Диссертация (1138868), страница 19
Текст из файла (страница 19)
В этом случаеопределение «инсайдера» было бы аналогичным тому, которое используется вправе США.113Однако, на наш взгляд, указанное определение инсайдера, основанное натеории незаконного присвоения, все равно является неполным, поскольку неохватывает тех лиц, которые получили инсайдерскую информацию в результате(или в ходе) совершения ими неправомерных действий, при этом не имея никакихфидуциарных обязанностей (ни прямых, ни косвенных, ни производных) ни поотношению к соответствующему эмитенту, ни по отношению к источникуинсайдерской информации. Примером такого лица является, например, хакер,который взломал базу данных определенного эмитента114 либо базу данныхинсайдера указанного эмитента и таким образом получил инсайдерскуюинформацию.
При этом данное лицо не имеет никаких фидуциарныхобязанностей ни по отношению к эмитенту, ни по отношению к источникуинсайдерской информации. Следовательно, в том случае, если термин «инсайдер»будет определяться на основании классической теории незаконного присвоения,данный хакер сможет избежать ответственности за инсайдерскую деятельность.Во избежание этого, в определении термина «инсайдер» следует указать,что инсайдером является не только любое лицо, обладающее инсайдерскойинформацией и имеющее прямые, косвенные либо производные доверительные(фидуциарные) обязанности по отношению к эмитенту, к ценным бумагамкоторого относится инсайдерская информация, и/или к соответствующемуисточнику инсайдерской информации, но и любое лицо, хотя и не имеющеефидуциарных обязанностей в отношении указанных лиц, но получившее113См.SECRule10b-5(17CFR240.10b5-1,10b5-2)–режимдоступа:https://www.law.cornell.edu/cfr/text/17/240.10b5-1, https://www.law.cornell.edu/cfr/text/17/240.10b5-2 – Загл.
с экрана.– яз.англ. (дата обращения – 21.12.2015).114Как это произошло в деле SEC v. Oleksandr Dorozhko, Civil Action No. 07 Civ. 9606 (NRB) (S.D.N.Y.) 574 F.3d 42(2nd Cir. 2009).99инсайдерскую информацию при совершении неправомерных действий либо приподготовке к совершению неправомерных действий115 (вне зависимости отвключения его в какой-либо список или перечень).При этом во избежание большого объема законодательной работы приредактировании ст. 4 Закона об инсайде можно оставить без измененийсодержащийся в ней подробный перечень лиц, являющихся инсайдерами, но приэтом сделать данный перечень открытым, предусмотрев, что «инсайдером такжеявляется любое лицо, обладающее инсайдерской информацией и имеющеепрямые, косвенные либо производные доверительные (фидуциарные) обязанностипо отношению к эмитенту, к финансовым инструментам которого относитсяинсайдерская информация, и/или к соответствующему источнику инсайдерскойинформации, а также любое лицо, хотя и не имеющее фидуциарных обязанностейв отношении указанных лиц, но получившее инсайдерскую информацию присовершении неправомерных действий либо при подготовке к совершениюнеправомерных действий».Такимобразом,совершенствованиюпредложенияроссийскогоавторанастоящегозаконодательстваоисследованияпопротиводействиинеправомерному использованию инсайдерской информации (в части измененияподхода к легальному определению термина «инсайдер») сводятся к следующему:1) необходимозакрепитьвроссийскомправеинойподходкопределению инсайдера, а именно: установить в ст.
4 Закона обинсайде, что инсайдером признается любое лицо, обладающееинсайдерской информацией и имеющее прямые, косвенные либо115Предлагаемое определение инсайдера учитывает опыт немецких законодателей, установивших, в частности, чтопервичным инсайдером признается лицо, получившее доступ к инсайдерской информации в ходе подготовки и/или совершения преступления (Цит.
по: Клепицкий И.А. Инсайдерская информация и уголовный закон.// Закон.С.74). На наш взгляд, данное определение инсайдера является чересчур узким, поскольку не признает инсайдерамитех лиц, которые получили доступ к инсайдерской информации в результате (или в ходе) совершенияопределенного противоправного деяния, которое может не являться преступлением, но может представлять собой,например, административное правонарушение.100производныедоверительные(фидуциарные)обязанностипоотношению к эмитенту, к финансовым инструментам которогоотносится инсайдерская информация, и/или к соответствующемуисточнику инсайдерской информации, а также любое лицо, хотя и неимеющее фидуциарных обязанностей в отношении указанных лиц, нополучившееинсайдерскуюинформациюприсовершениинеправомерных действий либо при подготовке к совершениюнеправомерных действий (вне зависимости от включения его в какойлибо список или перечень);2) закрепить в российском законодательстве норму о том, что лицом,неправомерно использующим инсайдерскую информацию, можетпризнаваться только инсайдер.Такие законодательные изменения позволят усовершенствовать и упроститьмеханизм борьбы с неправомерным использованием инсайдерской информации:1)во-первых, участники гражданского оборота будут разгруженыот обременительной обязанности по ведению списков инсайдеров;2)во-вторых,будутустраненывсенеясностикасательноопределения лиц, обязанных возмещать убытки, причиненные в результатенеправомерного использования инсайдерской информации, а лица, которымбыли причинены такие убытки, смогут предъявлять иск ко всем безисключения нарушителям, причинившим указанные убытки, не опасаясьтого, что такие нарушители будут ссылаться на отсутствие у нихформального статуса инсайдера и незнание того, что использованная имиинформация являлась инсайдерской.101ГЛАВА 3.
