Диссертация (1138947), страница 12
Текст из файла (страница 12)
Один из примеров подобной ситуации сконструировал В.В. Питецкий137. Имея умысел на убийство, К. попросил Щ. выстрелить в С., сославшись на то, что хочет разыграть последнего. Произведённый выстрел явилсяпричиной смерти С. Поскольку вина Щ. заключается в неосторожности, то квалифицировать содеянное как соучастие нельзя. Действия К. при этом посредственным исполнением согласно действующей редакции ч.
2 ст. 33 УК РФ такжене являются. Получается, он остаётся вне рамок уголовного преследования.В.В. Питецкий в качестве выхода из ситуации предлагает дополнение определения посредственного исполнения фразой: «подлежащих уголовной ответственности, но по другим статьям настоящего Кодекса»138. Подобная формулировка составлена автором также с учётом предлагаемого им варианта разрешения вопроса, связанного с соучастием лица, не обладающего признаками специального субъекта. Ввиду того, что диссертант придерживается иной позиции вотношении последнего вопроса, более предпочтительной видится редакция,предложенная А.Н. Павлухиным: «лицо, совершившее преступление при посредстве лиц, не являющихся соучастниками преступления»139.Н.И. Сальникова считает, что какого-либо противоречия в выделении посредственного исполнения в рамках института соучастия нет140.
В основу своихрассуждений автор кладёт довод о том, что в ч. 2 ст. 33 УК РФ говорится лишь оразновидности исследуемого вида соучастника, то есть при наличии соисполнителя, организатора, подстрекателя или пособника исполнитель может выполнятьобъективную сторону преступления не своими руками, а посредством лиц, неподлежащих уголовной ответственности или действующих по неосторожности.См.: Ковалёв М.И. Указ. соч. С. 23.См.: Питецкий В.В. Указ. соч. С. 20.138Там же. С. 21.139Павлухин А.Н.
Указ. соч. С. 70.140См.: Сальникова Н.И. Понятие посредственного исполнительства в Уголовном кодексе РФ //Современное право. 2006. № 5. С. 49–53.13613755Аналогичную мысль высказывает Е.В. Благов. Автор отмечает, что не всякогоисполнителя, действующего посредством, можно считать соучастником, а лишьтого, которое участвует в преступлении с другим действительным соучастником141. П.С. Яни также пишет, что «признак совершения преступления в составегруппы лиц по предварительному сговору может быть вменен лицу лишь в случае, когда помимо фактического исполнителя, не подлежащего уголовной ответственности в силу названных причин, в совершении преступления участвовалииные лица, такой ответственности подлежащие»142.Н.И.
Сальникова обращает внимание на то, что учёные, которые критикуют рассматриваемое законодательное положение, утверждают, что исполнитель,действующий непосредственно, мыслим только в рамках института соучастия,но при этом исполнителя, действующего посредством, считают возможным приравнивать к единоличному совершителю преступления.Представляется, что позиция Н.И. Сальниковой заслуживает поддержки.Совершение преступления «чужими руками», действительно, может быть способом реализации преступного умысла исполнителя. Только, как было установлено, положения гл.
7 УК РФ применимы при условии, если в содеянном принимало участие не менее двух лиц, подлежащих уголовной ответственности.Однако судебные акты не всегда отвечают выстроенной логической цепочке.Например, в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 №19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»143 сказано только, что должностное лицо, издавшее заведомо незаконный приказ или распоряжение подчинённому лицу, не осознававшему незаконность такого приказа или распоряжения и исполнившему его, подлежит ответственности как исполнитель преступления. При этом какого-либо указания на необходимость наличия соучастников(лиц, подлежащих уголовной ответственности) для такой квалификации нет.
ТемСм.: Благов Е.В. Применение уголовного права (теория и практика). СПб.: Юридическийцентр Пресс, 2004. С. 208.142Яни П.С. Квалификация групповых хищений в судебной практике // Законность. 2016. № 1.С. 41.143Российская газета. 2009. 30 октяб.14156не менее их отсутствие позволяет констатировать только единоличное совершение преступления.Сказанное выше приводит к выводу о том, что дискуссии надо вести о необходимости законодательного закрепления положений о посредственном совершении, как более общем явлении. Именно отсутствие последнего порождаетобсуждения о корректности ч. 2 ст.
33 УК РФ в рассматриваемом аспекте. В.Г.Усов, разделяющий данный довод, предлагает закрепить положения о посредственном исполнении в отдельной норме – ч. 6 ст. 33 УК РФ, признав его самостоятельным видом участия в совершении преступления144. Представляется, чтоподдержать подобную инициативу нельзя, поскольку, оставляя такую норму вгл. 7 УК РФ, регламентирующей соучастие, мы не решаем обозначенную проблему.
