Диссертация (1101387), страница 40
Текст из файла (страница 40)
В 3-х кн. Кн. 2. М., 1990. С. 211.Одоевцева И. На берегах Сены <фрагмент> // Д.С. Мережковский: pro et contra. СПб., 2001. С. 508.530Наседкина Е.В. Андрей Белый в шаржах и пародиях // Миры Андрея Белого. Белград; М., 2011. С. 857.531Бенуа А. Мои воспоминания. В 2 т. Т. 2. М., 1980.
С. 47.528529187синий, прекрасно повязанный галстух и ручки белейшие, протонченные (как удевочки),создавалиопять-такивпечатлениеоранжереи,теплицы;оранжерейный, утонченный, маленький попик, воздвигший молеленку средьлорнеток, духов туберозы, гаванских сигар, – вот облик Д.С. того времени» 532.Сходное впечатление Мережковский производил в эмиграции. «Что-то было внем сухое и чистое, – пишет Н. Берберова, – в его физическом облике; от негоприятно пахло, какая-то телесная аккуратность и физическая легкость были емусвойственны, чувствовалось, что все вещи – от гребешка до карандаша – у неговсегда чистые, и не потому, что он за ними следит, а потому, что ни к нему, ник ним не пристают пылинки» 533.
Вспоминая о собраниях «Зеленой лампы»,А. Афиногенов в «Записках книжника» (1932) оставил более шаржированныйобраз Мережковского тех лет: «…худенький, высок, длинное лицо, пономарьчеховский, ему бы повязку от флюса на небритую седую щетину и бородка елевидна, волосы редкие, дьячковские, прямые, улыбается всем хитро, елейно,говорит приторным сладостным голоском – “а, Андрей Петрович, я вас давноне видел, вы мне очень нужны, очень”… и забыл, тянется к другому, кФедотову,говоритвоспоминаний»сним» 534.Наконец,драматическойартисткив«ОтрывкеВ.
Костровойизпарижскихчитаем:«В“Тургеневском обществе” бывало много, как они сами себя называли, “бывшихбольших людей”, и всех их объединяли как бы потухшие глаза. Что-тоневыносимо жалкое сквозило в их высокомерных, напыщенных позах.Особенно этим отличались Зинаида Гиппиус и Мережковский. Она пыталасьнапомнить всем и каждому о своей якобы особенной возвышенной поэтическойодаренности, а маленький, старенький, подпрыгивающий Мережковский,брызгая слюной, произносил устаревшие монологи – призывы к борьбе сбольшевиками…» 535Белый А. О Блоке. М., 1997. С.
135 – 136.Берберова Н. Курсив мой <фрагмент> // Д.С. Мережковский: pro et contra. СПб., 2001. С. 491.534РГАЛИ. Ф. 2172. Оп. 1. Ед хр. 114. Л. 18.535ОР РНБ. Ф. 1171. Ед. хр. 60. Л. 29.532533188В заключение этой галереи мемуарно-карикатурных портретов приведемеще два. Один принадлежит супруге писателя. Вот как Гиппиус описываетсвою первую встречу с Мережковским: «…я увидела мою мать и рядом с ней –худенького молодого человека, небольшого роста, с каштановой бородкой» 536.На фоне остальных примеров это описание выглядит довольно нейтральным,если не сказать – беспристрастно документальным (перед нами стандартныйнабор отличительных примет: телосложение, рост, бородка). Тем неожиданнеепосмотреть на то, как в 1907 году Мережковский сам, словно карикатурист,рисует автопортрет в письме О.
Флоренской: «Знаете, у меня лицо “как у всех”– средний русский интеллигент. Небольшой рост, черненькая бородка, лицобледное, усталое. В глазах и манере говорить есть некоторое безумие,юродство, от которых не могу отделаться. Ложная елейность, которая и многихобманывает. Серость, “лицерабельность” наружности (однако – “ничего,довольно даже симпатичный – мы думали, хуже”) уходит в метафизическуюглубину существа (“серый черт”). Тончайший налет “транскомизма” на всейнаружности» 537.Карикатурность мемуарных портретов Мережковского подкрепляетсяобилием литературных пародий на него. Таким образом, словесное ивизуальное «пространства» снова пересекаются.
Прежде всего речь идет опрямых пародиях, к которым примыкают эпиграммы. Процитируем наиболееяркие из них.К1904годуотносятсясатирическиестрокиС. Соловьева:«Мережковскому отдыха нет: / С Зинаидой трепещут, как листики. / Зимнейночью, в дому Марконет, / Собрались христианские мистики. / “Сердцеподымем горе! / Адское пламя, потухни!” / Марья стучала: пюре / Стряпала вкухне. / Черти подымали злее и злее вой, / Но, жены Блока испугавшись, Любы,/ Урожденной Менделеевой, / Улетели в трубы. / В прах распростерты враги: /Гиппиус З.
Дмитрий Мережковский // Гиппиус З. Ничего не боюсь. М., 2004. С. 24.Шутова Т. «Нечаянная радость»: Письма Д.С. Мережковского О.А. Флоренской // Новый журн. Нью-Йорк,2008. № 253. С. 147.536537189Кончилась мистика. / Блок закричал: “Сапоги, / Марья, почисти-ка!”» 538 Всвоем «Козловаке» С.
Соловьев высмеял Мережковских еще резче: «Святаядева с ликом б… / Бела, как сказочный Пегас, / К церковной шествует ограде /И в новый храм приводит нас. // Хитра, как грек, и зла, как турка, / Ведет нас кВечному Отцу, / И градом сыплет штукатурка / По Зинаидину лицу.
