Диссертация (1101387), страница 20
Текст из файла (страница 20)
И, вероятно, с позиций интерпретирующей поэтики ППССпозволительно рассматривать не только в том случае, если оно былоавторизовано. Творческая воля редактора (составителя, издателя) тожеКиселев В.С. Коммуникативная природа метатекстовых образований // Вестник Томского гос. ун-та.Бюллетень оперативной науч.
информации. Томск, 2004. № 23. Март. С. 7.271Там же.272Там же. С. 8.273Киселев В.С. Авторское начало в метатексте // Вестник Томского гос. ун-та. Бюллетень оперативной науч.информации. Томск, 2004. № 23. Март. С. 14.27091представляет научный интерес как вид рецепции, а для обнаружениявнутренних связей между произведениями не обязательно заключать их вполное собрание сочинений, даже если оно прижизненное, поскольку личностьавтора (сознательно или бессознательно) всегда будет выступать связующимзвеном всего творчества. Так, многие писатели символистского кругавоспринимали свои произведения как единый текст, отражающий этапытворческого и жизненного пути.
Кратко говоря, неавторизованные ППССправомернорассматриватьпоаналогиисдругиминеавторскимиобъединениями, которые нельзя считать свободными от объективных связей,поддерживающих структурно-семантическое единство. Однако для нашей темыпредставляют интерес именно авторизованные ППСС, в подготовке которыхявлено активное творческое начало самого автора, его воля. Только в такихслучаях некоторые ППСС могут рассматриваться как большие формы,претендующие на статус самостоятельных литературных произведений,которые по определению должны быть созданы или санкционированы автором.При этом произведения связаны не просто личностью творца, но еготворческой волей.
Исследователю, в свою очередь, предстоит понять стратегиюавтора, воплощенную в тексте. «Группировка и компоновка автором ранеесозданного, – пишет Хализев, – как видно, может оказаться весьма значимой всоставе его деятельности: истолкованием собственного творчества, актомсамопознания, своего рода исповедью» 274. Таким образом, с точки зренияинтерпретирующей поэтики об авторизованных ППСС можно говорить нетолько как о формальном (внешнем), но и содержательном (внутреннем)единстве.Важнейшим для постижения смысла литературного произведенияявляется понятие содержательности художественной формы.
Об этом в своихработах говорили Й. Фолькельт и М.М. Бахтин. Впоследствии оно былодетально развито Г.Д. Гачевым: «Нужно рассмотреть данное литературное тело274Хализев В.Е. Теория литературы. М., 2009. С. 165.92как целостность: от выявления той специфической жизненной ситуации, вкоторой только и именно оно должно было возникнуть; через рождающееся всознании художника смутное художественное содержание – до кристаллизацииего в предметность. Тогда форму мы и поймем не как одежду, а какотвердевшее содержание. И когда потом эта форма будет стоять какзабронированная и непроницаемая схема, мы-то уж будем подозревать, какоесодержательное море когда-то бушевало в ней и разбушуется при каждомновом творческом акте.
И мы-то уж будем знать – пусть не все таящееся в нейее содержание, конечно, но, во всяком случае, – всеобщий принцип еговыявления» 275.Итак, рассмотрение ППСС как большой формы представляет собойвыявление содержательных моментов этой полисемантической структуры,собственноформальныхкомпонентов,отражающихвсвоемединстветворческую волю автора, но главное – установление связей между ними.Формально-содержательные связи в данном случае выходят на первый план,поскольку именно они обеспечивают целостность всей конструкции.В плане содержания ППСС – своеобразной большой формы – существентематический уровень, доминанту которого составляет внехудожественнаяреальность.
Рассматривая тематику в субстанциальном аспекте, Хализеввыделяетвнейтриначала:«Это,во-первых,онтологичскиеиантропологические универсалии, во-вторых, локальные (порой, однако, весьмамасштабные)культурно-историческиеявления,в-третьих,феноменыиндивидуальной жизни (прежде всего авторской) в их самоценности» 276.Каждое из трех начал значимо для постижения смысла произведения, а всевместе они тесно связаны друг с другом. Но, учитывая первостепенностьавторской воли как силы, организующей ППСС, можно предположить, чтопроблемно-тематический слой в таком случае наиболее интересен со своейэкзистенциальной275276стороны,сточкизрениязапечатленияГачев Г.Д.
Содержательность художественных форм. Эпос. Лирика. Театр. М., 2008. С. 20.Хализев В.Е. Теория литературы. М., 2009. С. 86.духовно-93биографическогоопытатворца.«Приэтом,–поясняетХализев,–художественное творчество выступает как самопознание, а в ряде случаев и вкачестве акта сотворения художником собственной личности, как деятельностьжизнетворческая» 277.Отсюданеизбежностьреконструкцииавтобиографического (и если говорить шире – биографического) пласта.Не менее ощутимо воля автора (и его личность) явлена на идейномуровне.
