Влияние средств массовой информации на психологические последствия терроризма (1098839), страница 4
Текст из файла (страница 4)
И 28,6% респондентов считают, что подробная трансляция поможетлучше вникнуть в обстоятельства случившегося и адекватно и эффективноотреагировать на него. Важным является выявление позиций респондентовотносительно самих источников информации, которыми часто пользуютсяжурналисты, формируя новостные сюжеты. Речь идет об отношенииреспондентов к практике использования в СМИ рассказов очевидцев илислучайных свидетелей террористического акта. В данном случае мненияразделилисьпрактическипоровну:49,7%респондентовреагируютположительно на использование в новостных передачах информации отсвидетелей и очевидцев, а 50,3% - относятся негативно к подобной практике.Подобное распределение мнений подтверждает положение, выдвинутоезарубежным специалистом в области психологии риска и принятия решенийSlovic P., который настаивает на том, что в любой передаваемой информациио чрезвычайном происшествии должны быть сбалансированы и факты(передаваемые,преждевсего,отофициальныхисточников),иэмоциональное содержание (основанное, хоть и на проверяемых, но, все же,мнениях свидетелей и очевидцев).
Лишь при таком грамотно продуманномбалансе информация будет эффективной, а не травмирующей и пугающей.Еще более актуальным и спорным является проблема «прямого эфира»с места событий и интервьюирования самих террористов. И, в отличие от18предыдущих вопросов, в данном случае респонденты более отчетливодемонстрируют свои предпочтения (см.
рис. 2).Рисунок 2. Отношение респондентов к интервьюированию террористов (%).Как видно из рисунка 2, половина респондентов (50,3%) противинтервьюирования террористов в «прямом эфире». Из них: 12,4% уточняют,что подобная практика является рекламой террористов и способствует ихпопуляризации; 4,5% считают, что это пугает зрителей и рождает панику;более радикально настроены 3,9% респондентов, которые уверены в том, чтос террористами вообще бессмысленно общаться и единственный способ«взаимодействия» с ними - физическое уничтожение.Из 19,1% респондентов, ответивших положительно, 33,3% уточняют,что подобные интервью несут в себе важную информацию; еще 33%считают, что эта информация наиболее достоверна, т.к.
не подвергаетсяцензуре; и 25% респондентов отметили, что необходимо и террористампредоставить возможность донести до общества свою позицию. Речь идет оботносительно толерантной позиции по отношению к террористам и некойскептической (недоверчивой) позиции по отношению к государству. Чтокасается «прямого эфира», то большинство (61,6%) респондентов относятсяк нему положительно; 18,1% - отрицательно; и 20,3% - отметили, что им всеравно, в каком формате будут представлены новости о террористическом19акте.
При положительном ответе на данный вопрос у респондентовпреобладает мотивация, связанная с отсутствием цензуры при подобнойформе трансляции, в связи с чем она и представляется более достоверной –это отметили 35,4% опрошенных. Еще 31,3% отметили ее оперативныйхарактер как положительное следствие «прямого» эфира. А 29,2% уточнили,что подобная информация является наиболее полной и понятной. И лишь4,2% респондентов мотивировали свой выбор интересом и любопытством.Чтокасаетсяхарактеристиккоммуникатора,которыйдолжентранслировать информацию о террористическом акте, то, основываясь наполученныхрезультатах,можносформироватьпредпочитаемыйреспондентами образ коммуникатора.
Это мужчина (85,9% респондентов), ввозрасте от 36 до 45 лет (51,1%), являющийся сотрудником спецслужбы(47,2%).Как показывают результаты проведенного опроса, на формирование унаблюдателянегативныхсостоянийможетвлиятьнетольконепосредственный просмотр сюжетов о террористических актах, но икосвенные упоминания о них, в том числе и в виде вопросов анкеты.
Но,несмотря на это, как демонстрируют результаты опроса, большинствореспондентов склонны к просмотру сюжетов о криминальных новостях, вкоторых может присутствовать информация и о террористических актах.При этом наблюдается очевидное предпочтение детальной и подробнойинформации. Таким образом, можно сделать вывод о том, что сам по себетотальный запрет трансляции будет лишен эффективности, т.к.
наблюдательнастроен на получение подобной информации. А это значит, что ееотсутствие в эфире вызовет не положительный, а наоборот – отрицательныйэффект,т.к.дляредукциистрахачеловекунеобходимообладатьинформацией о произошедшем преступлении.Результаты психосемантического исследования.В результате факторного анализа на первом этапе работы выделено 3фактора, описывающих 94,8 % общей суммарной дисперсии.20Также выделены факторные нагрузки по оцениваемым объектам. И наосновании данных факторных нагрузок разместились оцененные объекты впространстве факторов 1 и 2 (см. рис.
3).нетерпимостьличностноепринятиеличностноенепринятиетолерантностьРисунок3. Размещение объектов в пространстве факторов: «Личностное непринятие– личностное принятие» и «Толерантность – нетерпимость».Первый биполярный фактор F1 представляет собой ось семантическогопротивопоставления личностного принятия и непринятия. В положительныйполюс фактора (F1+) вошли утверждения, объединенные по общемуоснованию непринятия норм поведения, принципов и правил оцениваемыхобъектов. Это отражение враждебной (т.е.
