Диссертация (1138808), страница 32

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 32)

На нашвзгляд, это также должно быть отражено в рассматриваемых нормах уголовного закона.Все приведенные и иные проявления процессуальной правоспособности участников судопроизводства, которые имеют значение для правильногорасследования и разрешения уголовного дела и по поводу совершения которых они могут быть подвергнуты принуждению в ходе судебного разбирательства, можно обозначить одним общим термином – совершение процессуальных действий. Именно на его основе, думается, и нужно было бы формулировать как название, так и диспозицию нормы, содержащейся в ст. 302 УКРФ.

В контексте сказанного предлагается заменить используемое в ст. 302УК РФ выражение «принуждение к даче показаний» на слова «принуждениек даче показаний, совершению иных процессуальных действий или отказу отих совершения». 84 % респондентов поддержали это предложение.Наконец, еще один спорный, на наш взгляд, момент отражения описываемого посягательства в законе связан с интерпретацией вида судопроизводства, в котором такое воздействие возможно. Большинство ученых считают, что в данном случае речь идет только об уголовном процессе267. Приэтом некоторые из них трактуют суть приведенного в законе выражения ещеболее узко, имея в виду только стадию предварительного расследования268.Мы считаем необоснованным такое сужение смысла рассматриваемойнормы. С точки зрения охраны интересов отправления правосудия, она267Собственно именно такой смысл определяет сама указанная норма УК РФ (см.,например: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) /отв.

ред. А.И. Рарог. М.: Проспект, 2011; Преступления против правосудия / под ред. А.В.Галаховой. М., 2005. С. 144–145; Шестаков А.Л. Квалификация действий органов внутренних дел при совершении преступлений против правосудия. С. 28–31).268См.: Баев О.Я. Посягательства на доказательственную информацию и доказательства в уголовном судопроизводстве (правовые и криминалистические средства предупреждения, пресечения и нейтрализации последствий: проблемы и возможные решения) //СПС «КонсультантПлюс».

2009.149должна распространяться на все правосудие, а не только по уголовным делам. Конечно, в гражданском и арбитражном процессе нет такого потенциаламер принудительного воздействия, карательных органов и соответствующихдолжностных лиц, уполномоченных его реализовывать. Но в этих видах судопроизводства есть другая фигура – судья, который хотя и не может оказатьнепосредственного давления на стороны в процессе судебного разбирательства, зато располагает полномочиями в отношении своих помощников и секретаря судебного заседания. Судья может оказать давление на них в целяхобеспечения чьих-то личных или корпоративных и др. интересов, а не интересов правосудия.

Такие действия, по нашему мнению, также должны бытьнаказуемы, поскольку могут нанести серьезный ущерб отношениям правосудия и потенциально несут в себе общественную опасность.В остальном концепция приведенных выше норм об охране интересовправосудия, а вместе с тем и участников процесса, на наш взгляд, вполне логична и соответствует реальному положению дел. Законодатель совершенноверно дифференцировал ответственность в зависимости от способов принуждения и предусмотрел более строгое наказание за оказание давления научастников уголовного судопроизводства с применением насилия, издевательств или пытки.Единственно, на что еще хотелось бы обратить внимание – это на несовсем точную интерпретацию угрозы, происходящую изнутри системы.Она, как нам кажется, может быть обусловлена не только действиями следователя и лица, производящего дознание, которые непосредственно работаютс остальными участниками процесса в ходе осуществления предварительногорасследования, а могут быть также вызваны действиями руководителя следственного органа или руководителя органа дознания, прокурора, а в некоторых случаях и судьи.

В целом всех их можно объединить одним термином:«представитель власти в сфере осуществления правосудия». Законодатель вкакой-то мере учел момент множественного проявления внутренней угрозыинтересам участников судопроизводства, дополнив круг субъектов преступ-150ления в ст. 302 УК РФ «другими лицами», однако сделал это в несколькоином аспекте, упомянув лишь субъектов, которые действуют с ведома илимолчаливого согласия следователя или лица, производящего дознание.Таким образом, все проявления злоупотреблений, насилия и т.д., проистекающие от представителей власти в сфере отправления правосудия, УКРФ связывает лишь с лицами, осуществляющими уголовное преследованиена досудебной стадии уголовного судопроизводства.

