Диссертация (1101595), страница 47
Текст из файла (страница 47)
Проппа, разработанная им для анализаволшебной народной сказки, может быть применена в исследованиипроблемы героя в русской сказочной драматургии 1930-50-х гг.В соответствии с развитием типов протагонистов в литературе, средигероев-искателей в типологии В.Я. Проппа, на наш взгляд, можно выделитьследующие подтипы: «искателя невесты», «искателя пропавшего близкогочеловека», «искателя нового», «искателя-бунтаря», «искателя-освободителя».В связи со значительным влиянием литературы романтизма на русскуюдраматическую сказку можно выделить протагониста – «романтическогогероя».В соответствии с требованиями времени возникает тип «героя,борющегося против системы».В драматических сказках действуют «герои – выразители авторскихидей», а также «рефлексирующие герои».Кроме того, можно отметить присутствие в сказочной драматургиирассматриваемого периода такого интересного явления, как «коллективныйпротагонист» (например, группа центральных героев, борющихся противколлективного же антагониста – Трех толстяков в одноименной пьесе Ю.К.Олеши).Социальные конфликты, присутствующие в русских драматическихсказках 1930-50-х гг.
в соответствии с общелитературными тенденциямиэтого периода, в ряде пьес трансформировались в борьбу протагонистов игрупп главных героев против системы, против власти. Наиболее отчетливоэта борьба воплощена в произведениях Е.Л. Шварца, в которых она240поднимается на уровень нравственно-философских раздумий, что делаетхарактеры его героев глубокими и многомерными.Наряду с традиционными героями, присущими волшебной народнойсказке, а также персонажами, типичными для классической литературной, втом числе и драматической, сказки, авторы русских сказочных пьес 1930-50х гг.
создали обновленные типы героев-протагонистов.Этигерои,вписываясьвсистемусказочныхпротагонистов,выявленную В.Я. Проппом, на сюжетном уровне, в то же время насодержательном уровне оказываются намного глубже. Они не толькоучаствуют в развитии традиционного морально-этического сказочногоконфликта, но и воплощают важные мировоззренческие вопросы, отражаютв своем поведении социальную борьбу, а также тесно связаны с несказочнойлитературной и общекультурной традицией.В ряде пьес (в первую очередь у Е.Л. Шварца) появляются сложныеобразы героев, не уступающие по своей глубине характерам, созданным влучших произведениях драматургии и вообще литературы того времени. Эторомантические герои, рефлексирующие герои, герои, борющиеся противсистемы.
Эти образы, наряду с некоторыми персонажами произведенийклассической драматургии, в какой-то мере предвосхитили образы героев и«антигероев» сложных произведений сегодняшней драматургии.В русской драматической сказке 1930-50-х гг. в большой мереиспользовалисьтрадиционныетипыконфликтов,присущиерусскойнародной волшебной сказке: морально-этические, социальные, семейные,борьба человека со сверхъестественными силами.
Однако моральноэтические конфликты в этих пьесах, как правило, совмещены с конфликтамидругих типов, прежде всего с социальными и семейными. В русскойсказочной драматургии рассматриваемого периода значительно усиленосоциальное звучание, что можно объяснить требованиями времени. Темсамым морально-этические конфликты переходят из плоскости обыденнойили же абстрактной морали в плоскость общественных отношений, и, более241того, в некоторых произведениях поднимаются на уровень идеологическихконфликтов – столкновения различных мировоззрений и жизненныхпозиций. Такой уровень воплощения конфликтов создает предпосылки дляпоявлениядраматическихсказок,основанныхнасубстанциальныхконфликтах: философских или психологических.Врусскойсказочнойдраматургии1930-50-хгг.интерескобщественной роли человека и к актуальным историческим событиямпроявился в использовании новаторского типа социального конфликта,отличающегося от социальных коллизий, на которых основаны сюжетынародных волшебных сказок.Это конфликты, представляющие собой борьбу главного героя (порой –группы главных действующих лиц – коллективного протагониста) не сотдельным антагонистом-вредителем, а с несправедливой общественнойсистемой или с завоевателями и угнетателями.
