Диссертация (1098064), страница 87
Текст из файла (страница 87)
1990; с. 213]. Итак, «царскосельский треугольник» включает всвои границы ценностные контексты жизни и творчества Пушкина, Анненского исамой Ахматовой.2. 4. ГородТема города как самостоятельная в поэзии Ахматовой появляется в 1912году («Венеция»), когда художник ставит перед собой задачи углублениялюбовного переживания и поиска надличностной точки зрения на лирическоесобытие. В этот период возрастает роль молитвы в ее поэзии, учащаются432обращения к Богу («Дал ты мне молодость трудную», 1912; «Я так молилась:«Утоли…», 1913; «Я любимого нигде не встретила…», 1914).Знаю я: когда земля расколется,Поглядишь ты вниз очами грустными [Ахматова А. 1998; с.
176].Лирическое «я» повествует о своем пребывании на земле с позицииотлетевшей на небо души («В то время я гостила на земле», 1913), из самойвысокой башни на свете («Уединение», 1914). С образом поэта соединяетсяопределение «надменный», в котором также заключается представление отворческом взгляде, направленном «сверху – вниз» («В ремешках пенал и книгибыли…», 1912; «О, это был прохладный день…», 1913). Параллельно Ахматоваосваивает «высоту» с точки зрения земного человека, смотрящего «снизу –вверх».Высоко небо, горный ветер веет,И непорочны помыслы мои [Ахматова А.
1998; с. 95].Высокие своды костелаСиней, чем небесная твердь… [Ахматова А. 1998; с. 139].Высоко небо взлетело,Легки очертанья вещей… [Ахматова А. 1998; с. 156].В доме сером и высокомУ морских ворот Невы [Ахматова А. 1998; с. 167].«Где, высокая, твой цыганенок,Тот, что плакал под черным платком…» [Ахматова А. 1998; с. 177].Город оказывается пространством, расположенным между небом и землей.Предвоенный Петербург мифологизируется в сознании лирической героини,однако внешне столица в поэзии Ахматовой сохраняет вполне реалистическиеочертания.
Важнейшей для автора является оппозиция «мужского» и «женского»,которая соотносится с мотивом покорения Петром «пустынных волн» реки,имеющим в русской литературе достаточно разработанный семантическийконтекст. В стихотворениях Ахматовой 1912–1914 годов ситуация любовнойборьбы перерастает в противостояние поэтов: пейзаж «чудесного» городаотражает высокие идеалы и устремления женщины-художника, чья скрытая силадуши, уподобленная «темноводной» Неве, пробуждается и грозит вновь выйти из433своих берегов. Лирическое переживание городского пространства отражаетсостояние женской души, свидетельствует о ее готовности петь не только олюбви, но и о событиях национального масштаба.В изображении Петербурга, на фоне которого развивается поединок междудвумя любовниками и поэтами, ценностное значение имеет пространственнаявертикаль.
Женщина в стихотворении «О, это был прохладный день…» (1913)драматически переживает настойчивость и напор возлюбленного мужчины («Тытолько тронул грудь мою, / Как лиру трогали поэты, / Чтоб слышать кроткиеответы / На требовательное «люблю!» [Ахматова А. 1998; с. 153]), незамечающего глубины и неизменной скорби женской души. Вместо «кроткихответов» из уст героини звучат «надменные» стихи-молитвы, однако и они немогут остановить и привязать мужчину, стремящегося к осуществлению высокихцелей («Тебе не надо глаз моих, / Пророческих и неизменных, / Но за стихом тыловишь стих, / Молитвы губ моих надменных» [Ахматова А.
1998; с. 153]). Вглазах женщины отражается пророчество неизбежной разлуки, лирическое «я»прозревает в закатном небе костер, на котором ей и суждено будет сгореть. Впервойстрофевнешнееощущениепрохладыичудаконтрастируетспредчувствием беды.О, это был прохладный деньВ чудесном городе Петровом!Лежал закат костром багровым,И медленно густела тень [Ахматова А. 1998; с. 153].«Закат» и «тень» в 3 и 4 строках за счет приема олицетворенияактуализируют свою связь с семантическим полем «мужского» и «женского».Городской пейзаж символизируется, имя Петра задает высокую планкустремлениям героя, и любовному поединку придается более широкий смысл, втом числе и нравственный. Герои противопоставлены по принципу ихприоритетов (Он выбирает долг, Она страдает от невозможности счастья), однаколирическое «я», соединившее в воспоминании все детали бывшего свидания ипридавшее ему торжественную интонацию настоящего момента, вносит впроизведение важный психологический смысл – «надменность» героини выдает в434ней мужскую волю и целеустремленность.
