Диссертация (1100887), страница 6
Текст из файла (страница 6)
И не случайно, согласно Б.А.Грифцову, теоретики выделяли такой вид повествования, как «роман с выдвижными ящиками, то есть собрание разных новелл, историй и анекдотов,объединенных тем, что их рассказывают вместе собравшиеся рассказчики, –в этом виде повествования от романа взята лишь широта захвата.
При внутреннем единстве и интенсивности тем эта форма будет скрытым видом романа, но чаще она приводит к случайному соединению самостоятельных рассказов»59.Первая попытка изобразить частную жизнь одного героя принадлежитне литературной традиции, а фольклорной. В XVI веке намечается тенденцияк объединению новелл вокруг одного персонажа. Так появляется «историяБертольдо в итальянском фольклоре, Педро Урдемалас в испанском, ТиляУленшпигеля в немецком и др.
В 1515 году в Германии была напечатананародная книга “Забавное чтение о Тиле Уленшпигеле, уроженце Брауншвейга”, которая повествовала о детстве, скитаниях и смерти этого народного героя. А в 1554 году анонимный испанский писатель написал повесть“Жизнь Ласарильо с Тормеса” — «литературную обработку общеизвестныхфольклорных рассказов о странствиях мальчика- поводыря Ласаро (это имя 57Кожинов В. Указ. соч., С.
73.Там же. С. 74.59Грифцов Б.А. Указ. соч. С. 61.58 27 — Ласаро, Ласарильо — было даже нарицательным обозначением для малолетних спутников слепых нищих)»60.***Таким образом, прообразом жанра романа было собрание новелл61, илиэпизодов из жизни бродяги, плута, то есть оторванного от общественнойжизни персонажа. При этом создается не только картина общественных нравов, но и «целостный облик героя, проходящего через ряд эпизодов»62.
И напервых стадиях своего развития роман строится именно на механическойсвязи разных эпизодов, которые не образуют единого и цельного действия.Так, один из первых литературных плутовских романов XVI века “Жизнь Ласарильо с Тормеса” (1544), по мнению Б. Грифцова, лишен связанности и вообще «какого бы то ни было действия»63. То есть образ героя цементируетразрозненные между собой истории.Взаимообусловленности характеров и сюжетного действия и в XVII веке не было достигнуто. Вообще, по мнению Грифцова, техника романа вXVII веке подразумевала запутанный, но элементарный сюжет, который раскрывается сам по себе, «характеры обнаруживаются сами по себе.
Чтобы фабула [в нашей терминологии – сюжет – А.В] не распуталась слишком быстро,весь роман надо строить на замедлениях. Простейшим ретардационным приемом будут вставные рассказы, которые могут не быть ни параллелью, никонтрастом, а живут сами по себе, и без особых бед могут быть переставленыиз одного романа в другой»64. Так, “Комическая история Франсиона” Ш. Сореля (1622) – это собрание «старых фабло», с прерывчатой композицией иразно качественностью мотивов.
Множественность и разнообразие – эти 60Там же. С. 75.Здесь необходимо отметить, что понятие «новелла» в данном словоупотреблении не совсем оправдано.Уместнее было бы использовать понятие «рассказ» ввиду того, что новелла подразумевает неожиданныйвзгляд на героя, неожиданное раскрытие его характера, а рассказ – случай из жизни героя, лишенный непредсказуемости. См.: Тамарченко Н.Д. Новелла // Теория литературных жанров / под ред.
Н.Д. Тамарченко.М., 2011. С. 56-59.62Там же. С. 76.63Грифцов Б.А. Указ. соч. С. 65.64Там же. С. 75.61 28 ключевые принципы романа на ранних стадиях его развития достигались мотивом странствия, разнообразными ретардационными приемами, вставнымирассказами, неожиданными встречами.История развития романа показывает, что достаточно сложно совместить внешний сюжет с характером главного героя, то есть с сюжетом внутренним. Писатели отдавали предпочтение либо изображению внешних событий (странствия), либо внутренним (духовным) исканиям и противоречиям.Роман постепенно отказывается от нанизывания не связанных междусобой событий, от приключений, переходя к конфликтам другого рода.
