Диссертация (1138868), страница 21
Текст из файла (страница 21)
Правовой режим сведений служебного характера об эмитентах на рынке ценных бумаг.С. 125126.128Молотников А.Е. Правовое регулирование рынка ценных бумаг: учебное пособие. – М.: Стартап, 2013. – С.503110лицом при предъявлении к инсайдеру иска о взыскании убытков (данный вопросбудет более подробно рассмотрен ниже в Главе 4 настоящей диссертации)).Таким образом, согласно теории необоснованного преимущества, главнойцелью законодательства о противодействии неправомерному использованиюинсайдерской информации является обеспечение одинаковых «правил игры» длявсех инвесторов (участников фондовых рынков).
Соответственно, главнымнегативнымпоследствиемнеправомерногоиспользованияинсайдерскойинформации является нарушение равенства прав инвесторов на фондовом рынке,а главным лицом, пострадавшим от неправомерного использования инсайдерскойинформации, является добросовестный инвестор, за которым, согласно указаннойтеории, и должно быть закреплено приоритетное право на взыскание с инсайдерасоответствующих убытков.1.3 Прогосударственная теорияПрогосударственная теория (или теория стабильности рынка) имеетопределенные схожие черты с проинвесторской теорией необоснованногопреимущества (поскольку исходит из того, что между участниками рынка недолжно быть никакого неравенства (в том числе, информационного), но, вотличие от теории необоснованного преимущества, исходит не столько изнеобходимости защитить права конкретного добросовестного инвестора нафондовом рынке, сколько из необходимости скорейшего восстановления общегобаланса интересов на фондовом рынке, нарушенного в результате инсайдерскойдеятельности.Согласно данной теории, инвесторы, торгующие ценными бумагами наопределенном фондовом рынке, должны иметь уверенность в том, что на рынкеобеспечиваются равные для всех «правила игры».
Необходимость обеспечениятаких условий и их положительный эффект были подробно описаны в111предыдущем разделе 1.2. настоящего параграфа, в котором рассматриваласьпроинвесторская теория необоснованного преимущества.Невозможность обеспечения равных условий, «непрозрачность» рынканеизбежно приводит к снижению доверия инвесторов и, как следствие, – к оттокукапиталов с указанного фондового рынка.129Основной пострадавший (исходя из этой теории) - само государство вцелом, прозрачность и привлекательность фондового рынка соответствующегогосударства, следовательно, только государство (его уполномоченные органы вобласти финансовых рынков) вправе предъявлять к инсайдерам иски о взыскании«убытков», «репутационных потерь» (повлекших отток инвесторов с рынка),причиненныхвсемупривлекательности)фондовомуфактомрынку(егонеправомерногообщейинвестиционнойиспользованияинсайдерскойинформации.Рассмотрим, как вышеперечисленные теории находят свое отражение взаконодательстве США и иных зарубежных стран.129Некоторые авторы (см., например, Ashe, M.; Rider, Barry A.
Insider Crime – the New Law; Bristol: Jordans,1993.P.4) отрицают, что теория стабильности рынка является отдельной самостоятельной теорией ответственностиза инсайдерскую деятельность. Главным аргументом против обособления указанной теории выступает тот факт,что инсайдерская деятельность негативно влияет не столько на стабильность самого фондового рынка, сколько насубъективное восприятие инвесторов о том, что инсайдерская деятельность не может не повлиять на этустабильность.
Обращают внимание авторы и на то, что теория стабильности рынка и теория необоснованногопреимущества исходят из одинаковой предпосылки: необходимости обеспечения равных для всех инвесторов«правил игры» на рынке.112§2. Определение лиц, имеющих право на взыскание убытков, приприменении проинвесторской теорииКакужепроинвесторскаяупоминалось,теориявСШАнеобоснованногопреимущественноиспользуетсяпреимущества,закрепляющаяприоритетное право на взыскание убытков за добросовестным инвестором.Однако следует сразу сделать оговорку: законодательство США, в которомпредпочтение отдано главным образом проинвесторской теории, не отражаетобщую тенденцию, характерную для других зарубежных юрисдикций.
Крометого, проинвесторская теория стала приоритетной в праве США лишь на болеепозднем этапе развития американского «антиинсайдерского» законодательства(на более же ранних этапах развития (до 1970-80-х годов) приоритет отдавалсязащите интересов государства и эмитента). Для полной ясности картины следуетотметить, что вышеперечисленные теории гражданско-правовой ответственностиза неправомерное использование инсайдерской информации не являютсявзаимоисключающими и на практике законодатели различных стран очень частоиспользуют одновременно несколько теорий.130130Например, в законодательстве Австралии выделяются 3 основных категории лиц, имеющих право на взысканиеубытков с инсайдера:1.