Творец понимается как носитель того или иного представления обытии, выражающий«Художественнаявидеяпроизведении(концепциясобственныеавтора),–мыслиипишетчувства.Хализев,–присутствующая в произведениях, включает в себя как направленнуюинтерпретацию и оценку автором определенных жизненных явлений (чтоподчеркивалипросветителиотДидроиЛессингадоБелинскогоиЧернышевского), так и воплощение философического взгляда на мир в егоцелостности, которое сопряжено с духовным самораскрытием автора (об этомнастойчивоговорилитеоретикиромантизма)» 278.Характеризуяидеологическую сторону литературного произведения, которая напрямуюсоотносится с авторской субъективностью, Д.С.
Лихачев выделял два слоя. Вопервых, активное воздействие на читателей: «…слой вполне сознательныхутверждений, мыслей, идей, которые автор стремится внушить своимчитателям и в чем он пытается убедить или переубедить их» 279, во-вторых,пассивное. Это подразумеваемый слой («мировоззренческий фон»), который«начинает активно действовать и воздействовать на читателя только тогда,когда произведение переходит в другую эпоху, к другим читателям, где этотслой нов и необычен» 280. В свою очередь, Хализев те же аспектыхудожническойсубъективностиназывает«рефлективным»(активноевоздействие автора) и «нерефлективным» («аксиоматические» представленияписателя, «психоидеология» общественной группы, к которой он принадлежит,Там же. С.
91.Там же. С. 100.279Лихачев Д. Заметки и наблюдения: Из записных книжек разных лет. Л., 1989. С. 130.280Там же. С. 131.27727894его сексуальные комплексы, «коллективное бессознательное») 281. Не принижаязначимостьимперсональнойстороныавторскойсубъективности,надозаметить, что для изучения идейного уровня ППСС как большой формынаибольшуюценность представляетпреднамеренность,справедливыморганизующаяпредставляется«рефлективный»смысловоетезисаспект,единство.Я.
МукаржовскогоВавторскаяэтойотом,связичто«преднамеренность – это та сила, которая соединяет воедино отдельные части ипридает смысл произведению» 282. С учетом вторичности ППСС по отношениюк входящим в него произведениям авторская преднамеренность обнаруживаетсебя вдвойне.Таким образом, изучение ППСС в содержательном плане позволитопределить его семантические поля на тематическом и идейном уровнях, атакже выявить между ними эксплицитные (программное осуществлениеавторской воли) и имплицитные («подтекстовые») связи, образующиесмысловой каркас.
Основываясь на том, что «терминологизированию в составелитературоведческих текстов подобает знать свои границы» 283, и признаваяправо ученых на введение «“размытых”, т.е. строго не определяемых понятий»ввиду сложности объекта изучения 284, мы используем словосочетание«семантическое поле» (давно существующее в лингвистике в качестве терминас четкой дефиницией) 285 на правах научной метафоры или, строго говоря,ситуативного термина, который, не притязая на общезначимость длялитературоведения, обладает «достаточной смысловой определенностью, нолишь в данном контексте» 286.
Таким образом, в нашем случае речь идет о самойХализев В.Е. Теория литературы. М., 2009. С. 102 – 103.Мукаржовский Я. Преднамеренное и непреднамеренное в искусстве // Мукаржовский Я. Исследования поэстетике и теории искусства. М., 1994. С. 207.283Хализев В.Е. О языке современного литературоведения // Изв. РАН. Сер. лит.
и яз. М., 2011. Т. 70. № 2. С. 4.284Григорьев В.П. Терминология литературоведческая // Краткая литературная энциклопедия. Т. 7. М., 1972.Стб. 478. К месту напомнить мысль М.М. Бахтина о том, что тенденция немцев каждое слово превращать втермин начисто «обесстиливает» его (Бахтин М.М. Дополнения и изменения к «Рабле» // Бахтин М.М. Собр.соч. Т. 5. М., 1997. С.
110).285См.: Васильев Л.М. Теория семантических полей // Вопр. языкоз. М., 1971 № 5; Щур Г.С. Теории поля влингвистике. М., 1974; Кобозева И.М. Лингвистическая семантика. М., 2012.286См.: Хализев В.Е. О языке современного литературоведения // Изв. РАН. Сер. лит. и яз. М., 2011. Т.
70. № 2.С. 5. Ранее предпринимались попытки ввести понятие семантического «поля» в контекст текстологии:28128295крупной смысловой единице, которая может быть выделена в составе ППСС,объединяющей компоненты содержания разных текстов по общим признакам.Подразумевается, что так называемые семантические поля связаны междусобой, образуя идейно-тематическое единство.АвторскиепредисловияковсемуППСС,анекотдельнымпроизведениям, входящим в его состав 287, являются прямым способомвыражения эксплицитных связей между семантическими полями. Обращенныек читателям, такие тексты выполняют общую коммуникативную функцию, ноцели,преследуемыеавторами,поройразнятся.Посколькуавторскихпредисловий к ППСС написано мало, имеет смысл на них подробноостановиться.Во-первых, адресуясь к читателю ППСС, писатель может объяснятьпричины, подтолкнувшие его к изданию всех своих произведений.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