ОСОБЕННОСТИ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЛИЦ, ИМЕЮЩИХ ПРАВОНА ВЗЫСКАНИЕ УБЫТКОВ, ПРИЧИНЕННЫХ В РЕЗУЛЬТАТЕНЕПРАВОМЕРНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИНСАЙДЕРСКОЙИНФОРМАЦИИ§1. Теории гражданско - правовой ответственности за неправомерноеиспользование инсайдерской информации (инсайдерскую деятельность)Определение лиц, имеющих право на взыскание убытков, причиненных врезультате неправомерного использования инсайдерской информации, имеетключевое значение для уяснения того, каким именно образом функционируетмеханизм гражданско-правовой ответственности инсайдеров.Ввиду отсутствия в российской доктрине каких-либо исследований поданнойтематике,прианализеуказанноговопросабудутвосновномиспользованы законодательство, судебная практика и доктрина США.Исследователи отмечают, что случай взыскания убытков, причиненных врезультате неправомерного использования инсайдерской информации, нельзясравнить с обычным классическим случаем взыскания убытков, (возникших,например, в результате причинения вреда автомобилю, принадлежащемуопределенному лицу), когда вопрос с «пострадавшей» (понесшей убытки)стороной более или менее ясен.116116См., например,1) Yeo V.C.S., A Comparative Analysis of Insider Trading Regulations – Who is Liable and What are theSanctions?, Working Paper, Nanyang Technological University (15 January 2001); (режим доступа:http://www.wirtschaftssprachen.univie.ac.at/fileadmin/user_upload/wirtschaftssprachen/Englisch/Fitzsimons/Text9.pdf – Загл.
с экрана. – яз.англ. (дата обращения – 21.12.2015)),102В случае же неправомерного использования инсайдерской информации кругпострадавших лиц, имеющих право на взыскание убытков с инсайдеров, можетбыть потенциально очень широк. К нему могут относиться:эмитент, чьи ценные бумаги являются предметом инсайдерскойсделки,добросовестный инвестор, заключивший сделку с инсайдером,государство(влицеуполномоченныхорганов),заинтересованное в функционировании фондового рынка по «честнымправилам игры».117Данная классификация субъектов, понесших убытки от инсайдерскойдеятельности, обусловлена особенностями исторического развития американскогозаконодательстваопротиводействиинеправомерномуиспользованиюинсайдерской информации.Как уже отмечалось ранее (см.
Главы 1-2 настоящей диссертации)изначально (в 1930–1960-х годах) законодательство, устанавливающее запрет наинсайдерскую деятельность, было призвано защитить государство и фондовыйрынок от различных недобросовестных практик, способных негативно повлиятьна инвестиционный климат фондового рынка. Это заложило основы дляпрогосударственнойтеориигражданско-правовойответственностизаинсайдерскую деятельность.2) DeMasi Chattin, Danielle. The More You Gain, the More You Lose: Sentencing Insider Trading Under the U.S.SentencingGuidelines,79FordhamL.Rev.165(2011):(режимдоступа:http://ir.lawnet.fordham.edu/flr/vol79/iss1/8, – Загл.
с экрана. – яз. англ. (дата обращения- 21.12.2015)).117Эта классификация лиц, пострадавших от неправомерного использования инсайдерской информации, неявляется универсальной или единственно верной: так, например, А.Г. Шаповалов выделяет только 2 категориилиц, которые могут являться такими пострадавшими: эмитента и инвестора (См. Шаповалов А.Г. Правовой режимсведений служебного характера об эмитентах на рынке ценных бумаг. С. 119-125), исключая государство.103Затем, с дальнейшим развитием американского «антиинсайдерского»законодательства, основным субъектом, которого призвано было защититьуказанное законодательство, стал эмитент (корпорация), несущий убыткивследствие того, что его инсайдерская информация была «незаконно присвоена»нарушителями-инсайдерами.
Следствием такого подхода стала выработкапроэмитентской теории незаконного присвоения.Далее, по мере развития фондовых рынков США, актуальным ипроблемным стал вопрос об обеспечении защиты прав инвесторов в случаеприменениянафондовомрынкетакихнедобросовестныхпрактиккакинсайдерская деятельность (и в частности, разработки механизма, с помощьюкоторого инвестор мог бы взыскать с инсайдера убытки, причиненныеинсайдерской деятельностью). И это положило начало развитию проинвесторскойтеории гражданско-правовой ответственности за инсайдерскую деятельность.Таким образом, круг субъектов, которые могут считаться «пострадавшими»от инсайдерской деятельности (государство, эмитент, инвестор) обусловленособенностями развития законодательства о противодействии инсайдерскойдеятельности.Какие же из указанных субъектов имеют право на взыскание убытков синсайдеров? Ответ во многом зависит от того, какая теория гражданско-правовойответственности за неправомерное использование инсайдерской информацииприменяется в определенной правовой системе.
Рассмотрим каждую из этихтеорий в отдельности.118118Приведенная ниже классификация теорий ответственности за неправомерное использование инсайдерскойинформации цит. по:1) Yeo V.C.S., A Comparative Analysis of Insider Trading Regulations – Who is Liable and What are theSanctions?, Working Paper, Nanyang Technological University, 15 January 2001; (режим доступа:http://www.wirtschaftssprachen.univie.ac.at/fileadmin/user_upload/wirtschaftssprachen/Englisch/Fitzsimons/Text9.pdf – Загл.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
