Диссертация (1140122), страница 10
Текст из файла (страница 10)
Втечение 2 лет не работал и работу не искал. В 1997 году (27 лет) поступил в аспирантуру приМАТИ. На кафедре работать нравилось, но через 9 мес. ушел, т.к. «не давали читать литературупо диссертации». Устроился работать инженером в театр, одновременно искал работу, т.к.
«наэтом месте очень много ответственности». Проработал 2 месяца. В это же время увлексярелигией, покупал много литературы на религиозные темы, но не читал ее, часто посещалцерковь.В 1999 году (29 лет) устроился работать на завод инженером. Говорил брату: «Я усыхаю,у меня правая рука стала меньше».
Думал о своей жизни, анализировал ее. На заводепроработал 9 месяцев. С марта 2000 г. начал рассказывать брату, что на заводе «уголовщина»,что его хотят убить, как-то навредить ему. Говорил: «Все оделись в черное – это значит, что яскоро умру». Показалось, что на заводе «все искусственное, какой-то цирк, маскарад, подвох»,59«пытаются создать неблагоприятные условия». В июле 2000 г. уволился. Зарегистрировался набирже труда.
Все предложения о работе отвергал, т.к. «не устраивали условия». В это времястал замечать, что в транспорте женщины с ним заигрывают, специально в транспорте создаюттрудности, «оттирают», на улице «следят». Мимо дома «подозрительно» часто ездят машины.Люди «специально» одеваются в определенные цвета, чтобы показать свое отношение к нему.Родителям на рынке стали «подкладывать» несвежие овощи. Перестал один выходить из дома.«Понял», что в учреждении, где отказался работать, за ним установили слежку.
Считал, что егохотят «низвести до уровня крысы», «разбудить его самые низменные чувства», «спустить вканализацию», «сделать гомосексуалистом». В начале сентября нарушился сон – не спал 3ночи, говорил родителям, что «на балкон кто-то лезет». По настоянию родителейгоспитализирован в клинику им. С.С. Корсакова в октябре 2000 г.На фоне лечения рисполептом в сочетании с аминазином состояние больногозначительно улучшилось. Стал более активен, читал, смотрел телевизор, делал утреннююгимнастику, начал общаться с больными, улучшились отношения с родителями.
Высказывалсомнения о многих событиях, которые раньше принимал за действительность. Говорил, чтомногое «придумал», однако уверен, что слежка раньше была, и, возможно, она вновьвозобновится после его выписки из стационара. В отделении ее не ощущал. Однако частозалеживался в постели, был монотонным, гипомимичным. Выписался из клиники в феврале2001 г. на поддерживающей терапии: рисполепт 2 – 0 – 2 мг, аминазин 50 – 0 – 100 мг,циклодол 2 – 2 – 0 мг, дизеапам 0 – 0 – 10 мг.Через некоторое время после выписки вновь почувствовал «слежку» со стороны бомжейи милиции. Считал, что слежка ведется для того, чтобы он «начал принимать наркотики». Былмалоактивен, много спал, редко выходил из дома, ограничивал себя в еде. Наблюдалсяамбулаторно.
В августе состояние несколько улучшилось: начал работать при храме, пыталсяустроиться на работу. Принимал поддерживающую терапию. С августа 2001 г. получалрисполепт – 3 мг/сут. Стал активнее, уменьшилась сонливость, чаще выходил на улицу,продолжал работать при храме. В сентябре стал меньше ощущать преследование. Говорил:«Стали поменьше следить».В декабре 2002 г.
снизилось настроение, испытывал «упадок сил». Оставил работу вхраме, т.к. «не мог ничего делать», «ни на что не было сил». Вновь обратился в клинику им.С.С. Корсакова, был госпитализирован.Психический статус. Выглядит спокойным. Мимика бедная. Говорит тихим,монотонным голосом, медленно, с паузами после задаваемых врачом вопросов. Частозатрудняетсявописаниисвоегосамочувствия.Жалуетсяна«плохоенастроение»,«бессонницу». Описывает «упадок сил», «как будто вся энергия ушла». Говорит, что «ничего не60хочется делать», «ни на что нет сил», «целыми днями лежу»: «Понимаю, что человек создан длявеликих дел, а сам для этого ничего не делаю».
Рассказывает: «Иногда на улице кажется, чтолюди специально по-особому одеваются, странно смотрят на меня». Добавляет: «Стараюсь непридавать этому значения, быстро забываю об этом». Утверждает, что «все это от болезни»,надеется, что в клинике ему смогут помочь.Неврологический статус. Менингеальных знаков нет. Зрачки округлой формы,одинакового размера, реакция на свет прямая и содружественная сохранены. Лицосимметрично.
В позе Ромберга устойчив, координаторные пробы выполняет правильно.Патологические рефлексы не выявлены. Сухожильные рефлексы не усилены, симметричны.Расстройств чувствительности нет.Соматический статус. Нормостенического телосложения, достаточного питания. Кожаи видимые слизистые бледные, чистые.
Периферические лимфоузлы не увеличены. Отеков нет.Дыхание проводится во все отделы легких, везикулярное, хрипов нет. Тоны сердца ясные,ритмичные, патологических шумов нет. ЧСС 80 в мин. АД 120/80 мм рт.ст. Живот обычнойформы, при пальпации мягкий, безболезненный. Печень по краю реберной дуги.
Дизурическихявлений нет. Симптом Пастернацкого отрицателен с обеих сторон. Стул в норме.Данные лабораторных и инструментальных исследований:1. Клинический анализ крови, биохимический анализ крови, общий анализ мочи: показатели впределах нормы.2. ЭКГ: ЭОС не отклонена. Ритм синусовый, правильный. Нерезко выраженные изменениямиокарда.3.
