Диссертация (1173669), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Укрупнение торговых предприятий и усложнениеторгового оборота потребовало от купца вверять свое имущество и имущественные интересы приказчикам, появились развитые юридические лица, в томчисле и основанные на акционерных началах. И.И. Аносов так характеризуеттот период времени: «Силою экономического строя современного общества человек поставлен в необходимость вверять свои имущественные интересы определенным учреждениям, хотя и не носящим публичного характера, но, тем неменее, имеющим громадное значение и влияние в жизни страны, в правильномдействии которых общество заинтересовано, не менее, чем в правильной и добросовестной деятельности органов общественного и государственного управления»2.По справедливой оценке С.Н. Трегубова, успех таких предприятий вбольшей степени зависел от общественного доверия к заведующим и тем, ктораспоряжался делами этого предприятия, в связи с чем злоупотребления, которые влекли или создавали опасность их упадка и разорения, стали иметь особоезначение как для потерпевших, так и для состояния кредитного рынка и промышленности в целом3.
Российская экономика XIX века характеризуется главенствующей ролью аграрного сектора и развивавшимся промышленным производством. Аграрный сектор, как и сектор промышленный, также управлялся спомощью управляющих, многие вотчины и имения функционировали как коммерческие предприятия.Первым законом, установившим уголовную ответственность за злоупотребление доверием и полномочиями в коммерческих организациях, стало Улоторское училище правоведения).
СПб., 1913. С. 142.1Там же. С. 147.2Аносов И.И. Злоупотребление доверием // Ученые записки Императорского Московскогоуниверситета. Отдел юридический. Вып. 46. М., 1916. С. 52.3См.: Трегубов С.Н. Указ. соч. С. 276.18жение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., которым предусматривалась ответственность приказчиков и сидельцев, в частности, за:– управление чужими делами и торговлю чужими товарами, без письменного согласия хозяина (ч.
1 ст. 1624);– торговлю собственными товарами от имени хозяина (ч. 2 ст. 1624);– умышленный подрыв кредита хозяина путем осуществления каких-либодействий по торговле, или разглашения какой-либо тайны либо вредных, в отношение него, сведений (ст. 1626);– продажу товаров в убыток, то есть ниже назначенной цены, без письменного согласия хозяина (ст. 1627);– небрежное или умышленное повреждение вверенных товаров или иногоимущества (ст.
1628);– ложные представления и счеты, в отношении вверенных дел (ст. 1629);– промотание товаров или иного вверенного имущества, а также осуществление либо допущение недозволенных хозяином расходов (ст. 1630).Статья 1572 предусматривала ответственность должностных лиц общественных и частных банков за подлоги и неверности в сохранении вверенного имимущества, принятие противозаконных подарков, взятки и вымогательство потем же правилам, по которым ответственности подлежали чиновники и должностные лица государственных кредитных установлений. Таким образом, ответственность за коммерческий подкуп устанавливалась только для банковскихслужащих, которые применительно к означенным преступлениям были приравнены к должностным лицам.Служащие общественных и частных банков наказывались за «неправильные или злонамеренные действия в производстве ссуд или выдаче вкладов, сущербом для того установления, в котором служат» наряду с чиновниками идолжностными лицами государственных кредитных установлений (ст.
1573).Санкция статьи отсылала к норме о растрате вверенного по службе имущества.Статья 1637 предусмотрела ответственность члена обществ, товариществили компании за умышленное употребление ко вреду общества, товарищества19или компании доверия, данного ему от них уполномочия или доверия. Ответственность за это злоупотребление наступала как за мошенничество с отягчающими обстоятельствами.
Умышленное уничтожение, повреждение или сокрытие этими лицами вверенного им имущества наказывалось по ст. 1638 Уложения.Статья 2222 предусматривала ответственность за злоупотребление доверием поверенным по доверенности (абз. 1) и управляющим чужими имениями(абз. 2).Обобщенной нормы о злоупотреблении доверием в Уложении о наказаниях не было, казуистичность многочисленных норм о злоупотреблении доверием рождала искусственную их конкуренцию.
Напр., не было ясности относительно конкуренции абз. 1 ст. 2222 с абз. 2 этой статьи и со ст. 1632 (злоупотребления лиц, торгующих по доверенности от купцов, приравненных законом кприказчикам и сидельцам).Объект преступного посягательства ставился в зависимость от субъекта.При этом ст.ст. 1624-1638 расположены в разделе VIII «О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния», а ст. 2222 вразделе XII «О преступлениях и проступках против собственности частныхлиц».Не было четкого отграничения злоупотреблений от растраты вверенногоимущества.В 1866 и в 1885 гг. Уложение претерпело значительные изменения, изменилась нумерация статей, однако нормы об ответственности за совершение различного рода злоупотреблений доверием, за исключением санкций за их совершение, остались практически неизменными.Попытка выработать единый подход к этим преступлениям была предпринята Н.А.