когнитивной составляющейагрессии) позиции. В состав отрицательного полюса фактора (F1-),соответственно, вошли утверждения, отражающие принятие и одобрение,что также связано с когнитивной сферой. Оценивание в данном случаеосновываетсянасопоставлениистереотипизированных21ценностейиустановок объектов (или групп) с собственными морально-этическими иидеологическими установками респондента. Утверждения, составляющиеданныйфактор,отражаютстепеньидентификацииреспондентаспредложенными объектами, но не по социальному или национальномуоснованию, а по соотношению идеологических, моральных и этическихкатегорий.
Таким образом, фактор F1 отражает одну из осей отношения иоценивания объектов. Он обозначен как фактор «Личностного принятия –личностного непринятия». Утверждения, вошедшие в состав фактора, несодержатрефлексииповеденческихэмоциональногонамерений.отношенияПодобныеквыводыобъектамииллюстрируютсяразмещением объектов в пространстве фактора «Личностного принятия –личностного непринятия», где они противопоставляются не столько пооснованию эмоциональной оценки, сколько по соотношению ценностныхнорм.
В частности, такие объекты, как «террорист» и «националист»,обладают меньшими нагрузками по полюсу личностного непринятия,нежели «гомосексуал», который, тем не менее, не соответствует моральными ценностным представлениям респондента. С другой стороны, практически«сливаются»объекты«славянин»и«христианин»,нестолькопонациональному и религиозному отождествлению, сколько по основаниюидентификации собственной идеологической структуры и ценностныхустановок респондента с данными объектами. Так же, как и практическиидентичное расположение объектов «мусульманин» и «атеист», по причинедефицита знаний о данных категориях и, как следствие, их непринятие инепонимание.В отличие от первого, второй фактор F2 содержит аффективнуюнагрузку,объединяяутверждения,содержащиеэмоциональнуюипобудительную направленность.
Оценивание объектов основывается нестолько на соотношении собственных и чужих точек зрения и ценностныхсистем, сколько на эмоциях, которые испытывает респондент по отношениюк определенным объектам. В частности, утверждения, которые составилиположительный полюс данного фактора (F2+), включают в себя негативнуюэмоциональную и побудительную нагрузку, связанную с гневом, агрессией и22страхом.
В то время, как утверждения, вошедшие в состав отрицательногополюса фактора (F2-), можно объединить по основанию толерантной,уравновешенной позиции по отношению к объектам, включающей в себяуважение и интерес. Мы обозначили данный фактор как «Нетерпимость –толерантность, поддержка». Наиболее негативно по фактору «Нетерпимость– толерантность, поддержка» оценивается объект «террорист». Отметим,что по первому фактору данный объект получил менее негативные оценки,чем объекты: «националист», «представитель национальных меньшинств»и «гомосексуал». Таким образом, при наличии реакции страха и агрессии поотношению к террористам, они, тем не менее, не вызывают столь сильногонепринятия на уровне когнитивной оценки.
С другой стороны, такженегативно оцениваются объекты: «сотрудник правоохранительных органов»и «националист». При этом, объекты, которые по фактору «Личностногопринятия–личностногонепринятия»оценивалиськакличностноотвергаемые («иммигрант», «представитель национальных меньшинств»,«мусульманин»), т.е. – не соответствующие системе ценностей и принципамреспондентов; по фактору «Нетерпимость – толерантность, поддержка» ненесут негативной нагрузки.
Особенно ярко подобные трансформациинаблюдаются при оценивании объекта «гомосексуал», который по фактору«Нетерпимость – толерантность, поддержка» максимально близок к полюсу«толерантность», при том, что по первому фактору он получил крайненегативные оценки. Т.е. личностного принятия людей с нетрадиционнойориентацией нет,но при этом–они невызывают негативногоэмоционального отношения к себе (прежде всего – страха и презрения).Подобная картина еще раз подтверждает предположение о том, что системаоценивания включает в себя как когнитивную, так и эмоциональнопобудительную составляющую.Выделив категориальную систему оцениванияобратимсяканализупредъявляемоговидеоматериаласамихоценоквидеоматериала.иеговзависимостиПредполагается,характер(подробность23других объектов,иотхарактерачтоналичиеэмоциональностьсодержания) будут способствовать изменению оценок объектов в указаннойсистеме категорий.Средние значения оценокРисунок 4.
Усредненные значения оценок объектов по фактору F1 «Личностноепринятие – личностное непринятие» (где: F1(без видео) – результаты, полученные безпредъявления видеосюжета;) F1(официал) – результаты, полученные после просмотравидеосюжета, основанного на официальных комментариях; F1(залож.) – результаты,полученные после просмотра видеосюжета, содержащего комментарии заложников).Как видно из рисунка 4, наибольшие изменения в оценке коснулисьобъекта «террорист».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
