Диссертация (1101340), страница 27
Текст из файла (страница 27)
(с. 213).137Можем предположить, что страх поэта – это почти экзистенциальный страхпереджизньюичувственнымиеесоблазнами.Вариацииэтогоавтобиографического мотива, вплоть до прямо противоположных, пронизываютвсю лирику Надсона. Нередко они связаны с общей оппозицией «День vs. Ночь».Так, почти повторяя название тютчевского стихотворения «День и ночь»,Надсон в стихотворении «Ночь и день» (1883) наполняет эти два понятия инымсмыслом. «Мифологии ночи» Тютчева, двум описанным им состояниям сознания(«ночное», иррациональное и «дневное», рациональное)174 он противополагаетсоциальную психологию: скорбь, «голос черных дум» и счастье, «блаженствобытия».Психология «лишнего человека», разночинного интеллигента, ведущеготяжелую трудовую жизнь, представлена в стихотворениях «В открытое окноширокими снопами…» (1882), «Долго в ясную ночь я по саду бродил…» (1883),«Ночь медленно плывет...
Пора б и отдохнуть…» (1883), «Сегодня как-то яособенно устал…» (1883) и др. Ночь в них – всего лишь повод для воспоминанийо «больном прошлом», тяжелом детстве, размышлений об одиночестве средидрузей и врагов и т. д.По приведенным уже текстам можно заметить наличие в «ночных»стихотворениях Надсона часто повторяющейся ситуации: герой открывает или,реже, закрывает окно (иногда в сад).
Таковы: «В открытое окно широкимиснопами…», «Пугая мысль мою томящей тишиною…»,«Сегодня как-то яособенно устал…», «Сжав чело горячими руками…» и др. Сама ситуация иотчасти идейное ее наполнение имеют параллели, например, в лирике Фета(«Ночью как-то вольнее дышать мне…» и др.).
Образ/мотив окна вхудожественном произведении довольно многопланов, иногда амбивалентен,имеет мифопоэтические корни175. Окно, как и дверь, это всегда граница – междузамкнутым (дом) и открытым (мир) пространством. Оно либо ограждает,защищает от враждебного мира (закрытое окно), либо открывает перед человеком174Тихомирова Л.Н.
«Ночная» поэзия в русской романтической традиции… С. 17-18.Арзамасов А.А. Образы двери и окна в поэзии Рафита Мина // Вестник Удмуртского университета. Серия«История и филология». 2015. Т. 25. Вып. 2. С. 160-163.175138красоту и гармонию мироздания (открытое окно). Свет, проникающийчерез/сквозь окно, может символизировать познание, Небесный свет, жизнь,красоту. Все эти аспекты представлены в стихотворениях Надсона, включающихназванную ситуацию. Именно на их примере отчетливо видно, что «ночнойтекст» поэта отмечен двойственной модальностью – гармоничностью идисгармоничностью.В целом «ночная» поэзия Надсона испытала влияние «экзистенциальной» и«психологической» ее форм176. Однако новым «измерением» «ночного сознания»поэта следует признать «социологическое» – материалиста и разночинца, жителястолицы, выросшего в нищете, не знавшего родительской любви, не верящего ввоскрешение души, но ценящего земную красоту во всех ее проявлениях.В завершение раздела кратко скажем о других, второстепенных мотивах встихах Надсона о природе.Так, образы весны, бури, грозы, ночи, дня, рассвета нередко несут у негоиносказательный политический смысл.
Например, в стихотворении «Чу, кричитбуревестник!» поэт картиной морской бури пророчит грядущий революционныйвзрыв.В немногих философски ориентированных пейзажах Надсон стремится кматериалистическому познанию тайн природы, но в конце концов приходит кбезотрадному выводу о бессилии человека перед ее стихиями («Океан»).Иногда картины природы и флористические образы даются им в видесимволов и аллегорий («Весенняя сказка», «Цветы»).Из общих стилистических особенностей пейзажной лирики Надсона следуетвыделить их рациональность, лиризм и музыкальность.Рациональность проявляет себя прежде всего на композиционном уровне, виспользовании приемов контраста или параллелизма (помимо рассмотренныхстихотворений, это «Осень.
Поздняя осень!..», «Цветы» и др.). Лиризм создаетсяза счет формы «Я-повествования» и нагнетания эмоциональных эпитетов.Большое внимание Надсон уделяет музыкальной инструментовке, особенно176Тихомирова Л.Н. «Ночная» поэзия в русской романтической традиции… С. 16-17, 21.139звукописи («Грезы», «Мелодия», «Лазурное утро я встретил в горах…» и др.);возможности ритма и строфики используются им в гораздо меньшей степени.3.6.
Стихи для детей и юношества. Топос «странного» ребенкаРаннее сиротство и нелегкое детство нашли свое отражение не только вгражданских стихах Надсона, но и в произведениях о детях. Они проникнутыглубокой нежностью и проникновенным лиризмом, их отличает необыкновеннаямягкость и деликатность, с которой он обращается к ребенку: «дитя», «малютка»,«птичка», «голубка» и т. д. Надсон очень любил детей и всегда был внимателен кним.
