Диссертация (1101387), страница 61
Текст из файла (страница 61)
Из его письма к Надсону от 27 января 1884 года узнаем: «Я началзнакомиться с одним весьма оригинальным и замечательным американскимписателем – Эдгар По. Аристократ, пьяница, поэт, философ – все этосовмещалось в этой поразительной личности. Его произведения – это какой-тосовсем новый, неведомый мир, точно с другой планеты, дышащий между темтакою правдой, таким совершенным реализмом в мельчайших подробностях,что при чтении начинаешь верить этому бреду сумасшедшего, как какойнибудь неопровержимой математической формуле» 942. Через несколько летписатель перевел на русский язык поэму По «Ворон» (1890) и его же новеллу«Лигейя» (1893). Немаловажно отметить, что глава «Новое искусство» в поэмеМережковского «Конец века» открывается образом По: «Певец Америки,таинственный и нежный, / С тех пор, как прокричал твой Ворон безнадежный /Однажды полночью унылой: “nеvеrmоrе!” / Тот крик не умолкал в твоейЦит.
по: Дафнис и Хлоя. Итальянские новеллы. Шарль Бодлер. Избранные стихотворения: ПереводыДмитрия Мережковского. М., 2010. С. 309.942Мережковский Д.С. Письма к С.Я. Надсону // Новое лит. обозрение. М., 1994. № 8. С. 189.941285душе; с тех пор / За Вороном твоим, за вестником печали / Поэты “nеvеrmоrе”,как эхо, повторяли…» 943(49)ВпоздниегодыМережковскийстарательнодистанцируетсяотдекадентства, которому, несмотря ни на что, отдал дань. Не случайно Брюсов,говоряонепоследовательностиписателя,напоминал:«В“НовыхСтихотворениях” (1895 г.
944) он – декадент, эстет, бодлерианец, поклонникЭдгара По, проповедник греха» 945. При этом показательно, что самМережковский в «Автобиографической заметке» о выходе названногопоэтического сборника «забывает». Однако за несколько лет до этого ещемолодой Брюсов заносит в дневник: «Все начали читать “Символы”. Теперь я –декадент» 946.Мережковский вслед за Волынским исходил из разделения современногоему искусства на декадентство и символизм. «…Декадентство, – писал критик,соглашаясь с мнением Л. Денисова (один из псевдонимов З.Н. Гиппиус 947), –диаметрально противоположно символизму, хотя в современной европейскойлитературе оба явления обозначались в один и тот же исторический момент:первое – как протест против старых философских воззрений, второе – кактворческая переработка художественных впечатлений в новом свете» 948.
Вписьме 1900 года к П.П. Перцову, задумавшему переиздать сборник«Молодая поэзия» (замысел так и не удалось осуществить), Мережковскийсоветовал изменить концепцию книги, в частности, предлагал четвертыйраздел, куда должен были войти, по замыслу составителя, он сам иМинский, назвать в противоположность декадентам символистами и впредисловии раз навсегда объяснить «русской публике, что отличаетМережковский Д.С. Конец века // Мережковский Д.С.
ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 23. С. 256.Указанный сборник, вопреки словам Брюсова, датируется 1896 годом.945Брюсов В. Д.С. Мережковский как поэт // Д.С. Мережковский: pro et contra. СПб., 2001. С. 297.946Брюсов В.Я. Дневники. Автобиографическая проза. Письма. М., 2002. С. 29.947См.: Масанов И.Ф. Словарь псевдонимов русских писателей, ученых и общественных деятелей.
В 4 т. Т. 4.М., 1960. С. 311.948Волынский А. Литературные заметки // Северный вестник. СПб., 1896. № 12. С. 251 – 252.943944286декадентов(упадок)отсимволистов(возрождение)» 949.Кгруппесимволистов Мережковский заботливо причислил З.Н. Гиппиус и соговоркой «может быть» – Ф.К. Сологуба. Но если сначала писатель поддекадентством подразумевал только протест против грубого материализмаи натурализма в искусстве, то впоследствии этот ярлык стал навешиватьсяна все, от чего так или иначе веяло индивидуализмом, эстетизмом, аглавное – религиозной бессодержательностью. «Вообще, – пишет он Беломув 1904 году, – в последнее время мы все больше чувствуем, что совершаетсяразделение, меч ложится между нами и “декадентством”. Мы ближе клибералам, демократам (“идеалистам”).
Они гораздо искреннее и глубже задетырелигией, чем декаденты. Тут какие-то старые мосты ломаются, а новые мостыстроятся» 950.(50)В1892годуА.С. СувориниздалвторойпоэтическийсборникМережковского «Символы». «Наконец книга вышла… – Сообщает автор. –Сегодня в понедельник вдруг – объявление на первой странице среди другихкниг: Д. Мер<еж>ков<ский> – «Символье» (!!!) Что это значит? Я озаглавилкнигу «Символы» (Песни и Поэмы).
И вместо этого Символье – что-то похожеена Воронье» 951. Между тем непривычное для той литературной эпохи названиесборника стало созвучным новому художественному направлению в России.Вопросом о том, что такое символ, Мережковский специально задается вработе «О причинах упадка и о новых течениях современной русскойлитературы», но не дает строгого определения. Следуя за мыслью писателя, мыможем определить семантический ореол этого понятия, попытаться воссоздатьтот набор смыслов, которые имел в виду автор: символы «должны естественноПисьма Д.С. Мережковского к П.П. Перцову // Рус.
