Диссертация (1101387), страница 66
Текст из файла (страница 66)
Революция и религия // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 13. С. 88 – 89. Ср.с ироническим воспоминанием В.В. Розанова об этой поездке Мережковского: «Год назад, собирая материалыдля романа о Царевиче Алексее, он посетил знаменитые Керженские леса Семеновского уезда, Нижегородскойгубернии, – гнездо русского раскола. Невозможно передать всего энтузиазма, с которым он рассказывал и окрае этом, и о людях. Все звали его там “болярином”. “Болярин” уселся на пне дерева, заговорил об“Апокалипсисе”, излюбленнейшей своей книге – и с первого же слова он уже был понятен мужикам.
Стольколет не выслушиваемый в Петербурге, непонимаемый, он встретил в Керженских лесах слушание с затаеннымдыханием, возражения и вопросы, которые повторяли только его собственные. Наконец-то, “игрок запойный” всимволы, он нашел себе партнера» (Розанов В. Среди иноязычных (Д.С. Мережковский) // Д.С. Мережковский:pro et contra. СПб., 2001.
С. 84).1031Мережковский Д.С. Революция и религия // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 13. С. 43.1030307предлагаемым церковью содержанием исторического христианства. Всевопросы, которые ставятся сектантством – пусть неправильно, невежественно,грубо, дико – проблема пола в хлыстовстве и скопчестве, проблема духа иплоти в духоборчестве, проблема общественности, осуждения мирскойбезбожной власти, насилия военного и государственного в штундизме – сутьподлинные вопросы, имеющие подлинное отношение к самой глубокойметафизике исторического христианства и разрешимые только в иной, высшейплоскостихристианстваапокалипсического» 1032.Хотяприведенныевысказывания навеяны событиями Первой русской революции, творческийинтерес Мережковского к раскольничеству проявился задолго до них, а такжепоездки на Светлое озеро, в юношеской поэме «Протопоп Аввакум» (1887) 1033.«Тогда же, в конце 90-х годов, открылись религиозно-философскиесобрания (61).
Первая мысль о них принадлежит не мне, а З.H. Гиппиус. Ею жеоснован журнал “Новый Путь”.Скоро собрания были запрещены Победоносцевым. Я ездил хлопотать заних к покойному митрополиту Антонию. Он отказал, ссылаясь на своюподчиненность светским властям 1034.В одно из моих посещений лавры на темной лестнице, ступив нечаяннона стеклянную крышу какого-то люка, я провалился, больно ушибся ипорезался, – мог бы ушибиться до смерти.
Это падение было для менясимволическим: я понял, что мой подход к православию добром некончится» 1035.Мережковский Д.С. Теперь или никогда // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 14. С. 140.Кроме того, можно вспомнить слова Мережковского из выступления на Религиозно-философскихсобраниях: «Все сектанты находятся в противоположности с государственной верой. Это делает их необычайноясными. Ничто не заслоняет их религиозной сущности» (Записки петербургских Религиозно-философскихсобраний (1901 – 1903 гг.). М., 2005.
С. 149).1034В рукописном варианте «Автобиографической заметки» здесь зачеркнуто «духовной власти» и далееследует также вычеркнутый Мережковским фрагмент: «…и утешая меня довольно пустыми либеральнымифразами, которые в сущности значили: “Бог подаст, а с нас не взыщите”» (РО ИРЛИ. Ф. 177. № 24384. Л. 20).1035Мережковский Д.С. Автобиографическая заметка // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 24. С. 115.10321033308(61) Мережковский допускает неточность: Религиозно-философские собрания вПетербурге открылись 29 ноября 1901 года, но их идея зародилась еще в 1899году, когда Мережковский заговорил с Гиппиус о необходимости создания«Новой Церкви» 1036: «…Церковь нужна, как лик религии евангельской,христианской, религии Плоти и Крови» 1037.
Писатель надеялся, что на вопрос овозможности существования такой церкви помогут ответить Собрания,предполагавшие открытый диалог интеллигенции с духовенством. О пропасти,разделявшей два этих мира, Мережковский от лица интеллигенции написал встатье «Революция и религия»: «Для нас вера была удивлением, для них –почти скукою; для нас – глубиною мистики, для них – позитивною плоскостью;для нас – праздником, для них – буднями; для нас – белою ризою, в которуюмы не смели облечься, для них – старым домашним халатом» 1038.
В той жестатьеМережковскийпредшествовавшиевспоминаетоткрытиюважныебиографическиеРелигиозно-философскихфакты,собраний:«ВПетербурге, на Шпалерной улице, у церкви Всех Скорбящих и домапредварительного заключения, около тех мест, где находился некогда дворецсына Петра Великого, царевича Алексея, в четвертом этаже огромного новогодома, в квартире Василия Васильевича Розанова, лет пять тому назад, повоскресным вечерам происходили любопытные собрания. Из незанавешенныхокон столовой видны были звездно-голубые снежные дали Невы с мерцающеюцепью огоньков до самой Выборгской.