Неклюдовым, который под злоупотреблением доверием предлагал понимать группу преступлений, совершаемых путем злоупотребления полномочиями или оказанным доверием, повлекших причинение имущественноговреда. Злоупотребление полномочиями, как и в германском праве, рассматри-20валось в качестве частного проявления «злоупотребления доверием»1. Средисущественных признаков, характеризующих злоупотребление доверием, указывались:– причинение именно имущественного ущерба, который мог выражаться«как в наличном или долговом характере, так и в доходах, выгодах и прибыляхот действий, афер и предприятий»– факт причинения такого ущерба именно лицом, которое согласноимеющемуся званию или ввиду оказанного доверия обязано было действоватьисключительно в интересах потерпевшего2.Н.А. Неклюдов верно отмечал, что злоупотребление доверием являетсяособым самостоятельным преступлением, которое схоже, но не тождественнокраже, мошенничеству или присвоению чужого имущества3.По мнению Н.А.
Неклюдова кража проявляется в непосредственном хищении вещей материального мира, к которым виновное лицо не имеет никакогоотношения, в то время как при злоупотреблении доверием в качестве предметапосягательства выступают и имущественные права, и вещи материального мира, которые были ему вверены. Мошенничеством является приобретение имущества или имущественного права путем обмана, тогда как при злоупотреблении доверием происходит использование доверия потерпевшего в качествесредства, позволяющего сокрыть уже совершившееся злоупотребление. Отприсвоения вверенного имущества злоупотребление доверием отграничивалоськак по предмету, так и по объективной стороне. В качестве предмета преступного присвоения может выступать только вверенное имущество, в то время какпредметом злоупотребления доверием могут являться не только «ценности», нои «различные имущественные действия», промышленные тайны, что в настоящее время является предметом коммерческой тайны, а также «охранение иму-1См.: Неклюдов Н.А.
Руководство к особенной части русского уголовного права. Т. 2. Преступления и проступки против собственности. СПб., 1876. С. 463.2См.: Неклюдов Н.А. Указ. соч. С. 463.3См.: Там же С. 463.21щества другого от посторонних к нему притязаний»1. При присвоении вверенного происходит его обращение в пользу виновного, тогда как при злоупотреблении доверием ущерб может быть причинен вследствие самого факта совершения действий по изъятию вещи, которая может остаться нетронутой или жеможет быть возвращена, притом что такое изъятие могло поставить потерпевшего в невыгодное имущественное положение2.Норма о злоупотреблении доверием (преступление против имущества вцелом) дополняла норму о присвоении вверенного (против собственности)сходным образом с тем, как норма о вымогательстве дополняет норму о разбое.К случаям злоупотребления доверием Н.А.
Неклюдов относил 9 самостоятельных составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 1187 (1626 в первом издании Уложения), 1190 (1629 в первом издании), 1198 (1637 в первом издании), 1355 (разглашение коммерческой тайны), 1693 (подмена документа приподписании), 1694 (злоупотребление бланковой подписью), 1703 (приобретениеимущества у несовершеннолетнего без согласия попечителя), 1709 (2222 в первом издании) и 1710 (предательство поверенного).В качестве меры предупреждения злоупотребления доверием Н.А. Неклюдовым было предложено возложить ответственность по сделкам, совершенным со злоупотреблением доверием, непосредственно на лиц, которые ихзаключили.
Предлагалось также разделить состав злоупотребления доверием напростое преступление, которое могло совершаться поверенными, купеческимиприказчиками и управляющими недвижимыми имениями, фабриками, заводами(охватывается ст.ст. 165 и 201 УК РФ), и квалифицированное преступление,субъектами которого являлись члены правлений, члены ревизионных и надзорных комиссий в правлениях акционерных обществ (охватывается ст. 201 УКРФ).Несмотря на недостатки Уложения о наказаниях, многие его законодательные решения представляются полезными даже в сравнении с действующим12См.: Неклюдов Н.А.
Указ. соч. С. 463.См.: Там же. С. 463-464.22УК РФ. Так, в Уложении четко определен круг потерпевших, которым причиняется вред в результате злоупотребления (лица, в чьих интересах должен действовать виновный). Правильной представляется и позиция относительно имущественного характера причиняемого вреда. В действующем УК РФ в этойчасти не изжиты еще пережитки советского периода, управляющий чужимимуществом рассматривается в качестве квазичиновника, обязанного действовать в интересах не доверившегося ему лица, а в общественных интересах, приэтом обязанность эта выступает за рамки имущественных отношений, вред может быть причинен интересам как доверившегося лица, так и интересам иныхлиц, общества и государства, в том числе и неимущественный.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
