Диссертация (1173630), страница 19
Текст из файла (страница 19)
Конституционный Суд РФ отметил, что вопросыисследованияданныхоличностисвидетелейипотерпевшегонерегламентированы в УПК, и они разрешаются судами на основе запретов наоглашение сведений, способных вызвать предубеждение у присяжных.226Устойчивой тенденцией современной практики Верховного Суда РФ можносчитать распространение запрета на оглашение сведений о личности подсудимогона личности других участников процесса. Эта практика приводит к существеннымограничениям возможностей сторон по проверке достоверности показаний. Так,изучение протокола одного из наиболее резонансных для современной Россииуголовных дел – о преступлениях в станице Кущевская, 227 позволило выявитьмножественные случаи отклонения вопросов адвокатов о причинах расхождениямежду показаниями свидетелей обвинения в судебном разбирательстве и на этапепредварительного расследования.
Более того, когда защитник заявил, что еговопрос направлен на проверку достоверности показаний, председательствующийсудья запретил ему произносить подобные фразы в присутствии присяжных.Рассматриваемая деятельность Верховного Суда РФ по формированиюсоответствующей судебной практики, на наш взгляд, носит признаки судебногонормотворчества228и подлежит негативной оценке ввиду выхода судебныхорганов за пределы компетенции судебной власти.
К тому же, идея ограниченияОпределение Конституционного Суда РФ от 11.05.2012. № 686-О // СПС«КонсультантПлюс»227Архив Краснодарского краевого суда. Уголовное дело № 2-56/2012228Насонов С.А. Актуальные проблемы судебного следствия в суде присяжных и подходы к ихразрешению. // Актуальные проблемы российского права. – 2014. – № 6. – С. 1218-1219. Вместес этим, отдельные ученые поддерживают идею легализации рассматриваемого обыкновения.См.
Туленков А.П. Познавательная деятельность при производстве по уголовным делам сучастием присяжных заседателей: монография. – М.: Юрлитинформ, 2015. с. 163-16422696исследования личностей свидетелей и потерпевших критикуется в научнойлитературе как сужающая возможности оценки достоверности их показаний. 229Вместе с этим, в отдельных случаях такие ограничения представляютсяоправданными и обусловленными пределами разбирательства. Так, в одном издел230 адвокатом неоднократно указывалось на наличие у погибшего алкогольнойзависимости,приводиласьоднотипныйобразжизниегонегативнаяалкоголикахарактеристикапришелксвоему(«праздныйилогическомузавершению»).
В рассматриваемом деле Верховным Судом при оценкезначимости этих высказываний был использован нетипичный метод: неконстатация их влияния на формирование негативного мнения у присяжных, аанализ последующей деятельности коллегии в процессе. В частности, былоотмечено, что присяжными был сформулирован ряд вопросов о погибшем, неотносящихся к обстоятельствам дела: не вызывала ли его семья интерес усоциальных служб, не оказывал ли он насилие по отношению к членам семьи, невелись ли с ним беседы о вреде алкоголя и социальной ответственности передсемьей. Проанализировав содержание данных вопросов, Верховный Суд, какпредставляется, обоснованно пришел к выводу о формировании предубеждения уколлегии. Тем не менее, в судебной практике содержатся и обратные примеры, вкоторых оглашениесведений обучастниках процессанепризнавалосьнарушением.
Так, не было признано нарушением указание на алкогольную инаркотическую зависимость одного из свидетелей, дававшего противоречивыепоказания, так как эта информация была важна для оценки достоверности егопоказаний.231Примеры нарушений, допускаемых при нарушении пределов судебногоразбирательства и компетенции коллегии, наиболее часто составляют действияМарченко М.Н. Судебное правотворчество и судейское право : учебное пособие. – 2-е изд.,перераб.
и доп. – Москва : Проспект, 2017. С.376230Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 8 ноября 2017 г. № 58-АПУ17-19СП //СПС «КонсультантПлюс»231Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 25 октября 2017 г. № 4-АПУ17-38СП //СПС «КонсультантПлюс»22997защиты по оспариванию доказательств обвинения или попытке предоставленияальтернативной версии произошедшего.