Здесь, между Леонардовой Ледой слебедем, многогрудою фригийскою Кибелой и египетской Изидою с однойстороны, и неизменно теплящеюся в углу, перед старинным образом,лампадкою зеленого стекла – с другой, за длинным чайным столом, под уютносемейноювисячеюлампою,собиралосьудивительное,втогдашнемНесмотря на то что Гиппиус относит появление концепции «Новой Церкви» к 1899 году, одно из первыхупоминаний этого словосочетания встречается в письме Мережковского к Перцову от 7 октября 1893 года: «То,что Вы так глубоко, проникновенно поняли мои слова про Новую Церковь – меня тронуло – да все, все вВашем письме благородно и умно» (Письма Д.С. Мережковского к П.П.
Перцову // Рус. лит. Л., 1991. № 2.С. 159).1037Гиппиус З. О Бывшем (1899 – 1914) // Гиппиус З. Дневники. В 2 кн. М., 1999. Кн. 1. С. 89.1038Мережковский Д.С. Революция и религия // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 13. С. 93.1036309Петербурге, по всей вероятности, единственное общество: старые знакомыехозяина, сотрудники Московских Ведомостей и Гражданина, самые крайниереакционеры и столь же крайние, если не политические, то философские ирелигиозные революционеры – профессора духовной академии, синодальныечиновники, священники, монахи – и настоящие “люди из подполья”,анархисты-декаденты.Междуэтимидвумясторонамизавязывалисьапокалиптические беседы, как будто выхваченные прямо из “Бесов” или“Братьев Карамазовых”. Конечно, нигде в современной Европе такихразговоров не слышали. Это было в верхнем слое общества отражение того, чтопроисходило на Светлом озере, в глубине народа.У некоторых участников этих собраний явилась мысль сделать ихобщественными.
Получить разрешение для подобного общества в то времябыло трудно, почти невозможно.Тем не менее, собрания, под именем религиозно-философских, былиразрешены, или, вернее, полуразрешены, терпимы под вечной угрозойзапрещения, и происходили в течение двух зим в зале Географическогообщества, под председательством епископа Сергия, ректора петербургскойдуховной академии» 1039.На первом же заседании всеобщее внимание привлекла супругаМережковского, которая появилась в черном, на вид скромном платье. Носшито оно было так, что при малейшем движении складки расходились, ипросвечивалабледно-розоваяподкладка.Создавалосьвпечатление,чтоГиппиус – голая 1040.
Эта, казалось бы, излишняя биографическая деталь моглане попасть в поле нашего исследования, если бы не анекдот, рассказанныйодним из героев романа Мережковского «Александр I» – АртамономЗахаровичем Муравьевым,полковником Ахтырскогогусарскогополка:«Намедни панна Ядвига Сигизмундовна сказывала: в Париже, говорит,Там же. С. 90 – 91.Злобин В.А. Тяжелая душа // Злобин В.А. Тяжелая душа: Литературный дневник.
Воспоминания. Статьи.Стихотворения. М., 2004. С. 302.10391040310изобрели какие-то прозрачные сорочки: как наденешь на себя да осмотришься,так все насквозь и виднехонько…» 1041«Летом в 1904 году (62) мы с З.H. ездили в Ясную Поляну. Толстойпринял нас очень ласково. Мы ночевали у него и много беседовали орелигиозных вопросах. Он хвалил очерк З.H. о “Светлом озере”.
На прощанье,оставшись со мной наедине, сказал, глядя мне прямо в глаза своими добрыми инемногострашными,маленькими,медвежьими,“лесными”глазками,напоминавшими дядю Ерошку:– А мне говорили, что вы меня не любите. Очень рад, что это не так... 1042Я тогда уже смутно чувствовал, что в моей книге был не совсемсправедлив к нему, и что, несмотря на глубочайшие умственные расхождения,Толстой мне все-таки 1043 ближе, роднее Достоевского (63)» 1044.(62) На самом деле Мережковский и Гиппиус посетили Ясную Поляну нелетом, а в мае 1904 года.(63) Следует разделять взгляды Мережковского на Толстого-художника иТолстого-мыслителя, как это делал сам критик.
В то же время спецификаисследовательской манеры Мережковского такова, что во всех произведенияхразбираемого автора он, в конечном счете, усматривал одну-единственнуюличность, одного-единственного героя – самого Толстого: «От Николеньки достарца Акима, от Левина до Пьера Безухова, от Платона Каратаева до дядиЕрошки – все он же, Толстой» 1045. Такой подход применялся Мережковским и кМережковский Д.С. Александр I // Мережковский Д.С. ПСС.
В 24 т. М., 1914. Т. 8. С. 92.В рукописном варианте «Автобиографической заметки» далее следует вычеркнутый Мережковскимфрагмент: «…но я вас всегда любил, как писателя…» (РО ИРЛИ. Ф. 177. № 24384. Л. 21). Возможно, писательпередумал вкладывать эти слова в уста Толстому, осознавая их неправдоподобность. Как известно, послеличного визита Мережковских Толстой признался: «Этих хочу любить, и не могу» (Толстой Л.Н. ПСС. В 90 т.Т.
55. М., 1937. С. 454).1043В рукописном варианте «Автобиографической заметки» далее следуют два вычеркнутых Мережковскимслова: «сердечно», «религиозно» (РО ИРЛИ. Ф. 177. № 24384. Л. 21).1044Мережковский Д.С. Автобиографическая заметка // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 24. С. 115.1045Мережковский Д.С. Лев Толстой и революция // Мережковский Д.С. ПСС.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