// Вархиерейской ставши митре / И пономарском стихаре, // Законный муж ееДимитрий / Приносит жертву в алтаре» 539.Важными вехами в «Биографии декадента», написанной в 1907 году, помнению В.Г. Короленко, является то, что «Гиппиус он звал – папашей, /Мережковского – мамашей, / Бабушкой он звал Бальмонта, / Род свой вел отмастодонта» 540.В1909годуопубликованыдвасатирическихтекставадресМережковского. Первый – из числа «заблаговременных эпитафий»: «Покойныйбыл писателем – / И твердо к вере шел; / Но стал богоискателем – / И счортом дружбу свел» 541. Второй – типичная эпиграмма: «Когда бы разума онслушал, – / Он был бы истинно велик.
/ Но… Мережковского вдруг скушал /Его же собственный язык! / Начав писательство с любовью, / Он глупо всторону шагнул, / И, отдаваясь пустословью, / В софизмах ярких потонул!..» 542Перу Э. Голлербаха принадлежит эпиграмма на Мережковского 1910-хгодов: «Талант сухой, заледенелый, / Но проницательный пророк. / Рукойпривычной и умелой / Сплетает вереницы строк» 543.А.
Финкель в пародии на А. Белого из сборника «Парнас дыбом» (1925)пишет: «И Мережковский, русский йог, / был воплощеньем Доротеи: / …тызнаешь, этот пруд заглох / и поросли травой аллеи» 544.РГАЛИ. Ф. 55. Оп. 1. Ед. хр. 406. Л. 58. См. с небольшими изменениями в кн.: Орлов Вл. Гамаюн: ЖизньАлександра Блока. Л., 1980. С.
164.539Орлов Вл. Гамаюн: Жизнь Александра Блока. Л., 1980. С. 164.540Короленко В. Биография декадента // Русская литература ХХ века в зеркале пародии. М., 1993. С. 43.541Борис Дельта. Заблаговременные эпитафии великим современникам // Новая Русь.
1909. № 68. С. 4.542Некто в черном. Наши маститые (по А. Серафимовичу) // Раннее утро. 1909. № 91. С. 4.543НИОР РГБ. Ф. 453. К. 1. Ед. хр. 12. Л. 2. См. также: [Голлербах Э.] Портреты современных писателей //Вешние воды. Пг., 1918. Т. 31/32.538190Сонет-характеристику «Мережковский» (1934) оставил И. Северянин:«Судьба Европы – страшная судьба, / И суждена ей участь Атлантиды. / Ах, этовсе не эфемериды, / И что – скептическая похвальба? // Мир не спасут ни книги,ни хлеба. / Все мантии имеют, как хламиды. / Предрешено. Мертвящие флюиды/ От мудрствующего исходят лба. // Философ прав, но как философ скучен.
/ Ивот – я слышу серый скрип уключин / И вижу йодом пахнущий лиман, //Больным, быть может, нужный и полезный. / ...А я любуюсь живописнойбездной / И славлю обольстительный обман!» 545В завершение этого перечня – выдержка из «Сатирических очерков изистории русской литературы» (1939) А. Арго: «Вот Мережковский, состроивмину / Святого Данта из адских мест, / Усердно множит Плюсы на Минус, /Христа на Чорта, Рога на Крест» 546.Ко второй группе, условно говоря, пародийных текстов принадлежатхудожественные произведения, герои которых могли быть списаны сМережковского. А. Бойчук причисляет к их числу «лучезарного старца» в«Кубке метелей» (1908) А.
Белого 547, М. Михайлова – Глеба в «Золотыхкрестах» (1908) 548 И. Новикова и Кристлибова из романа того же автора«Между двух зорь» (1915) 549, Н. Дворцова – «светлого иностранца» в замыслеромана «Начало века» и «Заворошке» М. Пришвина.Во всех приведенных примерах словесная пародия или сатира связаны нестолько с внешним обликом 550, сколько с личностными качествами писателя,Цит.
по: Наседкина Е.В. Андрей Белый в шаржах и пародиях // Миры Андрея Белого. Белград; М., 2011.С. 879.545Цит. по: РГАЛИ. Ф. 1152. Оп. 2. Ед. хр. 6. Л. 7. См. также: Северянин И. Медальоны. Белград, 1934.546Арго. Сатирические очерки из истории русской литературы. В 4 ч. М., 1939. С. 53.547См.: Бойчук А.Г. «Лучезарный старец»: «слой» Мережковского в «Кубке метелей» А. Белого // Изв. РАН.Сер. лит. и яз. М., 1995. Т.
54. № 2. С. 16 – 30.548А. Закржевский назвал это произведение «полуроманом – полуфотографией», где типы «неохристиан» «повидимому “списаны” автором с натуры» (Закржевский А. Религия. Психологические параллели. [Киев], 1913.С. 382 – 383).549Предположение, высказанное в устной беседе со мной. См. также: Михайлова М.В. Слова прощенья и любвиот Алексея Христофорова // Новиков И.А. Золотые кресты: Роман. Повести и рассказы. Мценск, 2004. С. 16. Вто же время, по мнению некоторых интерпретаторов, Мережковский угадывался в докторе Палицыне(Грачева А.М.
Новиков Иван Алексеевич // Русские писатели. 1800 – 1917: Биограф. словарь. Т. 4. М., 1999.С. 339).550Хотя есть и такие примеры. Ср.: «Лицо у Глеба тонкое и изящное по-прежнему, только еще немногосделалось строже; мягким мазком вдоль обеих щек, оттеняя их матовость, легли две полоски волос, борода544191биографическими фактами, образующими подтекст и нуждающимися ввербализации.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