Думается, что при включении в УК РФ, например, ст. 231, о которой пишет Д.А. Луньков, посредственное исполнение рассматривалось бы как частныйслучай посредственного совершения и не вызывало имеющихся разногласийсреди представителей научного сообщества. Но нужно ли вообще регламентировать этот аспект на уровне закона?В литературе фактических совершителей нередко отождествляют с орудиями145.
Например, В.В. Питецкий пишет: «Его суть (исполнителя, действующего посредством, – прим. М.А.) заключается в том, что такой исполнитель объективной стороны преступления непосредственно не совершает, а используетдля этого иных лиц (не подлежащих уголовной ответственности), которые в егоруках выступают лишь „орудием“ совершения преступления»146. Аналогичноесравнение можно встретить в материалах судебной практики. Так, в приговореСм.: Усов В.Г. Указ. соч. С. 90.См.: Арутюнов А.А.
Указ. соч. С. 192; Завидов Б.Д. Общественно опасные последствия и ихзначение для квалификации преступлений (научно-практический и аналитический комментарийуголовного законодательства России) // СПС «КонсультантПлюс». 2008; Михеев Р.И. Посредственноеисполнение и посредственный исполнитель в уголовном праве. (Проблемы правопонимания иправоприменения). Теоретическая модель de lege ferenda // Проблемы укрепления законности и борьбыс преступностью на региональном уровне (наркотики и преступность).
Уголовное право,криминология, уголовно-исполнительное право на рубеже XX-XIX веков: Материалы междунар.науч.-практ. конф. М., Смоленск, Юрид. ин-т МВД России, Смоленский филиал, 1999. Ч. 2. С. 97;Сальникова Н.И. Указ. соч. С. 49; Трухин А. Объективная сторона соучастия в преступлении //Уголовное право.
2008. № 2. С. 88; Цвиренко О.Л. Указ. соч. С. 77; и др.146Питецкий В.В. Указ. соч. С. 20.14414557Рыбно-Слободского районного суда Республики Татарстан от 25.08.2014 по делу№ 1-22/14 указано: «В данном случаен исполнитель – лицо не достигшее установленного в законе возраста уголовной ответственности, является орудием,средством совершения преступления“»147.«Орудие совершения преступления – это предмет, с использованием которого непосредственно выполняется объективная сторона преступления»148.Именно в таком качестве выступает de facto совершитель.
А.Н. Трайнин писал:«Преступление весьма часто совершается при помощи специальных орудий иинструментов – отмычки, ножа, револьвера и т.п. Возможны случаи, когда в качестве такого слепого орудия в руках преступника выступает человек. В этихслучаях с внешней стороны имеется совместная деятельность нескольких лиц,но, по существу, здесь лишь кажущееся, «мнимое» соучастие»149.
Справедливости ради отметим, что есть и ярые противники такого подхода150.В качестве орудия может быть употреблено множество предметов окружающего мира. В связи с этим с позиции русского языка посредственное совершение образует использование любого орудия. В то же время применение, например, автомата, дубинки или шприца никак не регламентировано в Общейчасти УК РФ. Отличие средств от орудий, их специфика и разнообразие – предмет уголовной науки, а не закона. В связи с этим введение в УК РФ нормы о посредственном совершении преступления с целью регламентации использованияодного из орудий – человека, совершившего преступление по неосторожностиили не подлежащего уголовной ответственности, – представляется нецелесообразным.Таким образом, при отсутствии общей нормы о посредственном причинении, неоправданно и наличие частной – о посредственном исполнении. Потребность в последней сомнительна и в виду того, что посредственное исполнениеСПС «КонсультантПлюс».
См. также: Кассационное определение Верховного суда Республики Татарстан от 20.09.2011 по делу № 22-7130 // СПС «КонсультантПлюс».148Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / под ред.А.В. Бриллиантова. Т.
1. С. 61.149Трайнин А.Н. Указ. соч. С. 122.150См.: Бабий Н.А. Указ. соч. С. 163.14758преступлений встречается достаточно редко. По данным О.Л. Цвиренко доля таких дел не превышает 1%151.В предыдущем параграфе было установлено, что содеянное с «негодным»субъектом обладает повышенной общественной опасностью по сравнению сединоличным совершением и требует ужесточения наказания. Требуется ли всвою очередь усиление ответственности надлежащего субъекта, если он совершил преступление посредством лица, не являющегося соучастником?В пункте «д» ч. 1 ст.
63 УК РФ в качестве отягчающего обстоятельства закреплено привлечение к совершению преступления лиц, которые страдают тяжелыми психическими расстройствами либо находятся в состоянии опьянения, атакже лиц, не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность. Соответственно в ряде случаев использование «негодных» субъектов влечёт ужесточение ответственности.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
