Диссертация (1138868), страница 27
Текст из файла (страница 27)
Вместе с тем описание «неклассических» концепцийгражданско-правовой ответственности, аналогичных тем, которые исследуются вданной Главе диссертации, в настоящее времявстречается вработахотечественных цивилистов. Особый интерес в этом плане представляют работыД.Е. Богданова.197Так,Д.Е.Богдановотмечает,чтовзарубежнойдоктринеиправоприменительной практике, затрагивающей вопросы гражданско-правовойответственности за деликты, еще в 70-80-х годах 20-го века наметился отход оттрадиционного понимания делинквентов и лиц, пострадавших в результатеделикта.Данныйновыйподходиспользуетсядлятакихдостаточнонестандартных ситуаций, когда, с одной стороны, установлен факт совершенияделикта (например, факт причинения вреда определенному лицу), но, с другойстороны, невозможно установить конкретного причинителя вреда (делинквента).С точки зрения классической теории гражданского права (так называемого«индивидуалистического понимания» деликтной ответственности, при которой«длявозложенияделиктнойответственноститребуютсядоказательствапричинения вреда конкретным лицом198, а не просто наличие доказательствсоздания риска (вероятности) такого причинения»199) пострадавшее лицо,197См.
Богданов Д.Е. Анализ правовых подходов к возмещению чистых экономических потерь в зарубежном праве// Журнал российского права. – 2012. – № 3. – С. 82 – 91; Богданов Д.Е. Влияние принципа справедливости наэволюцию учения о причинности в деликтной ответственности // Адвокат. – 2012. – № 7.
– С. 5–15; Богданов Д.Е.Пределы деликтной ответственности в российском и зарубежном праве // Журнал российского права. – 2011. – №7. – С. 69 - 78; Богданов Д.Е. Триединая сущность справедливости в сфере деликтной ответственности // Журналроссийского права. – 2013. – № 7.– С. 49 - 62.198См. также: Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. М:Госюриздат,1951.– С.53.199Богданов Д.Е. Влияние принципа справедливости на эволюцию учения о причинности в деликтнойответственности // Адвокат.
– 2012. - № 7. – С. 5 – 15.148которому был причинен вред, в описанной ситуации, по существу, лишеновозможности взыскать причиненные ему убытки, являющиеся денежнымвыражением вреда, поскольку неизвестно, с кого такие убытки взыскивать.Описанная выше нестандартная ситуация в настоящее время может иметьместо в случаях так называемого массового причинения вреда, связанного снедостатками товаров. Как указывает Д.Е. Богданов, «серьезные вызовы поотношению к принципу индивидуализированнойпричинности порождаетфеномен ответственности за вред, причиненный недостатками товаров (в томчисле работ и услуг), так называемая product liability, особенно в ситуацияхпричинениявредазначительномучислупотерпевшихзаменяемыми(однородными) товарами, выпускаемыми различными производителями (massproducts torts).Как указал в этой связи Дональд Г.
Гиффорд, взаимодействуя вместе,коллективныйпотерпевшийиколлективныйлибонеопределенныйделинквент породили фундаментальный вызов традиционному требованиюиндивидуализированной причинности в деликтном праве».200Ярким примером такой ситуации с участием «коллективного либонеопределенного делинквента» может служить решение по делу Sindell v. AbbottLaboratories (1980 г.).201 По данному делу потерпевшей был причинен вредздоровью, в связи с тем что ее мать, будучи беременной, принимала пилюли,содержащие вещество DES, которое оказалось вредоносным для эмбриона (изкоторого впоследствии родилась истица). Иск был предъявлен одновременно к200Богданов Д.Е. Влияние принципа справедливости на эволюцию учения о причинности в деликтнойответственности // Адвокат.
2012. - № 7. С. 5 – 15; см. также Gifford, Donald G. The Challenge to the IndividualCausation Requirement in Mass Products Torts // University of Maryland Scholl of Law. Legal Studies Research Paper No.2005-34. P. 3. Режим доступа: http://ssrn.com/abstract=696561. – Загл. с экрана. – яз. англ. (дата обращения –21.12.2015).201Sindell v.
Abbott Laboratories et al., 607 P.2d 924, 26 Cal. 3d 588, 163 Cal. Rptr. 132 (Cal. 1980)// Режим доступа:https://www.courtlistener.com/opinion/1177800/sindell-v-abbott-laboratories – Загл. с экрана. – яз. англ. (датаобращения- 21.12.2015).149нескольким компаниям из числа примерно 300 фирм, которые выпускали вданное время препараты, содержащие DES. У потерпевшей по объективнымпричинам не было возможности доказать, препараты какого конкретногопроизводителя принимала ее мать за много лет до подачи иска (и за несколькомесяцев до рождения самой истицы).Таким образом, как отмечает Д.Е.