Поселившись на съемной квартире в Кронштадте, он привязался к детямхозяев, так же, как и они к нему. В Италии, в Ментоне, он, как ребенок, шутил ивозился, по рассказам М.В. Ватсон, с дочерью хозяев, «милой, весёлойшалуньей». «Поэт написал ей шуточное стихотворение, полное намёков, разныхострот, бывших в ходу между ними»177. У него были маленькие приятели иприятельницы в семьях знакомых и друзей. Дети очень тянулись к нему. Одно изпоследних в жизни писем он посылает из Ялты шестилетней девочке ЛюбеРеутской. Оно дышит нежностью и теплотой: «Милая моя Бусенька, ваша мамашанаписала, что вы меня целуете – это меня очень обрадовало.
Мне жалко, что ядалеко от вас, что вы теперь не можете больше ко мне заходить в гости. Я здесь овас соскучился. Учитесь скорее читать и писать, чтобы уметь написать мнеписьмо...». К письму была приложена фотография Надсона с надписью: «Дорогоймаленькой ласточке Бусе на память от лохматаго»178.Как и многие другие русские прозаики и поэты, специально для детей Надсонписал нечасто. Однако мотивы взросления, раннего одиночества, тоски по материнередки в его лирике. Отдельные его стихотворения регулярно включаются вантологии для детей, войдя в круг детского чтения. Впервые они были собраны вхрестоматии Л.М.
Шахрая «Русское слово еврейским детям» (1900).177178Полное собрание сочинений С.Я. Надсона. Т. 1. С. XXXVI.Там же. Т. 2. С. 572.140На литературную арену Надсон выступил на волне усиления реалистическихтенденций в поэзии, что нашло отражение и в его стихах, обращенных к темедетства. Впервые героем – именно в стихах Некрасова – предстал крестьянскийребёнок: обаятельный, непосредственный и живой. В раскрытии темы детстваНадсон – последователь Некрасова, например в манере построения разговора сребенком на равных.
Вслед за Некрасовым («Железная дорога») Надсонобратился и к форме разговора взрослого с ребёнком, усилив её драматическоесодержание. Надсон в своих стихах умеет разговаривать с детьми на равных, ипри этом с глубокой нежностью и пониманием:Часто ты шепчешь, дитя, засыпаяВ тёплой и мягкой кроватке своей:«Боже, когда же я буду большая?..О, если б только расти поскорей!Скучных уроков уж я б не учила,Скучных бы гамм я не стала играть:Всё по знакомым бы в гости ходила,Всё бы я в сад убегала гулять!»Герой-повествователь с грустью размышляет о том, что «светлое детство»промелькнет быстро, «как праздник», и наступят будни, «тяжелое бремя». Егожелание – вернуться туда, в детство,Чтобы, как ты, беззаботно смеяться,Шумно играть и беспечно глядеть! (с.
252).(«У кроватки», 1884)Надсон-поэт очень проницателен: он умеет увидеть «странных», т. е. раноповзрослевших, детей, одиноких «романтиков», которых «манит куда-то вперед»:Есть странные дети: веселья и шумаБегут, как заразы, они;Какая-то старчески тихая думаТуманит их ясные дни;Ничто их не тешит – на всё равнодушно141Их грустные глазки глядят,И, кажется, жить им и тесно, и душно... (с. 377).Одинокие дети – как и одинокие взрослые – одна из постоянных темНадсона. В его творчестве есть прекрасные стихи, темой которых становитсявзросление, становление подростка. В незаконченном стихотворении «В саду,куда люблю спасаться я порой…» (1885) он описывает свою дружбу с детьми ивновь выделяет «странного» ребенка:Меж них есть у меня любимица одна,Подросток-девочка; мы с ней толкуем много...Боюсь, что бедная едва ли не больна, –Уж слишком взгляд ее горит не детски строгоИ слишком грустен он.
Задумчива, бледна,Она веселых игр и шума избегает … (с. 375).Шедевром в раскрытии темы непростого периода взросления является своегорода цикл о некрасивой девочке, «дурнушке»179: «Дурнушка» («Бедный ребенок,– она некрасива!», 1883), «Дурнушка» («Что сталось с голубкой моей дорогой»,1884), «Робко притаившись где-нибудь с игрушкой…» (1884), «Дурнушка!Бедная, как много унижений…» (1885), «Дурнушка» («Дурнушка! С первых летнад нею…», 1885). Никаких биографических сведений о причинах такогоинтереса поэта к этой теме нет.
Зато хорошо известно, что и в юношеском, и вболее зрелом возрасте он любил девушек красивых. По-видимому, стольнеобычный лирический сюжет возник в скрещенье 1) идущего из собственноготяжелого детства повышенного и даже болезненного внимания к «отверженным»,«странным», обреченным на одиночество; 2) размышлений о сущности красоты,этой «страшной силы»180 (с. 223); и, возможно, 3) полемического отношения кромантической концепции прекрасного вообще и женской красоты в частности.Противопоставление неброской красоты русской природы и яркой красотыприроды южной имеет, вероятно, ту же психологическую и эстетическую основу.179Об этом цикле, а также о влиянии Надсона на Н. Заболоцкого, автора «Некрасивой девочки», см.:ДудаковС.Ю.Этюдылюбвииненависти:Очерки.М.,2003.542с.//http://royallib.com/book/dudakov_saveliy/etyudi_lyubvi_i_nenavisti.html180«Красота – это страшная сила» – афоризм, принадлежащий именно С.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