ЭЭГ: Патологических форм ЭА головного мозга в покое и при функциональных нагрузках необнаружено.Лечение: рисполепт – до 4 мг/сут, пароксетин – 20 мг/сут., циклодол – до 4 мг/сут.Динамика состояния: На фоне проведенной терапии в состоянии больного отметиласьположительная динамика. Нормализовалось настроение. Дезактуализировались отдельные идеиотношения. Стал активнее. В отделении общается с другими больными, смотрит телевизор,играет в настольные игры, помогает медперсоналу.
Ходит на прогулки в сад. Однако остаетсямонотонным, эмоционально измененным. В июне 2003 г. был выписан с улучшением домой,рекомендован дальнейший прием рисполепта – 2 мг/сут, циклодола – 2 мг/сут.Заключение: Шизофрения параноидная приступообразно-прогредиентная. Апатическаядепрессия. (F 20.014).61Комментарий:Психопатологическаянаследственностьбольногоотягощена.Продромальный период заболевания, очевидно, начался в возрасте 22-х лет, вовремя обучения в вузе, когда больной изменился по характеру, стал грубым,замкнутым.
Снизилась успеваемость. В дальнейшем, по окончании вуза,предпринимал попытки трудоустройства, однако нигде не удерживался, подолгуоставался без работы. Поверхностно увлекался религией.В 30 лет развилось острое психотическое состояние параноиднойструктуры,характеризовавшеесябредомпреследования,отношения,инсценировки. Был впервые госпитализирован.
На фоне лечения рисполептом иаминазиномсформировалась неполная ремиссия. В ходе ее становленияразвилось апатическое депрессивное состояние средней степени тяжести сжалобами на сниженное настроение, «отсутствие энергии», «упадок сил».Развитие депрессии на этапе формирования ремиссии вскоре послеперенесенного параноидного психоза, ее апатическая клиническая структура, атак же отсутствие связи с какими-либо психотравмирующими ситуациямипозволяютнамквалифицироватьэтосостояниекакэндогеннуюпостпсихотическую депрессию. Лечился стационарно, принимал рисполепт – до 4мг/сут., пароксетин – 20 мг/сут., циклодол.
На фоне лечения состояние больногоулучшилось. Стал активнее, нормализовалось настроение, дезактуализировалисьсохранявшиеся на тот момент отдельные идеи отношения.Таким образом, включение в схему лечения антидепрессанта показало своюэффективность в отношении депрессивной симптоматики. В дальнейшем перенесеще три психотических приступа параноидной структуры и четыредепрессивно-параноиднойсбредомгреховностивсвоей–структуре,перемежающиеся ремиссиями различной продолжительности с выраженнойнегативной симптоматикой.62Клиническое наблюдение 2Больной А., 38 лет, неработающий, инвалид II гр.Анамнез (со слов больного, его родителей и по данным медицинской документации):Психопатологическая наследственность не отягощена.
Матери 61 год, по характерууравновешенная, общительная, заботливая, по профессии – экономист. Отцу – 61 год, имеет 4высших образования, знает несколько иностранных языков, добрый, спокойный. Больнойединственный ребенок в семье. Родился от третьей беременности, протекавшей с явлениямитоксикоза в течение всего срока. Родился в асфиксии, после длительного безводногопромежутка, проводились реанимационные мероприятия. Рос стеснительным, замкнутым,малообщительным. Посещать детский сад не любил, чувствовал себя там некомфортно.Предпочитал игры в одиночестве.
Воспитывался бабушкой, т.к. родители много временипроводили на работе. Рос в условиях гиперопеки, родные часто баловали больного, старалисьудовлетворять любые его желания.В 6 лет пошел в подготовительный класс школы. С трудом адаптировался в детскомколлективе, чувствовал себя неуверенно. Среди одноклассников было 2 близких друга, с однимиз которых общается до сих пор. Учился слабо.
На уроках плохо усваивал материал, былонеинтересно. Боялся отвечать у доски, просил учителей спрашивать его на перемене, «чтобыникто не смущал». Домашние задания выполнял под контролем родителей. Если не справлялсяс какими-либо задачами, родители решали их за него. В 11 лет появились колебаниянастроения. Временами испытывал «необычную уверенность в себе». Во время уроков многоразговаривал, шутил, «смешил весь класс». Учителя часто делали замечания, вызывали в школуродителей.В 15 лет (1993 г.) без видимых причин резко снизилось настроение, стал болеезамкнутым,пересталобщатьсясродителями,отвечалодносложно.Испытывалзаторможенность, «напряжение, скованность в теле», «было трудно общаться», «ничего нехотелось делать».
В вечерние часы бывал тревожным, стал плохо спать, снизился аппетит.Амбулаторно был осмотрен психиатром, принимал по назначению трифтазин, сонапакс. Такиесостояния неоднократно повторялись в течение последующего года и длились до несколькихнедель.В 16 лет «будто в полусне увидел» перед собой «картинку», где «потерся сзади оженщину областью паха».
«Понял», что совершил «изнасилование». Постоянно рассказывал обэтом матери, говорил, что «его место в психинтернате или в тюрьме». Стал возбужденным,агрессивным, кричал на родителей, ломал дома вещи, «крушил квартиру». Говорил, что его«воспитывают чужие люди», спрашивал, где его «настоящие родители». Казалось, будто«вокруг разыгрывается какой-то спектакль».















