Диссертация (1173786), страница 22
Текст из файла (страница 22)
Кроме того, не бесспорной является и самапозиция о принадлежности правовой системы Российской Федерации к романогерманской правовой семье5. Некоторые общие черты и взаимное сближение неозначает их полного тождества или «вхождения» российской правовой системыв романо-германскую правовую семью6, также как и полного исключенияпрецедента из системы источников права этой правовой семьи.1См.: Eddey K.
The English Legal System. L., 1987. P. 129-130.Гаджиев Г. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционногоправа // Конституционное право : Восточноевропейское обозрение. 1999. № 3(28). С. 92; См. также: Кросс Р.Прецедент в английском праве. М., 1985. С. 111.3См, напр.: Чиркин В. Е. Элементы сравнительного государствоведения. М., 1994. С.124.4Цвайгерт Л., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2 т: Т.
1. Основы. М.,1998. С. 403.5См.: Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. М., 1998. С. 112-115.6В научной литературе в связи с этим нередко происходит подмена понятий, касающихся «сходства» и«сближения» с понятиями, ассоциирующимися с «тождеством» и «вхождением».298Так, В.Н. Синюков и Т.В. Синюкова отметили, что «для российскойюридической традиции характерны антирационализм, антиформализм правовогомышления, обыденная слитность права и морали, невозможность их раздельногосуществования, господство архетипов народного правосудия, отсутствияавтономии профессиональной юридической корпорации. В этом смысле русскаяправовая культура отрицает легализм и пуританизм западно-европейскойправовой культуры... Стилистика российского правового архетипа диктуетсвоеобразныеподходыкустройствуправосудияисудопроизводства:состязательный процесс в его романо-германском и, тем более, англоамериканском виде абсолютно неадекватен российскому правосознанию: врусском представлении судить справедливо, значит решать не только "по делу",но и "по человеку", то есть с учетом личного положения сторон, и вынести такоерешение, "чтобы никому не было обидно"»1.
Как писал И.Г. Оршанский, «поэтой причине волостные суды в России стремились заканчивать гражданскиедела миром: мировая сделка есть единственно нормальный исход процесса понародным понятиям»2.Несмотря на то, что Россия всегда была близка к странам романогерманской правовой семьи, как справедливо замечает О.П.
Сауляк, направлениеразвития национальной системы в рамках романо-германской правовой семьираз и навсегда не предопределено3. Также важно отметить, что в настоящеевремя наблюдается следующая тенденция: в праве стран континентальнойЕвропы ограничивается возможность судов отходить от «устоявшейся»судебной практики, а в странах «общего права» вышестоящие суды стремятсябыть не связанными своими собственными решениями. Движение от судебногопрецедента к прецедентам толкования стало сближать эти правовые семьи.С середины XX века судебный прецедент как источник права сталпробивать себе дорогу и в российской правовой системе. Еще советской наукой1Синюков В.
Н., Синюкова Т. В. О типологической принадлежности российского права к евразийскомуправовому пространству [Электр. ресурс]. URL: http://www.enu.kz/repository/repository2014/o-tipologicheskoiprinadlezhnosti.pdf2Оршанский И. Г. Исследования по русскому праву обычному и брачному. С-Пб., 1879. 459 с.3Сауляк О. П. Правотворческий потенциал судебных актов // Администратор суда.
2009. № 3. С. 23.99предпринимались попытки рассмотреть судебный прецедент, в первую очередьруководящие разъяснения Пленума Верховного Суда СССР, в качествеисточника права. Но на общетеоретическом уровне они представлялисьнедостаточно обоснованными или ошибочными1.В постсоветский период отношение к судебному прецеденту какисточнику российского права изменилось.