Чтобы исправить сложившее положение и расширить действие уголовно-правового запрета, сделав его универсальным для всех отношений по осуществлению правосудия,представляется необходимым учесть указанные моменты при внесении изменений в норму, содержащуюся в ст. 302 УК РФ.В ст. 311 УК РФ, предусматривающей ответственность за разглашениесведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовного процесса, круг потерпевших определен более удачно, чем вдругих нормах рассматриваемой группы, хотя и не без изъянов. Законодательиспользовал наполовину казуистический, наполовину – абстрактный способописания круга потерпевших: сначала перечислил некоторых из них, а затемрезюмировал диспозицию фразой «другие участники уголовного процесса».Таким образом, поставил под защиту всех участников уголовного судопроизводства от возможного опасного воздействия на них в связи с исполнениемпроцессуальных обязанностей, что на наш взгляд, совершенно справедливо.Предложенный вариант описания круга потерпевших в данной статьевыглядит вполне приемлемым, только его следовало бы немного упростить.Вместо перечисления всех участников процесса их можно представить черезуказание в тексте статьи на принадлежность к той или иной категорий лиц:осуществляющих правосудие или иные функции представителя власти всфере осуществления правосудия по уголовным делам и иных участниковсудопроизводства.

Смысл нормы от этого не изменится, но ее текст, как кажется, станет более универсальным. Тем более что имеет место бланкетнаянорма, которая в определении круга потерпевших отсылает правопримените-151ля к специальным законодательным актам, в частности Федеральному законуот 20.08.2004 № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»269. Кстати, именноздесь, а не в УПК РФ, на наш взгляд, содержится наиболее полный их перечень, именно на этот вариант его трактовки, думается, следовало бы ориентироваться при описании соответствующих преступлений против правосудия.Осужденный за совершение ряда преступлений Т.

в том числе разгласил сведения о мерах безопасности, которые были применены в отношениисудьи. Президиумом Свердловского областного суда и Судебной коллегиейпо уголовным делам Верховного Суда РФ квалификация его действий по ч. 1ст. 311 УК РФ признана правильной270.Как считают многие специалисты, действие ст. 311 УК РФ распространяется только на отношения по осуществлению правосудия по уголовнымделам271, рассчитана исключительно на защиту интересов участников уголовного судопроизводства, что, на наш взгляд, не совсем правильно.

В гражданском процессе суды зачастую рассматривают дела, в которых затрагиваются гораздо более существенные интересы и противостоят гораздо болеесерьезные силы, нежели при рассмотрении некоторых уголовных дел. Особенно это касается случаев, когда правовой конфликт находится на гранипреступного и противоправного, скажем, когда речь идет о так называемыхрейдерских захватах.В таких случаях вопрос о безопасности судей или арбитражных заседателей может стоять довольно остро – их жизни и здоровью может угрожатьреальная опасность272. Причем, как показывает практика, в современной Рос269СЗ РФ.

2004. № 34. Ст. 3534.Надзорное определение Судебной коллегии по уголовным делам ВерховногоСуда РФ от 02.06.2008 № 45-Д08-17 // СПС «КонсультантПлюс».271См., например: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. Г.А. Есакова. М.: Проспект, 2012; Лозовицкая Г.П. Проблемы безопасности участников правосудия // Российский следователь. 2007. № 16. С. 10.272Не случайно, думается, в свое время был принят Федеральный закон от20.04.1995 № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохрани270152сии давление на судей в такого рода процессах – явление не редкое273.

То жесамое в полной мере касается и других участников судопроизводства: свидетелей, экспертов, специалистов и т.д., которые также часто становятся жертвами насилия.В этой связи мы считаем не только целесообразным, но и объективнообоснованным распространение действия нормы об ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности (ст. 311 УК РФ) на участников всехвидов судопроизводства, причем не только представителей власти в сфереосуществления правосудия.При характеристике внешних угроз интересам правосудия, проявляющихся через воздействие на участников судопроизводства рассматриваемойгруппы, законодатель также проявляет некую непоследовательность и неопределенность.

Прежде всего, как и в предыдущем случае, это выражается вописании круга лиц, являющихся потерпевшими в названных преступлениях.Во всех трех статьях об ответственности за посягательство на участников судопроизводства законодатель по-разному определяет круг потерпевших. В ст. 295, 296 УК РФ, помимо того, что он не дифференцирует посягательства в зависимости от вида потерпевшего (на представителей власти всфере отправления правосудия и участников процесса, не относящихся к таковым) о чем уже говорилось, УК РФ называет всего трех лиц рассматриваемой категории: защитника, эксперта и специалиста.

В результате получается,что механизм уголовно-правового обеспечения нормального функционирования отношений правосудия охватывает своей защитой не всех, а лишь некоторых участников судопроизводства. Деяния же, направленные на лишение жизни остальных процессуальных лиц, практика оценивает на общих основаниях по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство лица или его близких в связительных и контролирующих органов» // СЗ РФ. 1995. № 17. Ст. 1455.

Надо заметить, чтоданный нормативный акт распространяется на всех представителей судебной власти иправоохранительных органов независимо от сферы судопроизводства, вида отправленияправосудия и правоохранительной деятельности.273См.: Бухарев А.В. Особенности правового регулирования противодействия коррупции в судах общей юрисдикции // Администратор суда. 2012.

Характеристики

Список файлов диссертации