Сведения, запрещаемые к оглашению вприсутствии присяжных, составляет информация и о недостоверности иныхдоказательств, помимо показаний свидетелей обвинения. Так, признаютсянедопустимыми действия защиты по оспариванию признательных показанийподсудимого, полученных на стадии следствия: «сторона защиты неоднократнобезосновательно порочила [доказательства] своими комментариями, подвергаясомнению законность их получения». 232В отдельных делах линиязащитывыстраиваетсянавыдвиженииальтернативной версии – совершения преступления другим лицом.
Этот способзащиты признается судебной практикой недопустимым, нарушающим пределыразбирательства.233Одним из важнейших аспектов деятельности Европейского Суда внаправлении изучения вердикта, не имеющего аналога в российской практике,является его соответствие праву подсудимого на мотивированное судебноерешение.
В ординарном процессе эта возможность обеспечивается наличиемразвернутого обоснования в тексте решения – например, в описательномотивировочной части приговора. Подчеркивая возможность существованияразличных дифференцированных процедур рассмотрения уголовных дел, ипризнавая широкую свободу усмотрения государств в их выборе, ЕвропейскийСуд не относит отсутствие обоснования в вердикте к числу самостоятельныхнарушений Конвенции. 234Более того, Суд указывал, что «Конвенция не обязываетприсяжных приводить причины их решения и статья 6 не препятствуетАпелляционное определение Верховного Суда РФ от 24 мая 2017 г. № 75-АПУ17-1СП //СПС «КонсультантПлюс»233Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 3 октября 2017 г. № 205-АПУ17-32СП //СПС «КонсультантПлюс»; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 24 мая 2017 г.№ 75-АПУ17-1СП // СПС «КонсультантПлюс»234Решение Европейского Суда от 2 февраля 1999 г.
по делу «Сарик против Дании» (Saric v.Denmark), жалоба № 31913/96. [электронный ресурс] – Режим доступа: URL:http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-21998 (дата обращения: 11.12.2016)23298рассмотрениюдела…присяжными,дажееслионинеприводятобоснование…». 235В прецедентной практике Суда были сформированы определенные подходык анализу дел, в которых вопрос о нарушении права на справедливое судебноеразбирательство был связан с невозможностью понять причины обвинительноговердикта. Исходной, основополагающей идеей, лежащей в подходе ЕСПЧ крассмотрению данных дел, является необходимость изучения всего процесса вцелом: возможность понять причины осуждения обеспечивается не только самимтекстом вердикта, но и текстом обвинительного акта, а также рядом гарантий,действующих в ходе производства по делу.236Таким образом, ЕСПЧ былвоспринят известный зарубежной доктрине так называемый «гибкий» подход коценкемотивированностирешенияприсяжных,237которыйоказываетсяодинаково применимым к любой национальной модели вердикта.В системе средств, позволяющих понять причины осуждения, содержаниевопросов, поставленных перед присяжными, рассматривается как основнойфактор, определяющий необходимый объем действия иных гарантий, способныхкомпенсироватьнемотивированныйхарактервердикта.ЕвропейскийСуднеоднократно указывал, что вопросный лист формирует основу выносимогорешения, и качество поставленных вопросов может компенсировать как краткостьответов присяжных, так и отсутствие мотивировочной части.
238К числу требований, предъявляемых к вопросному листу, относятсяПостановление Большой Палаты Европейского Суда от 16 ноября 2010 г. по делу "Таскепротив Бельгии" (Taxquet v. Belgium), жалоба № 926/05. П. 90 [электронный ресурс] – Режимдоступа: URL: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-101739 (дата обращения: 11.12.2016)236К числу этих гарантий относятся указания судьи и предусмотренные способы обжалованияприговора, вынесенного на основании вердикта. См., напр.
Постановление Европейского Судаот 10 января 2013 г. по делу Легийон против Франции (Legillon v. France) жалоба № 53406/10.П. 54 [электронный ресурс] – Режим доступа: URL: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-115986(дата обращения: 11.12.2016)237Thaman S.C., Should criminal juries give reasons for their verdicts: the Spanish experience and theimplications of the European Court of Human Rights decision in Taxquet v. Beigium. Chicago-KentLaw Review, Vol. 86, 634-635238Постановление Большой Палаты Европейского Суда от 16 ноября 2010 г. по делу «Таскепротив Бельгии» (Taxquet v.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
