Диссертация (1100915), страница 40
Текст из файла (страница 40)
Prince, 1988; R. King, 2000]. Действительно, многие изменения в области синтаксиса также сопровождаются заимствованием лексического материала; к тому же, часто трудно разделить чисто синтаксическое влияние и дискурсивно-прагматические изменения, которые, в своюочередь, в дальнейшем приводят к синтаксическим изменениям.
Кроме того,многие синтаксические параметры, например, порядок слов, могут принимать столь малое число значений, что доказать контактное влияние затруд220Глава 5. «Коррелятивная экспансия» как ареальное явление221нительно.Однако имеется сравнительно небольшое количество случаев, когда мыможем без сомнений говорить о контактном влиянии на синтаксис языка. Вовсех этих случаях речь идёт о постепенном развитии конструкций, чуждыхзаимствующему языку. Например, молодые носители языка тариана (аравакская семья, Бразилия) заимствовали из португальского языка использованиевопросительных слов в качестве относительных местоимений:(425)тариана (северноаравакские > аравакские)а.
старшее поколение носителейka-yeka-kanihĩkayu-nana-sape-знать-.. Dem: так-.. 3-говоритьб. младшее поколение носителейkwana ka-yeka-kanihĩkayu-nana-sapeкто-знать-.. Dem: так-.. 3-говорить‘Те, кто знали, говорили так.’[Aikhenvald, 2002, с. 183]Этот пример является типичным случаем грамматикализации в результате контактного влияния [Heine, Kuteva, 2005]: внешнее воздействие приводитк появлению новой конструкции, но эта конструкция использует материалзаимствующего языка и в целом проходит те же стадии развития, что онапрошла бы в случае независимой инновации. В результате функциональноераспределение конструкции в языке, подверженном влиянию, обычно является подмножеством функций аналогичной конструкции в языке-доноре, инаправление контакта, как и сам заимствованный статус конструкции, обычно несомненны.В этой главе будет показано, что осетинская система подчинения не совсем вписывается в такую картину языковых изменений, т.к., несмотря нато, что «экспансия» коррелятивов на другие типы подчинения произошлапод влиянием абхазо-адыгских языков, функциональная дистрибуция различных конструкций в осетинском и черкесских языках совершенно различны.
Таким образом, оказывается, что осетинский заимствовал лишь саму тенденцию выражать всё подчинение через подобие релятивизации, но сделалэто, используя исконно индоевропейскую коррелятивную конструкцию и неизменив общую структуру системы подчинения в каких-либо иных аспек-Глава 5. «Коррелятивная экспансия» как ареальное явление222тах.5.2.
Типологические параллелиВ данном разделе будет рассмотрена гипотеза, согласно которой чрезвычайное функциональное разнообразие коррелятивов и их центральное место всистеме подчинения являются следствием общетипологических тенденций.5.2.1. Коррелятивы в других языкахХотя синтаксические свойства и семантика коррелятивов подробно описаныдля довольно небольшого числа языков (в основном индоарийских, славянских и финно-угорских), эта конструкция весьма частотна в языках мира, чтовидно из списка в [Lipták, 2009b], который является далеко не полным. Поэтому сам факт наличия коррелятивов в осетинском языке не является чем-тотипологически удивительным: такая конструкция могла быть унаследованаиз праязыка, а могла и развиться самостоятельно.Также несомненно общетипологической тенденцией является использования коррелятивов для некоторых семантических типов придаточных, не являющимися относительными.
Так, в индоарийских языках коррелятивы нетолько являются основным средством релятивизации, но и маркируют некоторые другие типы придаточных, в частности, временные и условные [Bha,Lipták, 2009; Masica, 1991, с. 415]:(426)маратхи(индоарийские >]индоевропейские)[dzar tyāne abhyās kelātar to pāshoīlесли он. учение делать. тогда он проход быть.‘Если он будет учиться, то он поступит.’[Pandharipande, 1997](427) хинди(индоарийские > индоевропейские)[]jab mE kamre-me ghus-aa ,tab Mona gaa rahiiкогда я комната- войти-. тогда Мона петь .thiiбыть..‘Когда я вошёл в комнату, Мона пела.’[Bha, Lipták, 2009, с. 345]Глава 5. «Коррелятивная экспансия» как ареальное явление223Однако ни в общем обзоре в [Masica, 1991] ни в каких-либо работах, посвящённым коррелятивам в индоарийских языках, не описано использованиекоррелятивов для придаточных причины, условия или цели.