Целью этой борьбы зачастуюявляется не защита протагонистом лишь собственных интересов идостижение индивидуальной выгоды, а восстановление справедливости. Этоттип конфликта воплощен по-разному в произведениях различных авторов и,как правило, приближает основанные на этом конфликте пьесы кнаправлению «эпической драмы».В пьесах Т.Г. Габбе, а также в авторских инсценировках Ю.К. Олеши,А.Н. Толстого и В.А. Каверина конфликт носит преходящий характер и несвязансвнутреннимипротиворечиямивдушахпротагонистовицентральных персонажей.
Также преходящий конфликт реализован в раннейсказке Е.Л. Шварца «Голый король». В зрелых же пьесах драматурга «Тень»и «Дракон» центральный конфликт протагониста с несправедливымобщественным устройством не только вызывает внутреннюю борьбу в душахглавныхгероев, но и оказывается субстанциальным и не находитокончательного разрешения в финалах произведений.В русской сказочной драматургии 1930-50-х гг.
формируется важнаятенденция, проявляющаяся в пьесах Е.Л. Шварца, а именно обращение квнутренним конфликтам как к источнику драматизма и сюжета сценических242произведений. Первым заметным шагом в становлении этой тенденции, нанаш взгляд, является пьеса «Тень», в которой драматург придал внутреннийдраматизм не только образу протагониста, но и ряду других персонажей.Дальнейшее развитие тенденция получила в глубоко психологичных ифилософских пьесах «Дракон» и «Обыкновенное чудо», в которых былисозданы многомерные, сложные образы центральных героев.Построениеконфликтовиобразовгероеввзаимообусловлено:субстанциальные и внутренние конфликты делают характеры протагонистовнеоднозначными, глубокими, наполненными внутренним драматизмом.
Сдругой стороны, сложные характеры героев с богатым внутренним миромпереводят их на первый взгляд внешнюю борьбу с антагонистами на болеевысокийуровеньобобщенныхисубстанциальныхконфликтов,противоборства надличного добра и зла.В зрелых произведениях Е. Л. Шварца конфликты нового типа(субстанциальные) требуют и новых характеров – рефлексирующих,многослойных, наполненных внутренним драматизмом. Герои нового типа, всвою очередь, способны существовать в условиях современных конфликтови в той или иной степени разрешать их.Такимобразом,русскаясказочнаядраматургия1930-50-хгг.существенно обогатила типологию как героев, так и конфликтов, присущихжанру драматической сказки, что позволило лучшим сказочным пьесамсоветских драматургов войти в классику литературы и театра.Дальнейшие перспективы исследования заключаются в возможностисоздания расширенной типологии героев русских драматических сказок1930-50-хгодов,включающейвсебяклассификациюнетолькопротагонистов, но и остальных центральных и второстепенных персонажей(антагонистов, помощников и т.д.).
Также плодотворной представляетсяперспектива создания классификации героев, характерных для сказокотдельных авторов, с прослеживанием эволюции выделенных типов героев вих творчестве. Кроме того, можно рассмотреть типологию конфликтов в ее243эволюции при дальнейшем развитии жанра русской драматической сказки вовторой половине ХХ и начале ХХI века.244БиблиографияХудожественные тексты1. Андерсен Г.Х. Сказка моей жизни // Андерсен Г.Х.
Собраниесочинений в 4 томах. М.: Терра, 2008. Т. 4. С. 52 – 193.2. Андерсен Г.Х. Сказки и истории / Пер. с датск. В 2 т. Л.:Художественная литература, 1977. Т. 1. – 584 с.3. Андерсен Г.Х. Сказки и истории / Пер с датск. В 2 т. Л.:Художественная литература, 1977. Т. 2. – 656 с.4. Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. В 3 т. / Подготовка текста,предисловие и примечания В. Я.
Проппа. М.: Государственноеиздательство художественной литературы, 1957—1958.5. Брехт Б. Опыт Пискатора // Брехт Б. Театр: Пьесы. Статьи.Высказывания: В 5 т. М.: Искусство, 1965. Т. 5/2. С. 39-40.6. Васильева Е.В, Маршак С.Я. Театр для детей. Краснодар: ИзданиеКубано-Черноморского отдела Народного образования, 1922. – 234 с.7. Габбе Т.Г. Авдотья Рязаночка // Габбе Т.Г. Город Мастеров.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