Однако и последующая история романа также дает примеры одноцентренности.Последующие романисты будут искать противоречие уже не вовне героя, авнутри него самого. Тот самый принцип контроверзы, то есть неразрешимогопротиворечия, которое, как считает Б. Грифцов, выявляет саму сущность романа, воплотится именно в психологическом романе, где событийность отойдет на второй план. Так, например, построен один из первых психологических романов М. де Лафайет «Княгиня де Клев» (1678). Так же будет выстроен психологический роман XVIII века – «Новая Элоиза» Ж-Ж. Руссо (1761),«Монахиня» Д. Дидро (1796).В названных романах внешний сюжет не так разнообразен, нет интриг,вставных рассказов, а на первом месте – изображение чувства.
При этом чувство изображается сначала изнутри, от первого лица, как в эпистолярном романе Руссо, а затем уже извне, как в романе Дидро. С Дидро, по мнениюГрифцова, и начинается линия безличностного романа, то есть повествование от третьего лица, когда «всеведущий» автор объективно и хладнокровнобудет анализировать душевную жизнь героя. И только французский авторэпистолярного романа «Опасные связи» Шодерло де Лакло (1782) сумелпрактически впервые связать в единый узел сюжетную канву с психологическим анализом. «Лакло рассекает души своих героев и героинь, не прерывая,ни на минуту не замедляя хода действия. Еще ни у кого не было такой искусности, и «Опасные связи» можно рассматривать как первый хорошо напи 29 санный французский роман»65.
Некоторые авторы используют плутовскуютрадицию для развития внешнего действия, которое следует параллельнопсихологическому анализу. Такую модель использовал Антуан Прево в романе «Манон Леско» (1731). В этом романе, как отмечает Кожинов, «слилисьв единую цельность действенное, событийное начало плутовского романа ипсихологический анализ, «открытый школой Ларошфуко»»66.Настоящий же расцвет романа приходится на XIX век, когда техникаповествования становится все сложнее и разнообразнее. Писатели выявляютвсе новые возможности этого жанра, правдиво и разносторонне изображаясовременную им действительность.
Однако и в период зрелости романногожанра его композиция далеко не всегда отличается цельностью и завершенностью. Так, по мнению Б. Грифцова, одной из творческих трудностей Бальзака была проблема драматизации действия, то есть проблема развертываниядействия. Его романы – это в основном статическое изображение своей эпохи, сюжет выстраивается в духе эмотивного романа с его условным сюжетом,контрастным расположением характеров и патетическим и сентиментальныммодусом. «Статичностью своей композиции Бальзак очень тяготился… попытки её преодолеть приводили к романтическому роману, часто даже к пиратам, казням или к меланхолии литературных больниц»67.Грифцов отмечает, что и романы Стендаля также лишены завершенности, композиционной цельности. «Пармская обитель» (1839) «распадается натри неравномерных и точно задуманных каждая в различном плане части»68.Стендаль умеет вести действие, однако очень своеобразно.
«В романическойлинии, развивавшейся вне Стендаля, действие разрушалось законченностьювосприятия. Силы обычно давались с самого начала, по которому нетрудноугадать развязку. Действенность Стендаля не в подготовленных и хорошопотом объясняющихся неожиданностях, а в том, что сплошь на всем протя 65Там же. С.
94.Кожинов В. Указ. соч. С. 321.67Грифцов Б.А. Указ. соч. С. 114.68Там же. С. 120.66 30 жении романа мы находимся под властью непредвиденного. Действие даноклочками, силы не прямолинейны, а прерывчаты. Была большая смелость втаком «плохо написанном» романе… его упрекали в том, что в Пармскоммонастыре нет никакого сюжета, это только «связка анекдотов»»69.Самый лучший из романов, по мнению Грифцова, – «Мадам Бовари» Г.Флобера (1851), и он по сути отражает гибель старых, приключенческих романов. Но, по мнению исследователя, только Достоевский дал «подлинномногоплоскостный, широкий, действенный роман»70, выбирая, однако, длядвижения сюжета также старые приемы авантюрного романа, «черного» и«уголовного». Но все эти приемы служат не столько занимательности егопроизведений, сколько возможности наиболее глубоко раскрыть психологические противоречия в душах героев.
Поэтому романы Достоевского можноохарактеризовать как «авантюры в сфере психологии»71.***Если перед нами многолинейный роман, с двумя или тремя главнымисюжетными линиями, то и для романиста, и для изучающего произведениелитературоведа задача усложняется. Здесь встает не только вопрос о том, какразвернуть действие в каждой из сюжетных линий, как соотнести характергероя и событийный ряд, но и другой вопрос: как расположить в пространстве текста, соотнести между собой сюжетные линии? Здесь проблема целостности ощутима наиболее остро.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