лит. Л., 1991. № 3. С. 141.«Боря, Боря, мальчик мой любимый, единственный…»: Письма Д.С. Мережковского Андрею Белому //Вопр. лит. М., 2006. № 1. С. 152.951НИОР РГБ. Ф. 331. К. 51. Ед. хр. 58. Л. 13 об. См. также: Письма Д.С. Мережковского к А.П. Чехову /Подгот. текста и коммент. А.М. Долотовой // Чеховиана. Чехов и «серебряный век». М., 1996. С. 265; КумпанК.А. Примечания // Мережковский Д.С. Стихотворения и поэмы. СПб., 2000. С.
804; Kling O. Правда небесная иправда земная в Вишневом саде: Чехов и русские символисты // Anton P. Čechov ‒ der Dramatiker: Drittesinternationales Čechov-Symposium Badenweiler im Oktober 2004. München; Berlin; Washington, D.C., 2012. S. 90.949950287иневольновыливатьсяизглубиныдействительности» 952,выражать«безграничную сторону мысли» 953; содержание символов в основе своейрелигиозно, при этом ими могут быть характеры (Санчо Панса и Фауст, ДонКихот и Гамлет, Дон Жуан и Фальстаф).
Некоторые из этих значений былиуказаны Мережковским в ранних статьях о Кальдероне и Сервантесе, которыезатем вошли в сборник «Вечные спутники»: «Символы – это философский ихудожественный язык католицизма. Таинства религии открываются верующимв символах. Из них состоит богослужение, они украшают церковь и служатматериалом для религиозного искусства» 954; «…все религии, вся поэзия, всеискусство народов является только рядом символов» 955; «Есть идеи, образы,великие для этой эпохи, когда они родились, но мало-помалу теряющие своюжизненность,подверженныедряхлостииумиранию;онизасыпаютсянаслоениями последующих цивилизаций и исчезают в них, как развалиныдревних городов в недрах земли.
Есть другие образы, жизнь которых связана сжизнью всего человечества; они поднимаются и растут вместе с ним – это немертвые развалины, а вечно живые деревья, которые растут вместе с уровнемземли. Прометей, Дон Жуан, Фауст, Гамлет – образы эти сделались частьючеловеческого духа, с ним они живут и умрут только с ним. Дон Кихотпринадлежит к таким спутникам человечества. Исчерпать его содержаниеневозможно, потому что он еще не закончен, он еще развивается вместе с нами,и уловить его нельзя, как собственную тень.
В этом гениальном образе таитсязародыш единственно возможного на земле бессмертия – бессмертия великойидеи» 956.Мережковский Д.С. О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы //Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 18. С. 216.953Там же. С. 217.954Мережковский Д.С. Вечные спутники // Мережковский Д.С. ПСС.
В 24 т. М., 1914. Т. 17. С. 85.955Там же. С. 100.956Там же. С. 106 – 107.952288«По окончании университета я уехал летом на Кавказ, встретился тамслучайно в Боржоме с З.Н. Гиппиус, очень скоро сделал ей предложение 957, в туже зиму, в Тифлисе, женился на ней и вернулся с нею в Петербург (51)» 958.(51) История любви поместилась у Мережковского в одном предложении.Между тем эта важная страница его биографии заслуживает отдельногорассмотрения, тем более что в браке с Зинаидой Николаевной Гиппиус (1869 –1945) писатель прожил 52 года и эта часть жизни отразилась не только на, но ив творчестве.Знакомство будущих супругов состоялось в Боржоме на одном изтанцевальных вечеров.
Автобиографический герой Мережковского из повести встихах «Вера» проделывает тот же путь: «…Сергей тотчас / Собрался и поехална Кавказ» 959; «Сергей на тройке мчится; вот Боржом; / Как с братом брат,обнялся с Югом нежным / Здесь наш родимый Север, и в одном / Они слилисьлобзанье безмятежном» 960; «Однажды на таком балу, случайно, / Сергей увиделдевушку. Она / Была блондинка, высока, стройна...» 961 Любопытно, чтохарактеристика, данная автором Сергею Забелину («Сергей был некрасив, ихуд, и мал» 962; «…Но Веру – героиню звали Верой – / Пленял порою мысличудный свет / В его очах, среди живых бесед. / Дышала в нем та внутренняясила, / Что больше красоты она ценила» 963) очень напоминает первоевпечатление Гиппиус от Мережковского: «…я увидела мою мать и рядом с ней– худенького молодого человека, небольшого роста, с каштановой бородкой.Он что-то живо говорил маме, она улыбалась.
Я поняла, что этоМережковский» 964; «…среди нас Д.С. был центром. Но отнюдь не был он тем,В рукописном варианте «Автобиографической заметки» далее следует вычеркнутый Мережковскимфрагмент: «…хотя она в это время была влюблена в другого…» (РО ИРЛИ.
Ф. 177. № 24384. Л. 17 ‒ 18).958Мережковский Д.С. Автобиографическая заметка // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 24. С. 113.959Мережковский Д.С. Вера // Мережковский Д.С. ПСС. В 24 т. М., 1914. Т. 23. С. 99.960Там же. С. 103.961Там же. С. 105.962Там же. С. 109.963Там же.964Гиппиус З. Дмитрий Мережковский // Гиппиус З.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
