Диссертация (1101340), страница 16
Текст из файла (страница 16)
Надсон – поэт во многом «головной», привыкший к рефлексии ианализу», в его стихах «больше размышлений, чем исповедей», «в нейгосподствует логика», – отмечал Г.А. Бялый100. В стихах, о которых пойдет речь,поэт обращается к философской проблематике, стремясь ничего не оставитьнедосказанным,необъясненным.Какправило,онипредставляютсобоймедитации – «исповеди», размышления, воспоминания, предчувствия – илогически развивают мотивы смерти, суетности земной жизни, ударов судьбы,душевныхителесныхстраданий,самоубийства,уходящеймолодости,одиночества, несвободы, скорби и уныния и т. п.
В сущности, перед намитипичный элегический мотивный комплекс101, нередко облечённый в формуисповеди, послания, обращения и призыва.Вот раннее, 1878 года стихотворение, в котором по-ученически нагляднопредставлены соответствующие «общие места», восходящие к романтическойтрадиции, особенно в лермонтовском ее варианте:Минуло время вдохновенийИ с ним отрадных звуков рой,И ряд вопросов и сомненийОдин царит в душе больной.Вся жизнь с ее страстями и угаром,С ее пустой, блестящей мишуройМне кажется мучительным кошмаромИ душною, роскошною тюрьмой (с. 59-60).100101Бялый Г.А.
С.Я. Надсон // Надсон С.Я. Полное собрание стихотворений. СПб, 2001. С. 30-31.См.: Козлов В.И. Русская элегия неканонического периода: Типология, история, поэтика: АДД. М., 2013. 42 с.80В стихотворении, в сущности, описано духовное старение/умирание,обретение «душой» некоего нового, слишком раннего и очень печального опыта,«заражение» ее безответными «вопросами и сомнениями». В результате же геройобретает новый взгляд на жизнь, выраженный в максимально абстрактных ипотому традиционных словах-сигналах: «страсти», «пустой», «мучительный»,«душный», «тюрьма». Сомнения вызывает только эпитет «роскошная» (тюрьма).Итак, от блаженного незнания (= молодость, любовь, наслаждения) к открытиюсути жизни с ее пустотой, призрачностью и отсутствием свободы – таков«экзистенциальный» сюжет этой элегической миниатюры, в которой 16-летниймальчик примеряет маску «мудреца».Этот сюжет (с вариациями), отсылающий к архетипическому сюжету элегии– «переоценке настоящего»102, довольно устойчив в лирике Надсона, и для еговыражения он находит со временем всё более выразительные и отточенныеформулы.
Так, через два года «больная мысль» поэта вновь «задумается глубоко /Над неразгаданным вопросом бытия» – в стихотворении «Случалось ли тебебессонными ночами…» (с. 132-133). В перекрестье влияний Пушкина («Дарнапрасный, дар случайный…»), Лермонтова с его комплексом «любви-ненависти»и Тютчева – поэта мысли (образ «машины мирозданья») Надсон задаетбезответные вопросы о назначении человека, с его неповторимым внутренниммиром, затерянного в мире космическом и мире людском.Об этом же – и другие стихотворения: «Мертва душа моя: ни грез, ниупованья!» (1884), в котором «неразрешимые вопросы» и «тяжкие сомненья»«жгут» героя – мученика познания; «О мысль, проклятый дар!.. Мысль, в дерзкомослепленьи…»(1884),гдевыраженоразочарованиеввозможностяхпознания/знания осчастливить человека; «По следам Диогена» (1879), геройкоторого, искавший с фонарем «человека», так и не нашел его.В 1881 году Надсон пишет ставшее очень популярным стихотворение«Завеса сброшена: ни новых увлечений…», в котором «сюжет познания»проходит следующие «фазы» – «увлечений» и разочарований героя: «братство» –102Козлов В.И.
Русская элегия неканонического периода. С. 40.81«познанье и свобода» – «бой со злом» с помощью «карающих речей» – «любовь».И все эти искания завершаются обретением безрадостной истины, раскрытием«обмана»:Бедна, как нищая, и как рабыня лжива,В лохмотья яркие пестро наряжена –Жизнь только издали нарядна и красива,И только издали влечет к себе она.
<…> (с. 146).Те же мотивы находим в стихотворениях «Мне не больно, что жизнь мнесолгала, – о нет…» (1882), «Из дневника» («Хоть бы хлынули слезы горячейволною…», 1882), «Тоска гнетет меня и жжет неутомимо…» (1883), «Да,молодость прошла!.. Прошла не потому…» (1885). В последнем из названныхстихотворений развита элегическая тема прошедшей «до срока» молодости –«задушенной, поруганной, убитой» – жизнью и опытом (с. 278).Итак, не удивительно, что лирический герой Надсона, не способный решитьзагадку жизни, оказывается заворожен страхом смерти: «Смерть, только смертьодна мне грезится кругом» (с. 145).
