Проза Хуана Бенета и роман сознания (трилогия о крае) (1101225), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Размышления героя-повествователя надсобытиями прошлого разворачиваются методом свободных ассоциаций:таким образом выстраивается диалог с романным циклом Пруста.Однако если в романе «В поисках утраченного времени» повествованиеМарселя — это одновременно процесс написания романа и объяснение пути,который привёл Марселя-актанта к творчеству, то в «Одном размышлении»16повествователь не рассказывает о себе самом, а повествование ведётся радисебя самого, и нет никакого логического обоснования этого процесса.Герой-повествователь Бенета не пишет роман: его речь — этовнутренний рассказ.
Однако текст сознания рассказчика оформлен какистория, рассчитанная на адресата, как мысленный черновик мемуаров.Мысль в нём всегда находится в состоянии возникновения и формулировки.При этом голос повествователя, и без того не имеющего почти никакиххарактеристикисвойств,впроцессеповествованиянивелируется,растворяется в стихии памяти.Процесс оформления авторской мысли и одновременное движениесюжетаосуществляетсяв«Одномразмышлении»благодаря«многоипостасности» повествователя: в романе присутствуют несколько «Я»повествователя: «Я-производитель речи, Я-персонаж, Я–очевидец и Яфункция»10. Первый производит и оформляет художественное высказывание,второй вспоминает, третий является свидетелем событий в прошлом,которые герой-повествователь теперь вспоминает, а четвёртый работает сисходным материалом и преобразует его в текст.
Такое диссоциированноесостояние повествователя объясняет соседство повествования «от третьеголица» с рассказом эксплицитного повествователя и с многостраничнымирассказами других героев романа, которым повествователь-творец речипередаёт слово.Как и в романе «Вернёшься в Край», в «Одном размышлении»неоднозначность и неясность событий, лакуны и постоянные возвращенияповествователя к одним и тем же воспоминаниям требуют активного участиячитателя в реконструкции событий. Он, как и читатель Сервантеса, долженобнаружитьпротиворечивостьипойматьускользающуюсущностьповествователя.10Guillon R. Sombras de Juan Benet // J.
Benet. Una meditación. Barcelona: Debolsillo, 2009. P. 425.17Вромане«Зимнийпуть»повествованиепосутилишеноиндивидуального субъекта и разворачивается как описание ритуала, вкотором на каждом этапе появляются новые зрительные образы. Однако иэтот роман нельзя назвать монологическим: диалог с читателем происходит вданном случае благодаря наличию имплицитного автора (как организующеготекст графически, отдельно от имплицитного повествователя).Важнейшим же способом проявления имплицитного автора становятсяпометки на полях, сопровождающие весь текст и несущие несколькофункций: порой они проясняют никому не нужные детали, поройинтерпретируют ситуацию, переводя её с бытового уровня на уровеньметафизическогообобщения,пороймаркируютилизадаютритмповествования.
Их роль заключается не в разъяснении и даже не взапутывании читателя — скорее они представляют собой приглашение кдиалогу между автором и читателем по поводу текста.Во всех трёх романах особую роль играет ритм повествования:музыкальностьпроизведенийБенетаотмечаютвсекритики.Общееритмическое единство в каждом романе выстраивается по-своему – так же,как по-своему выстраиваются в трёх романах отношения автор-герой иавтор-читатель. Но во всех трёх мы видим, как читатель оказываетсявовлечён в жизнь текста: он должен со-создавать смыслы в диалоге савтором. Таким образом, несмотря на различия в отношениях «автор-герой»и «автор-повествователь» в романах трилогии о Крае, во всех них мы видимосновные черты романа сознания: примат наррации над рассказываемойисторией,отсутствиеобъективнойвсеведущегореальности.автора-повествователя,Нерасчленённостьсубъектаотсутствиеиобъектаповествования на новом этапе развития словесности восстанавливаетмифологический синкретизм.
Особо выделяются отрывки ритмизированнойпрозы, которыми изобилует «Вернёшься в Край», и рифмованные участкипрозы в «Зимнем пути».18Третья глава «Символы, лейтмотивы и символические структурыв “трилогии о Крае”» включает в себя общую характеристику символов илейтмотивов в прозе Бенета.В романах Бенета символы одновременно отсылают к несколькимденотатам и сопротивляются означиванию. Таким образом, читательстановится дешифровщиком, интерпретатором множественных смысловкаждого символа: это ещё один способ приглашения его к диалогу с автором.По способу их функционирования мы можем разделить символическиеструктуры в романах Бенета на образы-символы (механизмы, образытварного мира, аллегории и персонификации) и на символические сюжеты(ритуалы, мотив отцеубийства и детоубийства).Основойхронотопа«романасознания»становятсямиф—мифологическое содержание сознания — и символ.