Иск о взыскании убытков предъявляется инвестором;2. Аналогичный иск предъявляется эмитентом, акции которого обращаются на бирже;3. В особых случаях иск о взыскании убытков предъявляется самим регулятором (уполномоченным органомв области финансовых рынков– Australian Securities and Investment Commission (ASIC)) в защитукорпорации-эмитента (в тех случаях, когда, по мнению уполномоченного органа, конкретный случайинсайдерской деятельности угрожает публичным интересам) (Australian Corporation Act 2001.
Section 1043(L),Section1317HA.).(Режимдоступа:http://www.austlii.edu.au/au/legis/cth/consol_act/ca2001172/s1042a.html – Загл. с экрана. – яз.англ. (датаобращения – 21.12.2015).Стоит отметить, что в Австралии суд может взыскать с инсайдера убытки (компенсацию) лишь в отношенииодного из истцов – корпорации-эмитента либо инвестора. Приоритетное право на получение компенсации имеетименно то лицо, которое первым по времени заявило данное требование (first - to – claim right).Австралийское законодательство, таким образом, сочетает в себе одновременно три теории:113Вышеописанныетеориигражданско-правовойответственностизаинсайдерскую деятельность и практические примеры применения указанныхтеорий в различных юрисдикциях свидетельствуют о том, что вопросопределения лиц, имеющих право на взыскание с инсайдеров убытков,причиненныхврезультатенеправомерногоиспользованияинсайдерскойинформации, может решаться совершенно по-разному, в зависимости от того,какой теории ответственности придерживается законодатель в конкретномгосударстве.В настоящее время из формулировки нормы п.7 ст.7 Закона об инсайдесовершенно неясно, какую теорию ответственности отечественный законодательизбрал в качестве приоритетной.
Не исключено также, что подобный вопрос могнезаконного присвоения (право корпорации-эмитента на взыскание убытков);необоснованного преимущества (право добросовестного инвестора на взыскание убытков);стабильности рынка (право на предъявление уполномоченным органом (ASIC) гражданского иска винтересах эмитента в целях обеспечения публичных интересов).Однако взыскание с инсайдера убытков в пользу всех указанных лиц невозможно, поскольку такое правопредоставляется лишь тому лицу, который первым предъявил такие требования. Австралийский законодатель,таким образом, решил не отдавать предпочтения ни одной из теорий, не пожелав занять ни проинвесторскую, нипроэмитентскую сторону, а фактически поставил право взыскания с инсайдера убытков в зависимость от быстротыреакции инвестора либо эмитента на конкретный случай инсайдерской деятельности.Базовой теорией ответственности, на которой основывается законодательство Сингапура, является теориянеобоснованного преимущества, в связи с чем приоритет отдается защите прав инвесторов.
Право на взысканиеубытков с инсайдера имеется у любого лица, которое приобрело либо продало акции одновременно ихпродажей/покупкой инсайдером. У эмитента право на взыскание соответствующих убытков отсутствует.При этом гражданский иск не может быть подан инвестором в тех случаях, когда отсутствует решение суда опривлечении инсайдера к уголовной либо административной ответственности (civil penalty). Таким образом,предъявление гражданского иска по законодательству Сингапура фактически поставлено в зависимость отпривлечения инсайдера к публичной ответственности (Section 105 of Singapore Securities Industry Act 1986).
Этообстоятельство резко отличает законодательство Сингапура от законодательства Австралии.Существуют и примеры юрисдикций, в которых законодатель строго придерживался теории стабильности рынка(прогосударственной теории). Наиболее ярким примером является Гонг-Конг. Согласно законодательству ГонгКонга взыскание с инсайдеров убытков напрямую инвесторами невозможно.Только уполномоченные государственные органы вправе взыскивать указанные убытки, а затем (если сочтутнужным) могут по своему усмотрению распределить взысканные средства между инвесторами и эмитентами,понесшими убытки в результате неправомерного использования инсайдерской информации (Section 23 (1)(b) ofHong Kong Securities (Insider Dealing) Ordinance).114быть вообще оставлен без внимания при разработке и принятии Закона обинсайде.Однако без получения ответа на вопрос о том, кто имеет право на взысканиеубытков с инсайдера, невозможно и выстраивание всего механизма гражданскоправовой ответственности инсайдера за причиненные убытки.Вопрос определения лиц, имеющих право на взыскание убытков,причиненныхинсайдерскойдеятельностью,является,вцелом,менеепроблемным, если законодатель решит развивать институт гражданско-правовойответственности за инсайдерскую деятельность на основе теории незаконногоприсвоения(проэмитентской(прогосударственнойтеории)теории).Вилиуказанныхтеориистабильностислучаяхпослерынкатого,какуполномоченный орган (суд) установит сам факт неправомерного использованияинсайдерской информации, можно определить, ценные бумаги какого эмитентаявлялись предметом инсайдерских сделок.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
