Диссертация (1101050), страница 17
Текст из файла (страница 17)
Система конфликтов в повести «Собачье сердце»1.1 Столкновение низа и верхаСовершив мысленный обзор московского дна и отметив по ходу, что«дворники из всех пролетариев самая гнусная мразь»266, герой повествованияпереносится на самый верх социальной вертикали. Столкновение низа и верхазнаменует появление в повести профессора Преображенского. В отличие отпрофессора Персикова, который представлял собой тип фанатика науки с265266Булгаков М.А. Собачье сердце//Собачье сердце.
Повести. Азбука. Санкт-Петербург, 2011. С.144Там же.107присущими ему чертами условного Паганеля – несколько нелепого человека неот мира сего, профессор Преображенский воплощает аристократизм с явнымналетом барства и достоинство выходца из «старого мира»: «Именногражданин, а не товарищ, и даже вернее всего – господин» 267 . Обликпрофессора Преображенского контрастирует с бедным советским антуражем,подобно тому, как внешний вид Воланда выбивается из советского стандарта:«Он умственного труда господин, с культурной остроконечной бородкой иусами седыми, пушистыми и лихими, как у французских рыцарей» 268 .Напомним, что Воланд тоже выдавал себя за «господина умственного труда» –профессора черной магии, а его внешний облик заставил Берлиоза и ИванаБездомного принять его за иностранца.
А французские рыцари, с которымиимеет некоторое сходство профессор Преображенский, перекликается сфранцузской же королевой, чьей прапра…правнучкой является Маргарита.1.2 Конфликт между Богом и человекомЦентральная идея повести «Собачье сердце» совпадает с идеей повести«Роковые яйца» и заключается в отрицании всякого рода вмешательства вестественный, установленный свыше – Богом или Природой – ход вещей.Человеческие возможности не безграничны, человек – существо, зависимое отне им установленных законов мироздания – эта идея объединяет повести«Роковые яйца» и «Собачье сердце», а также роман «Мастер и Маргарита».
Вповестях267268показаныкатастрофическиеинепредсказуемыерезультатыТам же. С.146Там же. С.147108человеческих попыток изменить и улучшить мир, а в романе человеческоевысокомерие ипретензиинаместо«хозяинамироздания»попростувысмеиваются:« – Но вот какой вопрос меня беспокоит: ежели Бога нет, то, спрашивается, ктоже управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?– Сам человек и управляет, – поспешил сердито ответить Бездомный на этот,признаться, не очень ясный вопрос.– Виноват, – мягко отозвался неизвестный, – для того, чтобы управлять, нужно,как-никак, иметь точный план на некоторый, хоть сколько-нибудь приличныйсрок. Позвольте же вас спросить, как же может управлять человек, если он нетолько лишен возможности составить какой-нибудь план хотя бы насмехотворно короткий срок, ну, лет, скажем, в тысячу, но не может ручатьсядаже за свой собственный завтрашний день? И в самом деле, – тут неизвестныйповернулся к Берлиозу, – вообразите, что вы, например, начнете управлять,распоряжаться и другими и собою, вообще, так сказать, входить во вкус, ивдруг у вас… кхе… кхе… саркома легкого…– тут иностранец сладкоусмехнулся как будто мысль о саркоме легкого доставила ему удовольствие, –да, саркома, – жмурясь, как кот, повторил он звучное слово, – и вот вашеуправление закончилось! Ничья судьба, кроме своей собственной, вас более неинтересует.
Родные вам начинают лгать. Вы, чуя неладное, бросаетесь кученым врачам, затем к шарлатанам, а бывает, и к гадалкам. Как первое ивторое, так и третье – совершенно бессмысленно, вы сами понимаете. И все этокончается трагически: тот, кто еще недавно полагал, что он чем-то управляет,109оказывается вдруг лежащим неподвижно в деревянном ящике, и окружающие,понимая, что толку от лежащего нет более никакого, сжигают его в печи.
Абывает и еще хуже: только что человек соберется съездить в Кисловодск, – тутиностранец прищурился на Берлиоза, – пустяковое, казалось бы, дело, но иэтого совершить не может, так как неизвестно почему вдруг возьметпоскользнется и попадет под трамвай! Неужели вы скажете, что это он самсобою управил так? Не правильнее ли думать, что управился с ним кто-тосовсем другой? – и здесь незнакомец рассмеялся странным смешком»269.Как известно, профессор Преображенский, увлеченный проблемами ивозможностямиевгеники,проводитэкспериментыпоомоложениючеловеческого организма. Впервые эта тема звучит в повести в тоне присущейБулгакову зловещей иронии: «Пес собрал остаток сил и в безумии пополз изподворотни на тротуар. Вьюга захлопала из ружья над головой, взметнулагромадные буквыполотняного плаката «Возможно лиомоложение?».Натурально, возможно.