Символ расширяетчастную проблематику до всеобщей. В романах «Вернёшься в Край» и «Одноразмышление» Край конституируется не только перемещениями внутри него,но и наполняющими его символическими предметами и образами, которыеобразуют сеть лейтмотивов, ритмически организующих повествование.Также в основе каждого романа оказывается так или иначе проявленныйритуал.В романе «Зимний путь» ритуал выходит на первое место. Автордиссертации характеризует его как роман-мистерию, роман-ритуал, понимая,что мистерия и ритуал в данном случае не подчинены определённому мифувнутри текста, но являются символом творения, создания художественногопроизведения. Для автора романа важнее не артикулировать смысл, носделать читателя «мистом», созерцателем действа, таинства данногопраздника как явления вневременного.
Так как произведение искусствавсегда уникально, автор хочет сделать читателя не только дешифровщикомсимволов и лейтмотивов, но и частью ритуала посвящения, таинства,понимаемого только через катарсис. Только через понимание, вчувствование19читателя-миста творится само произведение, в котором читатель становитсятворцом смыслов, в котором живёт и читательское сознание.Таким образом, участие читателя в ритуале, который разворачиваетсяна страницах романа, — это участие в творении самого романа.
Структураромана предполагает такой способ прочтения, основой которого будетнеторопливое размышление и созерцание – необходимое состояние длятворческого процесса. Читатель вынужден идти по запутанному и неясномупути, который для читателя, как и для автора, завершается разрушающимцикличность моментом озарения. Его иллюстрацией мы можем считатьфинальную сцену, сцену полного присутствия: почти ничем не перебиваемаятишина произведения нарушается звуками, гармонией, а она, в свою очередь,развеивает призрачных гостей праздника. Музыкант, а вместе с ним ичитатель, оказываются внутри дома при свете дня, и там же появляетсятаинственная белая лошадь. Всё сходится в последнем моменте, которыйчитатель может интерпретировать, в том числе, как момент озарения, когдапосле проделанной работы, в благоприятных условиях, созданных самимавтором, к нему сходит вдохновение, — именно о таком механизме говоритБенет в книге эссе «Вдохновение и стиль».С ритуалом и мифом связан и музыкальный код романа «Зимний путь»,название которого отсылает к музыкальному циклу Шуберта на словаМюллера.Символ играет центральную роль в художественном мире Бенета, таккак целостность каждого его романа определяется на символическом уровне,а не на сюжетном.
Символы, символические сюжеты и повторяющиеся темысоздают лейтмотивную структуру, ритмически организующую произведенияБенета, и обеспечивают их музыкальное, поэтическое единство.В Заключении делается несколько выводов.ДляписателейвторойполовиныХХвекаоднойизосновповествования в романе сознания становится вымышленное пространствокак мифо- и сюжетообразующая единица. Устройство этого пространства,20его законы и то, как оно описывается, создают ритм повествования иоткрывают мир сознания автора. Это пространство становится материальнымвоплощением сознания, в котором время существует лишь по темпринципам, которые это сознание задаёт.Создание мифопоэтического пространства – то есть не места действиякак такового, но мира, устроенного в согласии с собственными законами –характерно для многих писателей ХХ века и является одним из проявленийнеомифологизма в прозе этого времени.
Подобно тому, как в романе«Петербург» Андрея Белого пространство этого города является вдействительностипространствомвоображенияимплицитногоповествователя, плодом его неомифологического сознания, так и Край вроманах Бенета является пространством сознания, не имеющим реальногоденотата. Время и пространство в романе сознания не «опредмечиваются» ине рассматриваются как таковые, но символизируются.Предметом изображения в романе Бенета становится не опыт, норабота сознания по воссозданию опыта в воспоминании и фантазии. Впоэтике Бенета язык, слово выходят на первый план по отношению ксодержанию, на смену ясности приходит неопределённость, ответственностьперед обществом уступает ответственности перед литературой. Предметомего произведений становится не реальность внешняя, но реальность сознаниягероев.
Такой тип прозы, по Бенету, должен вызывать у читателя эмоции, приэтом не обязывая его к полному пониманию, постижению репрезентируемойреальности.Наличие мифопоэтического пространства и отказ от традиционногосюжета подразумевают особые отношения автора и героя, а также автора ичитателя в романе сознания. Уже в первых романах Бенета прослеживаетсяпоследовательный отказ от иерархии повествовательных инстанций, аархитектоника его романов служит примером прозы, основой которойявляется диалог и со-творчество автора и читателя, сознание которого«вчитывает» свои смыслы в текст.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