Но речь идет не об измененииофициальной государственно-правовой доктрины и его правовом закреплениикак источника права. Изменения возникли в связи с резким расширением сферыприменения судебной практики с начала 90-х годов в связи с созданиемКонституционного Суда Российской Федерации2. Значительно изменилось, какследствие, и отношение к судебной практике у отечественных исследователей ипрактикующих юристов в сторону признания ее в качестве одного из источниковроссийского права3. Существенную роль в этом сыграли порой неоднозначнаяпрактикаЕвропейскогоСудапоправамчеловекаивозможностьКонституционного Суда России противостоять ей.КонституционныйСудРоссийскойФедерациинередковсвоихпостановлениях давал отсылочные нормы к постановлениям Европейского Судапо правам человека и подчеркивал, что они являются составной частьюроссийской правовой системы в той мере, в которой ими производитсятолкование закрепленных в Конвенции прав и свобод4 и в которой в нихвыражены общепризнанные принципы и нормы международного права5.Но российскими правоприменителями европейские подходы и критерииоценки нередко не воспринимались должным образом в силу сложившихся1См., например: Социалистическое право / Под ред.
В. С. Гулиева. М., 1973. С. 325; Зивс С. Л. Источникиправа. М., 1981. С. 177-192.2См.: Александрова М. А. Конституционный Суд Российской Федерации как современная модельконституционного правосудия // Российский судья. 2010. № 3. С. 21-25.3См., напр.: Поленина С. В. Законотворчество в Российской Федерации. М., 1996. С. 15; Гурова Т. В. Судебныйпрецедент как формальный источник права и его место в системе источников права России // Атриум. 1997.
№ 3.С. 6-9.4Постановление Конституционного Суда РФ от 05 февраля 2007 № 2-П «По делу о проверке конституционностиположений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуальногокодекса Российской Федерации с связи с запросом Кабинета министров Республики Татарстан, жалобамиоткрытых акционерных обществ «Нижнекамскнефтехим» и «Хакасэнерго», а также жалобами ряда граждан» //Собрание законодательства Российской Федерации. 2007. № 7.
Ст. 932.5См.: Зорькин В. Д. Интеграция европейского конституционного пространства : вызовы и ответы // Журналроссийского права. 2006. № 12. С. 19.100историческихи культурныхлегистскомуправопониманию1.предпосылок, а также приверженности кЕстьтакжемнениеоподверженностиотечественных правоприменителей «туннельному зрению»2.Так, Постановлением Европейского Суда по правам человека былопризнано наличие дискриминации заявителя и нарушение его конвенционныхправ в связи с отказом ему как мужчине-военнослужащему в предоставленииотпуска по уходу за ребенком до достижения им трехлетнего возраста, в товремя как для женщин-военнослужащих такая возможность национальнымзаконодательством предусмотрена3.
До принятия вышеуказанного решенияКонституционный Суд России в Определении от 15 января 2009 года№ 187-О-О4 отказал гражданину К.А. Маркину в принятии к рассмотрению егожалобы. Было констатировано, что такое правовое регулирование не нарушаетконституционно-установленного принципа равенства прав и свобод человека.В.Д.
Зорькин, заметил: «Принципы государственного суверенитета иверховенства Конституции в правовой системе России относятся к основам ееконституционного строя. Конвенция как международный договор Россииявляется составной частью ее правовой системы, но она не выше Конституции...МонополиянаистолкованиеположенийКонституцииивыявлениеконституционного смысла принадлежит Конституционному Суду. И поэтомуистолкование Конституции, данное высшим судебным органом государства, неможетбытьпреодоленопутемтолкованияКонвенции,посколькуееюридическая сила все-таки юридическую силу Конституции не превосходит...»5.Кроме того, им было обращено внимание на то, что Европейским Судом нередкодаются такие разъяснения конвенционных норм, которые ее разработчики не1О легизме см.: Ершов В.
В. Правосудие, правопонимание и правотворчество в условиях глобализации с позицийлегизма и «широкого» понимания права // Российское правосудие. 2011. № 12. С. 5-16.2См., например: Никонов М. А. Судейское усмотрение: уголовно-процессуальные аспекты: автореф. дис. ... канд.юрид. наук. М., 2014.3Постановление Европейского Суда по правам человека от 22 марта 2012 г. по делу «Константин Маркин(Konstantin Markin) против Российской Федерации» // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2012.№ 6.4Документопубликованнебыл[Электр.ресурс].URL:http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/1690938/#16909385Зорькин В.
