевом законодательстве XVIII – XIX вв. называласьединица генерального межевания – земельный участок, ограниченный при генеральном межевании круговыми межами и обозначавшийся названием селаили деревни без разметки границ владений в натуре).
В правоустанавливающих документах на землю особыми линиями была зафиксирована следующаяинформация, важная для разрешения межевого спора: по каким местам каждыйиз владельцев отводил требуемую себе землю, до какого места отвод происходил бесспорно, откуда начался спор и до какого места продолжается; какимобразом противоположная сторона отмеряет свой земельный участок251.Важной частью межевого плана являлись так называемые экономическиепримечания к той или иной даче. На их основании мы можем увидеть один изосновных недостатков выбранной правительство модели генерального межевания: то, что межевые дачи являлись слишком разнообразными по размерам земельных угодий и по населенности. В качестве примера можно привести дачуБобриково Беловодского уезда, в которую входили несколько деревень.
В частности, общая площадь земель указанной дачи, согласно примечаниям, составила 15 395 десятин; в 201 дворах проживало 811 душ мужского пола и 769 душженского пола. В тоже время общая площадь земельных угодий Сергеевскойволости составила 42 630 десятин, при том, что здесь в 122 дворах проживало722 душ мужского пола и 687 душ женского пола. Более того, в даче деревеньКрапивнинской волости общая площадь землевладений составила около 108940 десятин с населением 522 и 449 душ мужского и женского пола соответственно, т.е. налицо разница почти в 10 раз по площади252.Еще раз упомянем об основаниях возбуждения межевого спора.
Исходяиз вышеуказанных процессуальных действий, мы можем увидеть одно из наиболее часто встречающихся оснований – по инициативе землемеров межевыхконтор, а позднее и губернских чертежных. Правда при этом некоторые дела,начавшиеся по инициативе землемеров, имели целью не столько уточнение ме251Законы межевые // Свод законов Российской империи, повелением государя императора Николая Первогосоставленный. Издание 1857 г.
Т.X. Ч.3. СПб., 1857. Ст. 399-416. Ст. 823-826.252РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 197. Л.7.114жевых границ, сколько права владения участком дачи или всей дачи, что исключало их из подведомственности специального межевого суда. Так, при рассмотрении возникшего в 1798 г. спора между коллежским секретарем Н.Н.Приезжевым и Чанышевыми из-за 66 дес.
земли, по каждой даче, которые находились в Ефремовском уезде Тульской губернии выявились излишки земли.В этой ситуации следовало выяснить как собственность спорного участка, такмежевые границы дач. Н.Н. Приезжев представил документы, подтверждающиесвое право владения, поэтому спор был разрешен в его пользу. ОдновременноЧанышевы пытались подтвердить свои права на участок казенной земли площадью 267 дес., смежный с их землевладениями, однако данные претензии были отклонены в силу отсутствия доказательств, а сам спор был отнесен к подведомственности не межевого органа, а уездного суда253.Приведем другой пример спора о владении – дело жителей Ефимовскойкрепости и помещицы Мироновой об участке земли. И здесь земельный участок был передан тем, кто сумел доказать свои права документами на собственность, при этом межевой спор был опять же передан по подведомственностиобщим судебным инстанциям, а не специальным межевым органам254.Если споры происходили между смежными дачами разных уездов, одиниз которых оставался неразмежеванным по генеральному межеванию, то землемер должен был измерить спорную дачу, не делая формальных меж и не расставляя межевых знаков на местности.
Снятие планов спорных дач производилось не через уездных землемеров, а через служащих губернской межевой конторы, а позже губернской чертежной. Указанные планы, если владельцы не соглашались размежеваться «полюбовно», было необходимо представлять в межевую контору, куда являлись все землевладельцы со своими документами наземлю. Естественно, что данные планы являлись одними из важнейших доказательств в ходе разрешения межевого спора.253254РГАДА.
Ф. 1294. Оп. 2. Ч. 1. Д. 94. Л. 1-6, 169-170.РГАДА. Ф. 1294. Оп. 2. Ч. 1. Д. 215. Л. 1-10.115Землемер после снятия плана со спорных дач, должен был поинтересоваться о количестве земли, принадлежавшей по документам спорившим землевладельцам и, сверившись со снятым планом, подробно объяснить, сколько онипо причине своих споров лишались причитающейся «примерной» земли255 (напомним, что «примерными» землями в межевом законодательстве называласьлишняя земля, не указанная в правоустанавливающих и межевых документах,но фактически использовавшаяся землепользователем, которая при размежевании передавалась в собственность владельцу либо отходила в пользу государства).
