Диссертция (1173700), страница 37
Текст из файла (страница 37)
Например, в деле «Фазлийский против Болгарии» быларассмотрена проблема, когда вследствие засекречивания разбирательстварешения Высшего административного суда по делу заявителя не выносилисьпублично, отсутствовал доступ к материалам дела (включая решения) изаявитель не мог получить копии. Европейский суд отметил: «хотя решениявпоследствии были рассекречены, остается фактом, что они были лишеныкакой-либо формы публичности в течение длительного срока (15 месяцев) вотсутствие убедительного оправдания», подчеркнув, что «даже в случаенеоспоримых проблем национальной безопасности, как, например, в делах,связанных с терроризмом, ряд государств засекречивает лишь те части судебныхрешений,которыебезопасностисодержатдругихлиц,угрозучтонациональнойподтверждаетбезопасностивозможностьилиметодов,учитывающих законные угрозы безопасности, в отсутствие полного отрицанияфундаментальных процессуальных гарантий, таких, как публичность судебныхрешений»326.С правом на публичное судебное разбирательство тесно связано правожурналистов и средств массовой информации свободно распространятьинформацию и идеи, полученные в ходе открытого судебного заседания.C.C.
против Испании: Постановление Европейского суда по правам человека от 6 октября 2009 г. // URL:http://www.echr.coe.int (дата последнего обращения – 20 февраля 2016 г.).326Фазлийский (Fazliyski) против Болгарии: Постановление Европейского Суда по правам человека от 16 апреля2013 г. // URL: http://www.echr.coe.int (дата последнего обращения – 20 февраля 2016 г.).325146Причем зарубежный опыт и международная судебная практика не являютсяоднородными по данному вопросу.В соответствии с п.
2 ст. 10 Конвенции свобода выражения мнения ираспространения информации могут быть подвергнуты ограничениям в целях«обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия». А в некоторыхзарубежных странах существует институт «sub judice», который регулируетпубликацию сведений и информации, находящихся на рассмотрении суда. Втаких странах считается неприемлемым публично комментировать дела, покоторым еще не вынесено судебное решение. Сделанные таким образомкомментарии могут быть признаны преступлением против надлежащегоотправления правосудия.Анализ положений статьи 10 Конвенции дает основание ученымутверждать,что«государствоособозаинтересовановзащитенеприкосновенности судебных процессов, а также в ограничении характера истепени критики, звучащей в адрес текущего судебного разбирательства»327. Всвязи с этим, ЕСПЧ во многих решениях признавал соответствующей даннойцели ограничения права на свободу выражения мнения и распространенияинформации со ссылкой на необходимость обеспечения авторитета ибеспристрастности правосудия.В деле «Барфод против Дании» заявитель был признан виновным воскорблении правосудия за публикацию статьи, в которой критиковал двухнепрофессиональных судей, которые вынесли решение по делу.
В статье былоуказано, что согласно конституции Дании оба судьи должны были бытьдисквалифицированы на том основании, что являлись сотрудниками местныхорганов управления, и поэтому их участие в деле нарушало принцип разделениясудебной и исполнительной ветвей власти. Заявитель также оспаривалспособность и правомочность судей вынести беспристрастное решение по делу,направленному против их работодателя.В деле «Санди Таймз против Соединенного Королевства» судебнымрешениемгазетебылозапрещенопубликоватьстатью,посвященнуюпроизводителю лекарства талидомида – компании «Distillers», против которогобыли поданы иски матерями, родившими неполноценных детей в результатеприема этого лекарства во время беременности.
Опубликование статьи былоСвобода выражения мнения в рамках Европейской конвенции о защите прав человека (статья 10).INTERIGHTS. Руководство для юристов. INTERIGHTS, 2010. С. 34.327147запрещено на том основании, что это будет считаться актом неуважения к суду.И Европейский Суд признал, что такой запрет преследовал правомерную цель –«обеспечение авторитета и беспристрастности правосудия»328.Между тем, помимо соответствия цели, Европейский Суд по правамчеловека оценивает вмешательство в право заявителя также с позиций«соразмерности» и «необходимости в демократическом обществе». В том жеделе «Санди Таймз против Соединенного Королевства» ЕСПЧ не призналвмешательство «необходимым в демократическом обществе» и постановил, чтоправо заявителя, предусмотренное ст.