Д. Предел уступчивости. Российская газета. 2010. 29 октября.101могли бы себе даже представить, поскольку им осуществляется так называемоеэволюционное толкование1.Фактически эта позиция была поддержана законодателем и ПрезидентомРоссии. Через три года Федеральным конституционным законом от 04 июня2014 г. № 9-ФКЗ2 в ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»были внесены изменения, на основании которых справедливость решенияЕвропейского Суда по правам человека на законных основаниях сегодня можетбыть подвергнута сомнению. Если субъект, обладающий правом обращения вКонституционный Суд России, допускает, что норма является подлежащейдействию вопреки официально принятому постановлению Европейского Судапо правам человека, окончательное решение по данному вопросу выноситКонституционный Суд России.
В этом случае вопрос конституционностинормативного правового акта или его части может рассматриваться как впервые,так и повторно. Правовая логика нововведений заключается в том, что«вынесение в таких случаях судом общей юрисдикции решения по результатамрассмотрения заявления о пересмотре вступившего в законную силу судебногорешения без предварительного обращения в Конституционный Суд РоссийскойФедерации означало бы, что в практике судов общей юрисдикции допускаетсявозможностьразличнойзаконоположенийитемоценкисамымконституционностиставитсяпододнихсомнениеитехжеверховенствоКонституции Российской Федерации»3.14 июля 2015 г.
Конституционный Суд России вынес Постановление№ 21-П, в правовых позициях которого конкретизировал эти новеллы:«Постановление Европейского Суда по правам человека не может считатьсяобязательным для исполнения, если в результате толкования конкретногоположения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, на котором1См.: Зорькин В. Д. Взаимодействие национального и наднационального правосудия: новые вызовы иперспективы // Журнал конституционного правосудия. 2012. № 5. С. 1-12.2Федеральный конституционный закон от 04 июня 2014 г. № 9-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральныйконституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации"» // Собрание законодательстваРоссийской Федерации.
2014. № 23. Ст. 2922.3Фоков А. П. Конституционный Суд РФ : правовые позиции о способе реализации решений Европейского судапо правам человека // Российский судья. 2014. № 2. С.8.102основано данное постановление, осуществленного в нарушение общего правилатолкования договоров, смысл этого положения разойдется с императивныминормами общего международного права (jus cogens), к числу которых,безусловно, относятся принцип суверенного равенства и уважения прав,присущих суверенитету, а также принцип невмешательства во внутренние делагосударств»1.Было обращено также внимание на то, что согласно п. 1 ст.
46 Венскойконвенции «О праве международных договоров»2, государство вправе неисполнять отдельные положения международного договора в случае, еслиобязательность этих норм «была выражена в нарушение того или иногоположения его внутреннего права, имеющегоособо важное значение».Таковыми являются, в том числе, положения глав 1 и 2 Конституции России.Их изменение допустимо исключительно путем принятия новой КонституцииРоссии.
Речь в этом случае идет не о действительности или недействительностидля Российской Федерации международного договора, а о невозможностисоблюдения обязательств о применении его отдельной нормы в истолкованииуполномоченного на то межгосударственного органа в рамках рассмотренияконкретного дела3. Таким образом, «гармонизация российского права сконвенционным допустима лишь постольку, поскольку она не порождаетпротиворечий с Конституцией РФ»4.1Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2015 г. № 21-П «По делу опроверке конституционности положений статьи 1 Федерального закона "О ратификации Конвенции о защитеправ человека и основных свобод и Протоколов к ней", пунктов 1 и 2 статьи 32 Федерального закона"О международных договорах Российской Федерации", частей первой и четвертой статьи 11, пункта 4 частичетвертой статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 4 статьи 13,пункта 4 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 4 статьи15, пункта 4 части 1 статьи 350 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и пункта 2части четвертой статьи 413 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросомгруппы депутатов Государственной Думы» // Собрание законодательства Российской Федерации.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