В позднем творчестве Ахматовавернется к теме поединка между любящими друг друга поэтами. Образы«багрового» заката-костра, героя-завоевателя и страдающей героини будутобобщены и осмыслены ею сквозь призму мифологического сюжета о погибшей вогне Дидоне и воине Энее, слава которых связана с городами-соперникамиКарфагеном и Римом («Шиповник цветет. Из сожженной тетради», 1946–64).В миницикле «Стихи о Петербурге» (1913) усиливается отвлеченнофилософское значение образа города. Ахматова продолжает развивать мотивстолкновения мужчины и женщины, с внутренним миром которой ассоциируетсягород, названный «столицей». «Генетическая» литературная память подсказываетлирическому «я» локальный источник силы: Великий Петр и почитаемый имсвятой Исакий (Исаакий Далматский) – метонимические «знаки» пространства(Исаакиевский собор и «Медный всадник» – знаменитый памятник царю) –представлены во всеоружии и «грозном нетерпении».
Гнев обращен на столицу,построенную Петром и пережившую своего государя («Сердце бьется ровно,мерно. / Что мне долгие года!» [Ахматова А. 1998; с. 162]). Мотив женскогострадания-горения сворачивается до детали (гарь черных петербургских труб), всвою очередь цикличность лирического события, заданная мифологическимпланом стихотворения, подчеркивает идею неизбывности любовной печали,повторяемости ее во времени.Вновь Исакий в облаченьиИз литого серебра.Стынет в грозном нетерпеньиКонь Великого Петра.Ветер душный и суровыйС черных труб сметает гарь…Ах! своей столицей новойНедоволен государь [Ахматова А.
1998; с. 161].Интонация испуга и смятения в финале заключительной строфы звучит неслучайно, она предваряет появление во втором стихотворении лирическойгероини – двойника государевой «невесты». Думается, Ахматова дает скрытую435отсылку к евангельскому тексту: «И увидел я новое небо и новую землю, ибопрежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увиделсвятой город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный какневеста, украшенная для мужа своего» (Откр. 21: 1–3). В стихотворении «Сердцебьется ровно, мерно» описывается чудесный момент конца одного периода вжизни героини и начала другого: «переход» от прихотливого любовногопереживания («Мне не надо ожиданий / У постылого окна») к высокому чувствудуховных уз между мужчиной и женщиной осуществляется в центральнойстрофе, состояние обновления души символизирует образ розового месяца нанебе:Оттого, что стали рядомМы в блаженный миг чудес,В миг, когда над Летним садомМесяц розовый воскрес <…> [Ахматова А.
1998; с. 162].Ощущение возможности существования в вечности лирическое «я»испытывает именно от соприкосновения с пространством города. В первых двухстрофах любовное свидание описывается «под аркой на Галерной», котораясоединяет здания Сената и Синода и является символом единства церкви игосударства. Над аркой размещена скульптурная группа, в том числе статуи«Веры», «Благочестия», «Закона», «Правосудия» и фигуры Гениев с раскрытымикнигами. Лирическая героиня и ее спутник изображены в виде теней,отброшенных статуями, поставленными здесь «навсегда», «навеки» [Ахматова А.1998; с. 162]. Она смотрит сквозь опущенные веки, а Он держит в руке«нераскрытый» веер женской души.
В финальной строфе Ахматова «расширяет»визуальныйпланстихотворениязасчетпространственнойвертикали,соединяющей «низ» (река Нева) и «верх» (возвышающаяся над городом статуяимператора Петра), временное и вечное, женское и мужское, быстротечнуюлюбовь и высокое чувство долга. Герои попадают в «центр» вечной борьбы забессмертие, которая ведется человеком со временем и собственными чувствами.Ты свободен, я свободна,Завтра лучше, чем вчера, –436Над Невою темноводной,Под улыбкою холоднойИмператора Петра [Ахматова А.
1998; с. 162].Мотив чудесного перерождения звучит также в стихотворении «Впоследний раз мы встретились тогда…» (1914), написанном в начале нового года.В нем открыто присутствует тема творчества. Противоборство мужчины иженщины наделяется конкретным смыслом. В произведении определение«высокий» Ахматова использует дважды, относя его к описанию уровня воды вНеве и изображению знаковых зданий в Петербурге – Зимнего дворца иПетропавловской крепости. Как и в предыдущих стихотворениях, рекаассоциируется с высоким поэтическимпорывом женщины, ощущающейбожественную природу своего дара, тогда как «царский дом» и «крепость»являются атрибутами мужской власти и высокомерия героя, который святоубежден, «что быть поэтом женщине – нелепость» [Ахматова А.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