Если владельцы после этого соглашались на добровольное размежевание,то от них требовали «плюбовную сказку» по установленной в межевом законодательстве форме, а уже на ее основании производилось фактическое размежевание земли вместе с урегулированием межевого спора.Если в поданной землемеру «полюбовной сказке» земли оказывалосьбольше, чем причиталось владельцу по документам, то, в случае доказательстватакого подлога, следовало отобрать у виновного незаконно присвоенную землюи возвратить ее прежним владельцами, а «примерные» земли следовало за неправильный спор передать в собственность казны256.
Также за умышленнуюприписку излишнего количества земли в поданном заявлении с виновника взыскивалась вся та сумма, которая причиталась землемерной партии на время, которое требовалось на возвращение излишне полученных земель. Если владелецуказанных им излишних земель еще не получил, однако довел споры до рассмотрения в межевых органах, то, отобрав в казну «примерные» земли, следовало взыскать с него сумму, причитавшуюся землемерам за работу в течениевремя, необходимого для проведения меж по этому делу.Для точного измерения фактически принадлежащей земли, не отмеченной при этом в документах, землемер был обязан выдать владельцам специальные билеты со своей печатью, в которых указывалось найденное им по вновьсоставленному плану реальное количество земель у каждого землевладельца. В255256Некрасов Ф.Г.
Межевание земель в России. М., 1915. С. 60.Мордухай-Болтовский В.П. Указ. соч. С. 138.116случае, если на землемера была подана жалоба о том, что в выданном им билетеи на плане указано разное количество десятин, а при рассмотрении данной жалобы выяснится, что в плане одной дачи количество земли указано с прибавкой,а другой уменьшено, и что разность в том и другом случае оказалась большетехнической погрешности, то в случае доказательства умышленности действийземлемера его следовало предать суду257, а «полюбовно» уступленные земливозвращались владельцам.Так, Московской губернской межевой канцелярией в период с 03 мартапо 04 мая 1851 гг. была рассмотрена жалоба Манохина А.В., являвшегося поверенным статского советника Петрова-Соловова Д.В.
по делу о выдаче ему неверных копий крепостных документов касавшихся дачи сельца Лыскова Тамбовской губернии.Межевой канцелярией было установлено, что Петров-Соловов Д.В. являлся собственником земельного участка общей площадью 738 дес., которыйимел совместную границу с участком, принадлежавшим Поповой Т.В. Приэтом в ходе проведенного специального межевания были выявлены противоречия в сведениях о границах и точках измерений землевладений между новыммежевым планом и старыми правоустанавливающими документами на земельные участки. Заявитель в силу выявленных обстоятельств просил внести изменения в крепостные документы на землю с целью устранения выявленных противоречий, учитывая то обстоятельство, что собственница смежного участкауклонялась от добровольного измерения точных границ.В силу указанных обстоятельств, Межевая канцелярия пришла к выводу онедостоверности сведений о местоположении границ дачи сельца Лыскова, содержащихся в крепостных документах, и удовлетворила требования МанохинаА.В, определив границы земельного участка Петрова-Соловова Д.В.
в соответствие с данными, содержащимися в межевом плане, с извещением об этом всехсмежных сособственников258.257Законы межевые // Свод законов Российской империи, повелением государя императора Николая Первогосоставленный. Издание 1857 г.
Т.X. Ч.3. СПб., 1857. Ст. 835.258ЦГА. Ф.18. Оп. 3. Д. 175. Л. 11, 15-17.117Если владельцы, несмотря на все разъяснения и уговоры землемерногочина, продолжали свои пограничные споры, то землемер в присутствии понятых и соседних владельцев проводил процессуальные действия, которые именовались в законе «межевым обыском», в ходе которого, в частности, выявлялись сведения о том, до какого места и по каким межам каждый из совладельцев после издания Манифеста 1765 г.
увеличил свое землевладение. Показанияпонятых и старожилов об этом записывались в полевой журнал и подписывались как ими самими, так и спорящими сторонами.Межевые обыски следовало делать и в том случае, когда спор происходилиз-за одной пустоши, которую спорящие присваивали каждый себе под особымназванием.
Но если в крепостях на землю (напомним, что «крепость» – этоюридический документ, выданный до начала межевания и удостоверяющийраздачу земли за службу), предъявленных владельцами, такой пустоши не былозафиксировано, то, при обходе спорного места, землемеру надлежало допросить понятых о названии, которое оно имело ранее и принадлежности до 1765 г.тому или иному из спорящих землевладельцев259.В том случае, когда в ходе рассмотрения земельных споров было необходимо собрать отсутствующие в деле сведения о границах отыскиваемых пустошей или о праве владения на них, межевщик в первую очередь опрашивалспорящих, не имеют ли они каких-либо подозрений в отношении понятых, изаписывал ответ в полевой журнал с подписями сторон.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
