Влияние пересказанных диалогов Платона на литературную форму Диалога с Трифоном Иудеем св. Иустина философа (1100569), страница 5
Текст из файла (страница 5)
также приходится расцвет т.н. «второй софистики», сделавшей хорошим тоном обращение к классическому наследиюи воспроизведение его как образца. И если современник св. Иустина ФлавийАрриан хотел быть вторым Ксенофонтом, едва ли невероятно, что и св. Иустин в литературном отношении стремился в своем «Диалоге» последовательно воспроизводить некоторые приметы платоновских текстов.Старец. В Dial.
3-7 изложена беседа со Старцем, которого неожиданновстретил Иустин, бывший тогда платоником и в скором времени надевшийсясозерцать Самого Бога (Dial. 2.6). Пересказывая Трифону свою беседу на берегу моря, Иустин, таким образом, предоставляет критику идей греческойфилософии Старцу. Так автор сохраняет доверительность отношений со своим оппонентом, а также создает в произведении замечательную интригу.Беседа содержит множество аллюзий на сочинения Платона. В частности, присущая Старцу мудрость и манера вести диалог на философскую тему,c одной стороны, приближают его к образу мудреца-Сократа, а с другой – кобразу Диотимы, обучавшей молодого Сократа (Symp. 201d-212e). Такжевозможно провести параллель с образом Кефала, отца Полемарха – почтенного, мудрого старца, рассуждающего с Сократом о старости и справедливости (Resp.
328b-331d). Другой параллелью к образу Старца является образПарменида из одноименного диалога Платона, где мы встречаем аналогичную пару: почтенный старец Парменид дает показательный урок в присутствии юного Сократа (Parm. 130b sqq.)37. В «Тимее» мы видим загадочный образ египетского жреца, открывшего Солону великую славу древних Афин(Tim. 23b-25d). Хотя данные платоновские параллели едва ли следует считатьдоминирующими при характеристике образа Старца, они все же показывают,что и этот весьма значимый пассаж «Диалога» ни в какой мере не выпадаетиз общей тенденции Иустина построить свой произведение с опорой на платоновские тексты.Трифон.
Св. Иустин, раскрывая в своем сочинении образ Трифона, достаточно убедительно изображает эллинизированого иудея своего времени38.Так, Трифон, «еврей обрезанный» (Dial. 1.3), беглец, покинувший родину вдни Иудейской войны (Dial. 1.3; 9.3), и живущий на момент беседы с Иустином в Элладе (Dial. 1.2), интересуется греческой философией (Dial. 1.3; 8.3) идаже знаком с мифологией (Dial. 67.2). При этом он, следуя совету ученикаСократа в Аргосе, обращается с беседой к незнакомому философу (Dial.
1).37Примечательно, что отрывок Parm. 130a-b также является близкой по тексту параллельюк Dial. 8.3, что ранее не отмечалось исследователями «Диалога».38Подробнее об образе Трифона, его правдоподобности, возможных источниках образа иимени см. Приложение к диссертации.15Выяснив, что его собеседник – христианин, Трифон продолжает диалог сним, нарушая этим предписание иудейских учителей, согласно которому общение с христианами запрещалось (Dial. 38.1). Более того, Трифон признается, что читал Евангелия, и дает высокую оценку изложенным в них «заповедям христиан» (Dial. 10.2; 18.1).
При этом Трифон является защитником традиционных для иудаизма взглядов на Св. Писание (ср. Dial. 8) и не принимает христианского его понимания (в этом и состоит драматическая завязка«Диалога»). Как и сам Иустин, Трифон основывается в своей аргументациина тексте Писания (Dial. 32.2; 56.16), причем принимает возможность его аллегорического толкования, предложенную Александрийской школой. Как иего оппонент, Трифон не знаком с древнееврейским языком39 (ср.
Dial. 103.5;125.3).Любой читатель, знакомый с диалогами Платона, может узнать в Трифоне некоторые черты различных собеседников Сократа, параллели с которыми иногда очевидны. Его образ наиболее близок к распространенному впересказанных диалогах Платона образу собеседника Сократа – благородного юноши. Это и Клиний в «Евтидеме», и Лисид, и Менексен, и Гиппотал в«Лисиде», и Хармид в одноименном диалоге40. Во всех этих сочинениях мывидим мудреца (Сократа) и поклонника философии (юношу), обычно любознательного, вежливого и благожелательного к своему собеседнику. Также вописании поведения Трифона мы встречаем явные аллюзии на поступки илиреплики некоторых других персонажей рамочных диалогов Платона.
