Диссертация (1100582), страница 36
Текст из файла (страница 36)
Словом, все те вопросы, ответы на которые образуют «мозаику социальной, личностной и гендерной идентичности подростка»[Щекотуров 2012: 440].1853.2.2. Антропоним: техники словотворчестваПервый и наиболее важный параметр – имя и фамилия. Способность ксамосознанию себя как отдельного индивида, являющаяся фундаментальнымсвойством коммуникативной личности, во многом зависит от антропонима, который помогает провести семиотическую границу между собой и остальныммиром. Именно он в отличие от любых других слов может обозначать самогоговорящего (в нашем случае – пишущего). Имя человека – страж границы еголичной территории, ведь «граница личности есть граница семиотическая»[Лотман 2001: 316].
Следовательно, само имя наделяется в сознании человеканеким личностным значением.Еще одна важная особенность антропонима заключается в том, что онприсваивается при рождении, а не выбирается самостоятельно. В этой характеристике уже заложена некая игра в предопределенность. Соответственно, наделение именем фактически является перформативным речевым актом, т.к. «магический» перформатив номинации связан с отношениями власти и авторитета,и определенное имя заведомо может стать «символическим капиталом» индивида [Бурдье 1993].В ходе исследования В.Б. Кашкина выяснилось, что собственные именанравятся большинству опрошенных, но часто только после 18–20 лет, а до этого возраста часты конфликты (70–80% информантов сообщили о желании изменить имя в подростковом возрасте).
Агрессивная экспансия собственной воли, самоутверждение или утверждение границ собственного «я» распространяется на все сферы поведения подростка в переходном возрасте. А основной целью восприятия себя через имя является самоидентификация в одной из двухполярных форм: быть как все и не быть как все [Кашкин 2007].Выполненный нами анализ результатов, вводимых в поле «имя и фамилия» в социальной сети Вконтакте, проиллюстрировал описанные выше выводы о неприятии подростками своего имени и стремлении выделиться путем изменения оного, показав, что в 90% случаев девочки предпочитают использовать186уменьшительно-ласкательные или нестандартные вариации своего имени:Катрин Орлова, Лидокся Шурыгина, Нюточка Бабченко, Катюша Рождественская. Фамилии в 90% случаев совпадают с настоящими фамилиями пользователей.
40% девочек указывали также свое прозвище2: Юличка Vishenka Прокопова, Наталия иНоплАнеТяАШКА Матвеева, Даша **Pafos’ный Teddy** Буренкова, Anna Franцуженка Мирошник, а 85% вставляли в поле для прозвищапозитивно трактуемые графические символы, изображающие сердца, короныили звезды.Интересно, что только 7% девочек использовали никнейм (Злобная Аська,Сладкая Крошка, Пьяная Мартышка) или псевдоним, изменяя свои настоящиеимя, фамилию или и то, и другое.
При этом в 5 случаях из 8 фамилия изменялась на фамилию мальчика, с которым пользовательница находилась в отношениях на момент проведения исследования. Этот факт ясно свидетельствует отом, что свои отношения девочки в этом возрасте воспринимают как оченьсерьезные и стараются заранее примерить на себя основную официальную атрибутику брака – такую, как смена девичьей фамилии на фамилию мужа.Мальчики-подростки использовали уменьшительные или разговорныеварианты употребления своего имени только в 12 случаях из 50: Диман Антонов, Серега Степанов, Тоха Андрейцев.
В остальных случаях мальчики использовали полный вариант: Даниил Калугин, Дмитрий Лутаенко, Павел Сыровцев.В 11 случаях это был даже вариант имени и отчества – Александр СергеевичСергеев, Артем Андреевич Юрьев. Ни одного случая аналогичного использования имени и отчества среди девочек не встретилось. Включение в поле именипрозвищ или иных значимых фраз встретилось у половины испытуемых: ГургенАРМЯНИН Карапетян, Александр ну допустим Федорович, Сергей ODINTAKOI Богуш.Итак, становится очевидно также, что несмотря на то, что интернет допускает полную анонимность, подростки – участники социальных сетей, неза2Здесь и далее: сохранено оригинальное написание.187висимо от пола – этой возможностью практически не пользуются. Онлайноваяидентичность подростка, свой виртуальный образ, который он предоставляетдругим, большей частью соответствуют его внесетевой идентичности.
Хотяпредставляемый образ Я, как правило, в чем-то приукрашен, он вполне узнаваем. При данных обстоятельствах нас особенно интересуют как раз те средства испособы, которые используют подростки, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность, не подменяя идентичность. Можно сделать вывод, что в условиях самопрезентации в виртуальном пространстве девочки стараются позиционировать себя как юных и инфантильных, используя уменьшительно-ласкательныеимена, или как изысканных и особенных – при использовании нестандартныхвариаций своего имени.