Она обессмысливает существование и убиваетверу в жизнь:«Добро ли, зло ль вокруг, – забвенье и могилы –Вот цель конечная и мировой итог!..» (с. 145).(«Как белым саваном, покрытая снегами…», 1881)Его преследуют страшные видения:Словно в склепе лежу я под тяжкой плитою,Словно я, схороненный, очнулся в землеИ кричу, задыхаясь бессильной тоскою,И зову безнадежно во мгле (с. 339).(«Словно в склепе лежу я под тяжкой плитою…», 1882)Поэт не может убежать от мучительных, но «тщетных порывов ума», загадкабытия «томит» его «утомленный работою ум», и единственный выход – либо«обмануть себя», либо «разом» покончить с собой («Есть страданья ужасней, чемпытка сама…», 1880).82В небольшом неавторском цикле 1884 года – «Последняя ночь… Не увижу ябольше рассвета…», «Мне снился вещий сон: как будто ночью темной…»,«Тревожно сегодня мятежное море..» – передан тот страх смерти, которыйподымался из глубин подсознания и преследовал поэта в образах «ночи», «черныхкрыльев», «бездонной пропасти», «ревущего потока», «глухой мглы», «мятежногоморя».
Муки героя таковы, что он жаждет смерти, которая прекратит их, инаступит покой:Я жажду одного – бесстрастного забвенья,Я смерть к себе зову, – зову ее покой (с. 240).Судя по дневникам и письмам Надсона, все эти переживания и страхиотнюдь не были литературной условностью, только лишь «архетипами сознания».Так, в письме А.Н. Плещееву от 6 мая 1883 он говорит: «Стояли ли вы когданибудь лицом к лицу со смертью? А я стою. Жить просто невыносимо»103.Темы угасания жизни, ее бессмысленности и пустоты, смертельной болезни,предчувствия смерти и т.
д. широко входят в творчество Надсона в 1882-1883 гг.Вот основные «общие места» – сюжетные ситуации, мотивы, идеи – этого кругапроизведений:- жизнь – это одинокое существование, после смерти завершающеесязабвением («Умер от чахотки, умер одиноко…», 1882);- жизнь – всего лишь «сон» («Сбылося всё, о чем за школьными стенами…»,1882; «Порой мне кажется, что жизнь не начиналась…», 1882; «Боже мой, боже,куда ж это скрылось?», 1883);- жизнь бессмысленна и смерть неотвратима («Когда я говорю о смерти – а оней…», 1882; «Нет, в этот раз недуг мне не солжет…», 1883; «Червяк,раздавленный судьбой…», 1884; «Есть бездна мрачная, та бездна – отрицанье…»,1884; «Мне кажется, что я схожу с ума…», 1885);- будущее непознаваемо («Темно грядущее… Пытливый ум людской…»,1882);103Надсон С.Я.
Проза. Дневники. Письма. СПб., 1913. С. 528.83- время приносит одни лишь утраты, страдания и старость («Уходит день заднем… На ряд пустых забот…», 1883).Одним из кульминационных в раскрытии темы смерти произведенийявляется элегия «Гаснет жизнь, разрушается заживо тело…» (1883), в которойпоэт предъявляет свой счёт к жизни:Ты все лучшие думы мои осмеяла,Ты все лучшие чувства убила в груди (с. 222).Однако есть у Надсона стихотворения, в которых та же лирическая темаполучает иные варианты развития.Первый вариант решается на композиционном уровне, который определятсяизлюбленным поэтом приёмом контраста, как, например, в «Ночь и день» (1883).Первая половина стихотворения содержит привычные (лермонтовские) мотивы иобразы разочарования, пустоты жизни, жизни как «фарса» и «балагана», призывовсмерти. Вторая же половина оказывается пронизана противоположным пафосом:геройощущает«вечнуюкрасоту»жизнии«блаженствобытия».Соответствующая символика связана с (фетовскими) образами «рассвета»,«благоухающего сада», растворенного окна.Тотжевариант,толькопрямопротивоположный,представленвстихотворениях «Весной» (1886), «Чуть останусь один – и во мне подымает…»(1882), «Прошлого времени тени туманные…» (1884) и др.
Так, разочарованныйгерой позднего стихотворения, близкого к так называемой «унылой» элегии, нехочет поддаваться соблазнам жизни, ее зову к «неведомому счастью»,отказывается от «мечты» и «побед» и, как когда-то центральный персонажтургеневского романа, говорит:Довольно!.. Догорай неслышно, день за днем,Надломленная жизнь! Тяжелою ценоюДостался опыт мне! <…> (с. 294).В душе героя стихотворения 1882 года жизнь и смерть ведут «мучительныйспор»,84И не знает душа, чьим призывам отдаться,Как честнее задачу решить:То болезненно-страшно ей с жизнью расстаться,То страшней еще кажется жить! (с.
170).Второй вариант связан с мотивом возрождения к жизни, продиктованного,например, любовью и дружбой, красотой, необходимостью участия в чужихсудьбах, помогающими герою преодолеть «тернии трудной и знойной дороги»(«Ты мне напомнила про молодость мою…», 1883; «В минуты унынья, борьбы иненастья…», 1884; «Жить, полной жизнью жить!..
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