Что касаетсядревних индоевропейских языков, то в хеттском, где коррелятивы были чрезвычайно распространены, помимо релятивизации они используются толькодля образа действия māḫḫan ‘как’ — apeniššan ‘так’. Также не упомянута подобная экспансия ни в одной из статей в сборнике [Lipták, 2009a], посвящённом типологии коррелятивов. Из этого можно сделать вывод, что даже есликоррелятивы и могут быть использованы для этих типов клауз в тех языках, для которых они описаны, то это употребление является довольно маргинальным и маркированным случаем, который можно сравнить, например,с использованием относительных причин с вершиной-указательным местоимением в русском [Князев, 2009; Летучий, 2012] или венгерском [De Cuba,Ürögdi, 2009; Haegeman, Ürögdi, 2010] языках, где это лишь один из вариантов, а не доминантная стратегия. К тому же даже в случаях вроде венгерского мы имеем дело с каноническими относительными придаточными с внешней вершиной, а не с коррелятивами, которые, как было показано в предыдущих главах, нельзя ни с синтаксической, ни с семантической точки зрениясчитать подклассом относительных придаточных.Вывод, тем самым, состоит в том, что осетинские коррелятивы типичны втом, что касается их использования в относительной, темпоральной и условной функциях, но с точки зрения маркирования сентенциальных актантов,целевых придаточных и придаточных причины данная конструкция является, исходя из имеющихся у нас данных, типологически практически уникальной.5.2.2.
Полисемия номинализации и релятивизацииОднако ситуация с маркированием сентенциальных актантов и иных типовпридаточных напоминает другой факт, известный из типологии. Он состоитв том, что во многих языках одна и та же глагольная форма или союз используется для маркирования как относительных предложений, так и сентенциальных актантов, ср.:(428)а.
Skiing is fun.Глава 5. «Коррелятивная экспансия» как ареальное явление224б. the running man(429) а. She says that long ago she knew someone…б. A love that should have lasted years.(430) тувинский (тюркские > алтайские)kөr-gеn-iŋвидеть-.-.2‘то, что ты видел / тот факт, что ты нечто увидел’[Исхаков, Пальмбах, 1961, с. 301](431) леле (чадские > нигер-конго)[]а. ŋ sèngo mé gírbí kòjòkèrè1 знать 2 забыть мотыга -2‘Я знаю, что ты забыл свою мотыгу.’[Frajzyngier, 2001, с. 438-440][]б.
jàw dí-ngàgongá gol-geвраги :-1: видеть-3‘враги, которых мы собирались увидеть’[Frajzyngier, 2001, с. 384]Во всех этих случаях один и тот же показатель (морфологический в алтайских, лексические в английском и леле) используется и для номинализациисамой ситуации, и для релятивизации её участника.
Такая полисемия типологически распространена, см. [Lehmann, 1984], а также [Noonan, 1985; 2007] онефинитных придаточных и [Сердобольская, Паперно, 2006; Hendery, 2012] олексических и морфологических показателях. Поэтому может показаться разумным предположение, что осетинская система подчинения является всеголишь конкретным примером этой общетипологической тенденции.Однако такая тенденция является слишком общей, чтобы привлекать еёкак объяснение данных конкретных языков.
Значение имеет не только самфакт полисемии, но и та форма, в которой она проявляется¹. К центральнымчертам осетинской системы подчинения относятся: использование коррелятивов; использование специализированных подчинительных показателей, ане реляционных имён; «разделение труда» между подчинительной группойи коррелятом. Конструкции, обладающие такими свойствами, в вышепере¹Чисто функциональный анализ полипредикации в целом мне представляется малоперспективным.
Так,многочисленные попытки определения понятия «подчинение» в терминах пресуппозиции или «неассерции» [Cristofaro, 2003] опровергаются рядом контраргументов [Green, 1976; Lakoff, 1984; Takahashi, 2008].Глава 5. «Коррелятивная экспансия» как ареальное явление225численных работах не рассматриваются; в частности, в них нет ни одногопримера коррелятивной конструкции; как было сказано выше, литературапо коррелятивам также не знает подобных примеров. Более того, в большинстве языков, проявляющих данную тенденцию и рассмотренных в литературе, речь идёт о том или ином «универсальном показателе», грамматическомили лексическом, который совмещает функции номинализации и релятивизации; в осетинском же языке дело обстоит ровно наоборот: имеется наборспециализированных показателей, маркирующих разные типы зависимыхклауз, и набор показателей, маркирующих синтаксическую позицию зависимую клаузы в главной, которые объединяет только то, что они участвуютв одной и той же конструкции.Также следует рассмотреть вопрос о том, в каком направлении изначальноразвивалась полисемия: от релятивизации к номинализации или наоборот?Конечно, для большинства языках такие данные отсутствуют; однако, каккажется, направление от номинализации к релятивизации частотнее.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