Запах омолодил меня… райский запах рубленойкобылы с чесноком и перцем»270.1.3 Клиентура профессораДалее на страницах повести появляется первый, если так можновыразиться, продукт проводимых профессором исследований и операций. Этоабсолютно жалкая, карикатурная и уродливая фигура: “«Господи Исусе! –подумал пес, – вот так фрукт!» 271 . На голове у фрукта росли совершенно269270271Булгаков М. А. Мастер и Маргарита.
СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2014. С.12-13Булгаков М.А. Собачье сердце//Собачье сердце. Повести. Азбука. Санкт-Петербург, 2011. С.147Там же. С.157110зеленые волосы, а на затылке они отливали ржавым табачным цветом.Морщины расползались по лицу у фрукта, но цвет лица был розовый, как умладенца. Левая нога не сгибалась, ее приходилось волочить по ковру, затоправая прыгала, как у детского щелкуна. На борту великолепнейшего пиджака,как глаз, торчал драгоценный камень”272.Далее перед читателем предстает дама, которая тоже имеет намерениеприбегнуть к помощи профессора Преображенского: «Он (первый посетитель)исчез и сменился шуршащей дамой в лихо заломленной набок шляпе и сосверкающим колье на вялой и жеваной шее.
Страшные черные мешки сидели унее под глазами, а щеки были кукольно-румяного цвета»273.С какой целью эти лица обращаются к светилу мировой науки? « – Хе-хе…Мы одни, профессор? Это неописуемо, – конфузливо заговорил посетитель. –Пароль д`оннёр двадцать пять лет ничего подобного! – субъект взялся запуговицу брюк, – верите ли, профессор, каждую ночь обнаженные девушкистаями… Я положительно очарован. Вы – кудесник!»274; « – Богом клянусь! –говорила дама, и живые пятна сквозь искусственные продирались на ее щеках,– я знаю, что это моя последняя страсть… Ведь это такой негодяй! О,профессор! Он карточный шулер, это знает вся Москва.
Он не можетпропустить ни одной гнусной модистки. Ведь он так дьявольски молод»275.Дальше – больше:« – Я – известный общественный деятель, профессор! Что же теперь делать?272273274275Там же. С.157-158Там же. С.160Там же. С.158Там же. С.161111– Господа! – возмущенно кричал Филипп Филиппович, – нельзя же так! Нужносдерживать себя! Сколько ей лет?– Четырнадцать, профессор… Вы понимаете, огласка погубит меня. На днях ядолжен получить командировку в Лондон…– Да ведь я же не юрист, голубчик… Ну, подождите два года и женитесь на ней.– Женат я, профессор!– Ах, господа, господа!..»276Итак,получается,чтопрофессорПреображенскийпотворствуетчеловеческим порокам и глупости. Именно этому служат его научныедостижения. Его благообразный с виду барский дом назван «похабнойквартиркой», которая чем-то похожа на притон.
А его клиенты носят черты«клиентов» Воланда и его свиты. Они также обуреваемы мелкими пороками истрастишками, за которые их «цепляет» нечистая сила. Вспомним, чтоквартира, к которой в романе «Мастер и Маргарита» поселится Воланд со своейсвитой, будет названа «нехорошей».1.4 Трансформация положительных героев в преступниковНо это, можно сказать, добровольные жертвы науки. В случае с«очеловечиванием» бездомного пса вступает в силу фактор насилия.
Описаниеоперации – единственный эпизод, в котором в симпатичных до того и автору ичитателю персонажах совершенно неожиданно и абсолютно отчетливопроступают дьявольские, демонические черты, они единственный разнапрямую изображаются как преступники, а сама операция – как расправа с276Там же. С.162112невинной и доверившейся палачам жертвой. Такие же эпизоды с участиемнечистой силы содержаться в романе «Мастер и Маргарита».
Канваповествования в повести и в романе общая. Сначала потенциальная жертваничего не подозревает. Затем в нее вселяется возрастающая тревога. Врагипервое время притворяются, но постепенно обнаруживают свою сущность исвои намерения. «И вот в это ужасный день, еще утром, Шарика кольнулопредчувствие»277; “«Не нравится мне. Не нравится». Пес обиженно нахмурилсяи стал шляться по квартире, а вся суета сосредоточилась в смотровой. Зинаоказалась неожиданно в халате, похожем на саван, и начала летать изсмотровой в кухню и обратно»”278 (здесь в облике помощницы профессора идоктора впервые появляются потусторонние, ведьминские черты); «почему-то вванне померещились отвратительные волчьи глаза…» 279 ; «Зина за ошейникнастойчиво повлекла его в смотровую. Холодок прошел у пса под сердцем»280.Отом,какЗинаидокторБорментальпреобразилисьвподлыхзлоумышленников с бегающим взглядом, таящим преступный умысел,говорилось в предыдущей главе.