Мальчикам же более свойственно преподносить себякак уже взрослых и сложившихся личностей, о чем свидетельствует указаниесвоего полного имени, иногда и в соседстве с отчеством. Достаточно редкое,вопреки ожиданиям, обращение к псевдонимам и никнеймам свидетельствует отом, что как среди девочек, так и среди мальчиков нет ярко выраженного желания скрывать свою настоящую личность, а использование прозвищ есть в данномслучае просто попытка добавить некоторую характеристику к своему образу[Каркищенко 2013].Как правило, прозвища рождаются окружающими – «прозвище – название, даваемое человеку по какой-нибудь характерной его черте, свойству»[Ожегов 2010], – и зачастую прикрепляются к человеку независимо от его желания, но в данном случае большая часть встреченных прозвищ имела явноописательный характер и была скорее придумана самостоятельно как дополнительный инструмент создания необходимого образа – Lonely Wolf, ВреднаяПривычка, Made in Armenia, Счастье3.В целом, необходимо отметить массовое влияние заимствований и иностранных слов.
Использование английских (или других иностранных) слов вкачестве прозвищ встретилось у 20 пользователей, из которых 15 юношей и 53Мы сохраняем не только оригинальную орфографию, но и графические особенности написания.188девушек. Нередко в качестве прозвища используются устойчивые и квазиустойчивые выражения на иностранном языке: I’ll be back; Made in Armenia; I’mfucking it, Sex Bomb.Также необходимо отдельно остановиться на таком феномене современного интернет-языка, как литуративы, широко распространенные в виртуальнойкоммуникации среди подростковой аудитории – так, только в поле прозвищаони встретились в 9 анкетах.
Однако важно отметить, что литуративы были использованы исключительно девушками: Алёнка я не игрушка! Томина, АнастасияСчастье Мамурова, Ромашка я тебя никогда не забуду Саакян.Прием зачеркивания текста в интернет-коммуникации, получивший название литуратива, является особой формой взаимодействия автора с реальностью, намеренно нарушающей постулаты коммуникации и тем самым создающей особый стилистический эффект [Пиперски, Сомин 2013].
Использованиезачеркнутого текста создает мнимый эффект его «непроизнесенности», «несуществования» – нельзя уличить автора в том, что написано на черновике, еслиобществу представлен чистовой вариант. Так, если на бумаге зачеркиваниепроизводится с целью избавления от нежелательного фрагмента, исключенияего из поля зрения читателя, то в случае интернет-коммуникации цель – напротив, всегда обратить особое внимание адресата на зачеркнутый текст [Занегина2009].Сегодня литуративы являются одним из наиболее популярных способоворганизации языковой игры в виртуальной коммуникации и, в то же время,формирования представления о говорящем. Тот факт, что использование литуративов гораздо больше свойственно пользователям женского пола, как показало наше исследование, говорит о склонности девочек в большей степени игратьсмыслами, нежели формами – ведь использование литуратива открывает новыйсмысловой пласт в ситуации общения, обнаруживая не только то, что авторсказал, но и то, что он хотел сказать.
Понятное, исходя из гендерных различий, стремление девочек создать вербально-визуальную систему шифров может189трактоваться как прямая отсылка к фольклорным текстам: чтобы добраться доприза, конечной точки странствия, герою необходимо пройти этап отгадываниязагадок, которые и станут ключом к достижению цели. Тем более, стоит отметить, что в большинстве случаев «завуалированный» в виде литуратива текстявляется прямой отсылкой к личностной ситуации пользователя (тоска), обращен напрямую к объекту любви (я тебя никогда не забуду) или говорит о внутреннем состоянии автора, непосредственно связанном с межличностными отношениями (пепел нашей любви).Мальчикам более свойственна коммуникативная прямолинейность, неменее склонные к языковой игре, в поле статуса они предпочитают играть формами, либо использовать прецедентные феномены (Terminator) или устойчивыефразы (I'll be back) и квазипословицы (Друг познается в биде; В каждой парепо твари).
Графические символы, в отличие от аналогичных позиций на женских страницах, не были использованы ни разу, однако широко употреблениебукв латинского алфавита и шрифтового выделения. Столь же широкой вариативности в использовании вербальных и визуальных средств оформления параметра имени, какие были обнаружены среди используемых девочками, на мужских страницах встречено не было.Итак, перечислим теперь наиболее характерные особенности заполненияполя имени и прозвища девочками:– использование графических символов (85%);– использование шрифтовых выделений – «письмо CAPS LOCK» (15%);– смешение кириллического и латинского алфавитов (10%);– использование транслитерации (10%);– смешение в рамках одного слова разнофункциональных элементов различных языков (10%);– использование литуративов (4,5%);– неузуальное употребление прописных и строчных букв, передающееигру из двух различных смыслов (3%);190– использование эмотиконов (3%).Отсюда можно сделать вывод, что графодеривация является феноменом,более свойственным женской аудитории, так как соединение вербальных и невербальных элементов дает простор для творческого самовыражения и порождения бесконечного количества вторичных смыслов, наслаивающихся друг на друга.3.2.3.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