10 Конвенции, нарушено, сделав акцентна том, что «средства массовой информации не должны преступать рамки,установленные в интересах надлежащего отправления правосудия, но на нихлежит также обязанность распространять информацию и идеи, касающиесявопросов деятельности судов, точно так же, как это происходит в других сферахдеятельности, представляющих общественный интерес.
Этой функции средствмассовойинформацииинформацию».Признав,сопутствуетчтоправообществообщественностиимелонасущнуюполучатьсоциальнуюпотребность в получении социально значимой информации о компании ипроизводимом ею лекарстве, о способности государства привлечь эту компаниюк ответственности, Европейский суд пришел к выводу, что запрет наопубликование статьи не соответствовал неотложной социальной потребности,которая перевешивала бы заинтересованность общественности в осуществлениисвободы слова в смысле Конвенции.Стоит признать, что в Российской Федерации не существует аналогичнойзаконодательно установленной процедуры, но практика показывает, что запретна опубликование материалов, касающихся судебных процессов может бытьвведен судебным решением, что демонстрирует решение ЕСПЧ по делу«Обухова против Российской Федерации».
В данном деле судья Басковапредъявила иск к газете «Золотое кольцо» и журналистам Обуховой иНевиницыну о защите чести, достоинства и деловой репутации в связи спубликацией статьи о ее участии в дорожно-транспортном происшествии ипоследующем судебном разбирательстве, связанном с возмещением ущерба,причиненного транспортному средству. В качестве меры обеспечительногоСанди таймс (The Sunday Times) против Соединенного Королевства: Постановление Европейского суда поправам человека от 26 апреля 1979 г. // В кн.: Европейский суд по правам человека. Избранные решения. Т. 1. М.:Норма, 2000. С. 198 - 230.328148характера суд запретил газете публиковать «любые статьи, письма илиматериалыофактическихобстоятельствахдорожно-транспортногопроисшествия, а также о судебном разбирательстве по поводу этогопроисшествия до его завершения».В этом деле ЕСПЧ признал нарушенной ст.
10 Конвенции, подчеркнув, чтосвободавыражениядемократическогомненияобщества,составляетоднувпрессакоторомизсущественныхвыполняетосновважнейшуюобязанность распространения информации и идей по любым вопросамвсеобщего интереса.
Европейский суд напомнил, что такая обязанностьраспространяется на освещение и комментирование судебных разбирательств,что способствует их публичности и в полной мере соответствует требованиямпункта 1 статьи 6 Конвенции. Установление национальным судом широкогозапрета на публикацию информации о судебном разбирательстве «в общей инеопределенной манере», не являлось «необходимым в демократическомобществе». По мнению Европейского суда, такое запрещение не только не имелоцелью защиты авторитета судебной власти, но вредило ему, поскольку оноуменьшало прозрачность разбирательства и могло дать почву для сомнений вбеспристрастности суда329.Рассмотренные нами правовые позиции Европейского суда по правамчеловека должны быть учтены при толковании и реализации принципагласности судопроизводства в Российской Федерации и последовательногоформирования содержания права на публичное разбирательство в российскомзаконодательстве.§ 2.
Право на публичное судебное разбирательство как элементконституционного права на судебную защиту в Российской Федерации:содержание и субъектыВ отличие от международно-правовыхактов и ряда зарубежныхконституций, право на публичное рассмотрение дела не закреплено напрямуюни в российской Конституции, ни в отечественном законодательстве. Тем неОбухова (Obukhova) против Российской Федерации: Постановление Европейского суда по правам человека от8 января 2009 г. // Бюллетень Европейского суда по правам человека.
Российское издание. 2009. № 12. С. 117 125.329149менее, существуют объективные предпосылки для его признания в качествеосновного (общепризнанного) права и в Российской Федерации.По мнению Т.Г. Морщаковой «гласность (открытость) судебных процедур,как и другие указанные в главе 7 Конституции требования к судебной власти …включаются в группу основных юстициарных, то есть реализуемых вправосудии, прав». В силу этого гласность, по ее мнению, также как инезависимость, состязательность, законный суд могут быть представлены каксубъективные права каждого330. «Право на публичное (открытое) судебноеразбирательство, – подчеркивает Е.Л.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
