Диссертация (1101387), страница 85
Текст из файла (страница 85)
М., 1914.Т. 2. С. 345.1389Там же. Т. 3. С. 288.1390Мережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 10. С. 71.13871388391сказано в трактате “Л. Толстой и Достоевский”, – вот два противоположныеберега, два края этой бездны. И горе наше или счастье в том, что у насдействительно “две родины – наша Русь и Европа”, и мы не можем отречься ниот одной из них: мы должны или погибнуть, или соединить в себе оба краябездны» 1391. «Или, – читаем далее, – говоря языком двух древнерусскихсказаний – “Повести о Белом Клобуке” и о “Вавилонском царстве”, – впервыездесь, во всемирно-исторических судьбах России, соприкоснулись каким-тотаинственнымиокончательнымсоприкосновениемдвасамыепротивоположные идеала, два венца, два “конца”: венец православного Рима,венец Христова царства, которое не от мира сего, “Белый Клобук”, и венец“нечестивейшегоизцарей”,Навуходоносора,переданный,будтобы,московским царям византийскими кесарями, венец проклятого Богом,“змеиного” Вавилонского царства – от мира сего, венец Антихриста» 1392.
Впримирении духа восточного и западного писателю видится тайна Пушкина ивсей будущей русской культуры.Если в конце первой части трилогии «Христос и Антихрист» признаниеЮлиана: «Кончено… Ты победил, Галилеянин!» 1393 – проникнуто авторскимсожалением и в то же время надеждой: «Пусть галилеяне торжествуют. Мыпобедим потом, и – с нами солнце!» 1394; то спустя годы, завершая исследование«Л. Толстой и Достоевский», Мережковский приходит к осознанию того, чтоправда одна – Христос.
Не этим ли мировоззренческим сдвигом вызван тотсуровый приговор, который писатель выносит своему бывшему «учителю»Ницше: «Но действительно ли не узнал он Его? Или только не хотел узнать,обманывал себя и притворялся, что не узнает? Не от ужаса ли этого последнегопознания и признания ушел он в свое безумие, заживо умер, навеки онемел,Там же. Т. 9. С. X.Там же. Т.
12. С. 72 – 73.1393Мережковский Д.С. Смерть богов (Юлиан Отступник) // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 1.С. 331.1394Там же. С. 335.13911392392чтобы только не воскликнуть: Ты победил, Галилеянин!» 1395? Но не толькопризнание победы Христа приобретает для Мережковского иной характер. Поновому осмысляется образ солнца, которое из языческого символа в романе оЮлиане Отступнике 1396 (см. также заключительные строки стихотворения«Дети ночи»: «Мы – над бездною ступени, / Дети мрака, солнца ждем, / Светувидим и, как тени, / Мы в лучах его умрем» 1397) превращается в христианскийсимвол слова Божьего в финале трактата «Л.
Толстой и Достоевский»: «А мы –слабые, малые, от земли чуть видные, открытые всем ветрам и бурям, почтилишенные корней, почти увядшие. Зато ранним утром, когда вершины дубовеще во мраке, – мы уже светимся; мы видим то, чего никто не видит; мывпервые видим Солнце великого дня; мы раньше всех говорим Ему: “Ей, гряди,Господи!”» 1398 Для сравнения приведем пример из «Апокалипсиса», самойлюбимой части Священного Писания у Мережковского, где о Христе грядущемсказано: «…и лице Его, как солнце, сияющее в силе своей» (Апок. 1:16); или –об истинной церкви: «И явилось на небе великое знамение: жена, облеченная всолнце…» (Апок.
12:1). К этому стоит добавить, что «Апокалипсис» читаютнекоторые из героев писателя (в частности, Юлиан Отступник и Пестель),который еще в юности предпринял попытку поэтического переложенияфрагментов из «Откровения Св. Иоанна Богослова» в стихотворении 1886 года«Страшный суд». Оно вошло в ППСС-2. Туда же включено поэтическоепроизведение «Не-Джиоконде», знаменующее отход автора романа о ЛеонардоМережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский // Мережковский Д.С.
ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 12. С. 59.См. слова умирающего Юлиана: «Пусть галилеяне торжествуют. Мы победим потом, и – с нами солнце!»(Мережковский Д.С. Смерть богов (Юлиан Отступник) // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 1. С.335). Солнце как языческий символ присутствует в поэзии Мережковского («Песня солнца», «Солнце») и«Вечных спутниках». «Древние – истинные дети солнца», – говорится в очерке «Плиний Младший»(Мережковский Д.С.
Вечные спутники // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 17. С. 67).1397Мережковский Д.С. Дети ночи // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 22. С. 171.1398Мережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 12. С. 272. Вэтом же исследовании Мережковский для доказательства того, что Достоевский предсказал «неизбежноепретворение старого, вечернего, западного, темного, монашеского, погребального христианства в христианствоновое, утреннее, восточное, солнечное, брачное, пиршественное» приводит слова старца Зосимы: «А в ид иш ьл и Со л нце наш е, вид иш ь л и т ы Е го?» (Там же. С.
266). См. также заключительные строки трилогии«Христос и Антихрист»: «Солнце выходило из-за тучи, сияя в силе и славе своей, подобное лику ГрядущегоГоспода» (Мережковский Д.С. Антихрист (Петр и Алексей) // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 5.С. 288).13951396393даВинчииодноименногостихотворенияот«соблазноввсего,чтодвойственно» 1399: «…Я не раздвоенность – единственность / И простотублагословил» 1400. Ошибочность антитезы, от которой теперь так настойчивоотрекается Мережковский, через несколько лет была обоснована в статьеН.А. Бердяева «Новое христианство…» (1916).Итак, ко времени создания последней части трилогии «Христос иАнтихрист» писатель сделал окончательный выбор в пользу Христа, а союз «и»вопреки грамматической норме превратился в заглавии из соединительного вразделительный.ОтнынебудущееРоссии,поМережковскому,невпримирении «Христа» и «Антихриста», «Востока» и «Запада», отныне «Он –единственное наше спасение гибнущей России» 1401.
Переводя разговор врелигиозно-политическое русло, писатель предпочитает «Христову Европу»,которая «вся в революции», «буддийской Азии», которая «вся в реакции», ибо«Христос есть вечное да всякому бытию, вечное движение вперед и вперед откосмоса к Логосу, от Логоса, Богочеловечества, к Боговселенной», а«Антихрист есть вечное нет всякому бытию, вечное движение назад и назад откосмоса к хаосу, от хаоса к последнему ничтожеству» 1402. Таким образом,оппозиция «Восток – Запад» наполняется новым содержанием (не «Россия –Европа», а «Европа – Азия»).В открытом письме Мережковского к Н.А. Бердяеву мы имеем дело сраскаивающимся в прежних убеждениях автором: «Я теперь сознаю, как близкобыл к Антихристу, какую страшную силу его притяжения испытал на себе,когда бредил о грядущем “папе-кесаре”, “царе-священнике”, как предтечеХриста Грядущего» 1403. Следуя за мыслью писателя, согласно которой «неможет быть иного Царя, иного Первосвященника, кроме Христа», мы приходимк логическому выводу о том, что «всякая подмена сущей Плоти Христовой,Мережковский Д.С.
Леонардо да Винчи // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 22. С. 140.Мережковский Д.С. Не-Джиоконде // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 24. С. 81.1401Мережковский Д.С. Вечные спутники // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 18. С. 68.1402Мережковский Д.С. В обезьяньих лапах // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 16. С.
35.1403Мережковский Д.С. О новом религиозном действии. (Открытое письмо Н.А. Бердяеву)Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 14. С. 176.13991400//394сущего Лика Христова человеческой плотью и ликом или только личиною,маскою–папоюилиантихристианство» 1404.кесарем,Этотвывод,естьсабсолютнаяоднойложь,стороны,абсолютноесогласуетсясгосударственной поддержкой в конце XVI – начале XVII вв. мистическихнастроений русских в отношении Запада: взгляд на представителя латинства,папу,«какналицо,способствующеескорееосуществитьсятому“отступлению”, с которым последует явление антихриста» 1405); с другой жестороны – выражает отношение к самодержцу как наивысшему предтечеантихриста, ибо, согласно Писанию, антихрист будет царем. «…Царь и папа, –читаемв“Александре I”,–обратно-подобны,какдверуки…» 1406Художественным воплощением такого взгляда стал образ Петра I в романе«Антихрист (Петр и Алексей)».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