Например, это Критий из «Хармида», Евтидем и Дионисодор из «Евтидема», Каллий и сам Протагор из «Протагора», Кебет из «Федона», Парменид и Зенониз «Парменида», а также Фрасимах из «Государства»41.Рассмотрение «Диалога» в русле литературной традиции платоновского диалога позволяет по-другому понять истоки образов и повороты сюжетав «Диалоге», а также выделить новые параллели с диалогами Платоновскогокорпуса. В данном случае, речь идет не о коллекции совпадений с текстамиПлатоновского корпуса, а о характере построения ситуаций и образов в«Диалоге» св.
Иустина42. Все новые параллели, среди которых есть как тек39Подробнее см. Rokéah D. Justin Martyr and the Jews. Leiden: E. J. Brill, 1963. P. 20-21. Таким образом, базой для экзегетической полемики в «Диалоге» служит именно греческийтекст Св. Писания (подробнее см. Skarsaune O. 1987. Op. cit.).40Как известно, образ благородного юноши встречается во многих диалогах Платона иПлатоновского корпуса (ср. Федр, Феаг и Алкивиад из одноименных диалогов, Клиний иХармидом из «Аксиоха», персонажи «Соперников»).41Параллели с некоторыми персонажами диалогов Платона, написанных в прямой драматической форме, и сочинений Платоновской школы здесь не менее интересны (ср., Пол иКалликл из «Горгия», Гиппий из «Гиппия Большего», Эриксий из одноименного диалога).Конкретные параллели показаны в тексте диссертации и в индексе.42Например, в своем исследовании вводных глав «Диалога» Хильдаль (Hyldahl N.
Op. cit.S. 95) вслед за Кезелингом отмечает, что и в «Протагоре», и в сочинении св. Иустина знакомство будущих собеседников предваряется цитатой Гомера. Издатель критическоготекста «Диалога» Бобишон указывает в примечании к Dial. 56.13 (Bobichon Ph. Op. cit.Vol.
2. P. 736), где упоминается «четвертый из пришедших с Трифоном», что этот собе16стуальные, так и смысловые, приведены в индексе. Принципиально важнымявляется то, что христианскому апологету Иустину, столь изящно и оригинально вплетающему в канву своего сочинения элементы платоновской традиции, его оппонент видится столь же дружелюбно настроенным, стремящимся к истине и готовым ее принять, как некоторые собеседники Сократа.Спутники Трифона.
В диалоге с Иустином, помимо Трифона, участвует двегруппы его спутников – к тем, кто был с Трифоном изначально, на второйдень беседы присоединились другие (например, Dial. 85.6; 94.4; 122.4). С одной стороны, появление Трифона в окружении многочисленных друзей является аллюзией на эпизод из платоновского «Протагора» (314e-315 а), в котором описывается, как Протагор, сопровождаемый многочисленными спутниками, прохаживался в портике.
Мы видим здесь и столь распространенный вдиалогах Платона и его школы мотив: беседа происходит во время совместной прогулки. Действительно, в «Федре» Сократ и Федр гуляют за городскойстеной и вдоль Илиса, беседуя (Phaedr. 227a sqq.), в «Законах» отражен разговор идущих вместе из Кноса к гроту и святилищу Зевса Клиния, Мегилла иАфинянина (Leg. I, 625b, c), в начале «Эриксия» описана прогулка Сократа иЭриксия (Eryx. 392b). С другой стороны, здесь присутствует параллель с другим рамочным диалогом Платона – «Евтидемом».
Описывая встречу Сократас двумя братьями-софистами, Евтидемом и Дионисодором, Платон указывает, что они прогуливались по крытой площадке Ликея в сопровождении многочисленных последователей (Euthyd. 272e-273b). В окружении спутников вЛикей приходит и другой персонаж диалога – юноша Клиний (Euthyd. 273b).В сопровождении друзей в палестру приходят и юный Хармид из одноименного диалога (Charm.
154c), и Гиппотал из «Лисида» (Lysis 203b-204b).Св. Иустин описывает смех спутников Трифона, последовавший за егорассказом об обращении ко Христу (Dial. 8.3). В ответ на предложение Иустина доказать истинность учения Христова, друзья Трифона снова смеются,и даже поднимают неприличный крик (Dial. 9.2). Подобное поведение сторонников оппонента Сократа описывается достаточно часто в «Евтидеме»Платона, где не один раз встречается идентичное «Диалогу» указание на то,как смеялись и шумели спутники братьев-софистов Евтидема и Дионисодора(Euthyd. 276b-d; 303b). Сюда же можно отнести высокомерный смех самихэтих братьев в ответ на рассказ Сократа об их искусстве Клинию (Euthyd.273d).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