Богданов, в указанном судебном деле«отсутствовали доказательства индивидуализированной причинности действийконкретногоделинквента,вызвавшиенеблагоприятныепоследствиядляконкретного потерпевшего. Вероятно, среди ответчиков, указанных в иске,отсутствовал и непосредственный причинитель. Однако Верховный суд штатаКалифорния вынес решение в пользу потерпевшей. Суд указал, что ответчики всовокупностипредставлялизначительнуюдолюрынкаиможнобылопрезюмировать, что вредоносный препарат мог быть произведен одним из числаответчиков и если ответчики окажутся неспособными опровергнуть данноепредположение, то каждый из них может быть привлечен к ответственности завред, причиненный здоровью потерпевшего в процентном соотношении, котороесоставляет долю каждого ответчика в рынке данного препарата.
Таким образом,суд штата Калифорния сформулировал модель ответственности пропорциональнос долей в рынке (market-share liability)».202Нетрудно заметить, что ситуация, рассмотренная в указанном судебномделе Sindell v. Abbott Laboratories, по сути, является «зеркальным» отражениемтех ситуаций, которые возникают при привлечении инсайдеров к гражданскоправовой ответственности за инсайдерскую деятельность: в деле Sindell v.
AbbottLaboratories был точно известен потерпевший (лицо, чьему здоровью был202Описание дела цит. по Богданов Д.Е. Влияние принципа справедливости на эволюцию учения о причинности вделиктной ответственности // Адвокат. 2012. - № 7. С.
5 – 15; см. также: Gifford, Donald G. The Challenge to theIndividual Causation Requirement in Mass Products Torts // University of Maryland Scholl of Law. Legal Studies ResearchPaper No. 2005-34. P. 42-44. доступ на сайте: http://ssrn.com/abstract=696561. – Загл. с экрана. – яз. англ. (датаобращения – 21.12.2015); Zweigert K., Kotz H. An Introduction to Comparative Law. Third Revised Edition.
Oxford,1998. P. 674.150причинен вред), но невозможно было с достоверностью установить причинителявреда; в судебных же делах о взыскании с инсайдера убытков, причиненныхинсайдерской деятельностью, ситуация оказывалась прямо противоположной:достоверно был известен конкретный делинквент (инсайдер), но в условиях«обезличенности» сделок на фондовом рынке невозможно было с достоверностьюустановить конкретных лиц, которым в результате инсайдерской деятельностибыл причинен соответствующий вред.И в том, и в другом случае сам факт совершения деликта (причинениявреда) никем не оспаривается. С точки зрения классического подхода кгражданско-правовой ответственности за деликт в обоих описанных случаяхотсутствовалибыоснованиядлявзысканиясоответствующихубытков,являющихся денежным выражением вреда (поскольку в одной ситуации данныеубытки было бы не с кого взыскать, а в другой ситуации отсутствовали бы лица, впользу которых можно было бы взыскать такие убытки).
Применение указанных«неклассических» концепций гражданско-правовой ответственности позволяетразрешить указанные теоретические проблемы, неразрешимые с точки зренияклассической концепции гражданско-правовой ответственности. В связи с этим,несмотря на то, что данные «неклассические» концепции гражданско-правовойответственности в настоящий момент еще не получили распространения вроссийском праве, представляется, что их применение может быть весьмавероятным в обозримом будущем в тех ситуациях, в которых станет очевиднойневозможность решить определенные практические проблемы с помощьюправовогоинструментария,разработанногонаоснованииклассическогоцивилистического подхода к гражданско-правовой ответственности.Уяснивобщуюгражданско-правовойинсайдерскойправовуюсущностьответственностиинформации,следуетза«неклассических»неправомерноезадатьсявопросом:концепцийиспользованиекакаяжеизвышеуказанных «неклассических» концепций в наибольшей степени будет151способствоватьзащитеправинвесторов,пострадавшихврезультатенеправомерного использования инсайдерской информации?На наш взгляд, обе указанных концепции представляются применимыми взависимости от того, в какой форме осуществляется инсайдерская деятельность.2.1.
Случаи, в которых целесообразно применение «концепцииодновременных торгов»«Концепция одновременных торгов» представляется применимой в томслучае, если инсайдерское правонарушение состояло только в том, что инсайдерпродавал добросовестному инвестору/ покупал у добросовестного инвестораценные бумаги с использованием инсайдерской информации, но не передавалинсайдерскую информацию (или основанные на ней рекомендации) в адрестретьих лиц («инсайдерская торговля»).В случае, если неправомерное использование инсайдерской информацииосуществляется именно в указанной форме, право на взыскание соответствующихубытков должны иметь только инвесторы, совершающие сделки на фондовомрынке одновременно с инсайдером («одновременно торгующие инвесторы»), таккак именно они страдают от информационного дисбаланса, вызванногоповедением нарушителя и именно сделки с участием таких инвесторов вконечном счете обеспечивают инсайдеру прибыль.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
