Диссертация (1098064), страница 45
Текст из файла (страница 45)
1990; с. 86].Осознавая время, человек пытается спастись от природного непостоянства вдуховном контакте с теми, кто способен помнить минувшее. В трилистнике изтрех символических образов света («сиреневая мгла», вечер, свеча) последнийявляется рукотворным. По мнению исследователя И.П. Смирнова, Анненский«устанавливает изоморфизм между данными предметного мира и психической213реальностью.Встихотворении«Свечкувнесли»мистическоеинобытиедействительности приурочено к преходящему, минимальному промежуткунастоящего, инобытие присутствует в самой обыденности, не отделено от нее, это– не более чем особое состояние эмпирической среды, которое характеризуетсявзаимослияниемсоставляющихеезвеньев,возможностьювизуальногопроникновения в глубь другого «я» <…>» [Смирнов И.П.
1977; с. 77]. Горящаясвеча, ставшая символом скоротечности человеческой жизни и памяти о ней, уАнненского является знаком человеческого единения в переживании опасностижизни и страха смерти. Слово «мерещится», как задающее энергетику всемустихотворению, выбрано не случайно – его звуковой состав сохраняет память о«пещерной жизни» наших предков. Таким образом Анненский вводит аллюзию наэпизод с пещерой и игрой теней на ее стенах из «Государства» Платона [Платон1994; с.
295–296], однако автор подчеркивает, что духовное единение людей – это«идейная» сторона их земной жизни.Не мерещится ль вам иногда,Когда сумерки ходят по дому,Тут же возле иная среда,Где живем мы совсем по-другому?<…> Но едва запылает свеча,Чуткий мир уступает без боя,Лишь из глаз по наклонам лучаТени в пламя сбегут голубое [Анненский И.Ф. 1990; с. 86].Возникает также перекличка с последним прижизненным сборником стиховЕ. Баратынского «Сумерки» (1842).
Лирическое выражение получили в немпредставления автора о судьбе человека и человечества, об истории исовременности, о соотношении мысли и искусства. Горькая ирония и безотраднаягрусть Баратынского были связаны с некоторыми предвидениями поэта. Б.О.Корман, к примеру, пишет: «В будущем Баратынский провидит мощное развитиеинтеллекта и – как неизбежное следствие – физическое вырождение и гибельчеловечества («Приметы», «Последний поэт», «Последняя смерть»)» [КорманБ.О. 2006; с.
61]. Об органической цельности поэзии Баратынского второй214половины 1830-х годов также размышляет И.Л. Альми, по словам которой,«средоточие поздней поэзии Баратынского – не личность в ее биографическоймногогранности,аскорееперсонифицированныйинтеллект,предельнонапряженный, в поисках своих страстный до отчаяния, но не «заземленный» всейполнотой обычных человеческих эмоций» [АльмиИ.Л.2002; с.178].Оригинальные художественные задачи ставил перед собой и Анненский-лирик.В зафиксированном автором плане «Кипарисового ларца», составленном вдекабре – мае 1909 года, «Трилистник соблазна» занимал 30 позицию из 33.Впоследствии он стал 2 из 25, опубликованных В.
Кривичем в 1910 году. Можнопредположить, что в миницикл Анненский вкладывал смысл, способный либоподытожить сказанное, либо задать основную смысловую линию разделу в книгестихов. Думается, в данном трилистнике, как и в предыдущем, автор пишет олирических субъектах, сознание которых еще не обладает выработаннымиструктурамивосприятиядействительности,однакооноужесмоглососредоточиться, зациклиться на ситуации любовного влечения. Миру природы(маки);частяммузыкальногоинструмента(скрипка),«сцепленным»счеловеческим существованием; мужчине и женщине, наблюдающим мартовскоебуйство земли, – всем им присуще такое восприятие происходящего, в которомсмутны перспективы и ретроспективы, прошлое и будущее как бы вдавлены внастоящее, точнее, еще не вычленены из него.
В отличие от человека (которыйтолько начал ощущать свою самость), окружающая его природа не сознаетвремени, поэтому покорна уничтожению или умиранию как акту, предваряющемубудущее возрождение.Религиозноепереживаниеразвиваетсяотневозможностичеловекасмириться с мыслью о неизбежности смерти («Маки»), искусство порождаетсямучительностью соприкосновения сдействительностью влюбленных душ(«Смычок и струны»), этическое чувство возникает, когда влечение мужчины иженщиныподавляетсябезудержнымвесенниминстинктомпорывомсамосохраненияприроды(«Ввмарте»).столкновенииВосвсех трехстихотворениях речь идет о любви, которая влияет на дальнейшее развитие215внутреннегомира«я».Неразвитостьсознаниясубъекта,инстинктивнопроизводящего на свет то, что впоследствии разовьется в религию, искусство иэтику отношений, подчеркивается введением в каждое стихотворение надличного,бытийного источника энергии («Веселый день горит…», «Осенены с небессияющим потиром»; «Что кто-то взял и кто-то слил их», «Лишь солнце их нашлобез сил…»; императивная форма повествования: «Позабудь соловья на душистыхцветах, / Только утро любви не забудь!» [Анненский И.Ф.
1990; с. 86–88].Обращаясь к образной структуре «Трилистника соблазна», Е.А. Некрасоваотмечает, что «в приеме олицетворения у Анненского природа не отражаетзеркально мироощущения человека, как в произведениях Пастернака и отчастиФета, а выступает вместо человека, даже в противопоставлении человеку <…>»[Некрасова Е.А.
1991; с. 68]. Соблазн – телесный инстинкт спаривания – ипрепятствия на его пути порождают стремление сознания к идеализации. Этоприродная сила, на которую невозможно не реагировать. СовременницаАнненского, психолог и писательница Лу Саломе писала в своей знаменитойтеоретической работе «Эротика» (1910): «<…> ибо на Земле нет более тесно иглубоко переплетенных вещей, чем три фундаментальных человеческих порыва:творчество, религиозное поклонение и радость Эроса. Если на ощупь пробиратьсяк самым темным глубинам происхождения человека, то, как на последниеузнаваемые места, натыкаешься на религиозные проявления. Первое, с чемпробудившеесясознание,неожиданнопротивопоставленноемиру,хочетсоединиться, всегда так или иначе является Богом. Именно благодаря этомувоссоединению происходит становление того единства, от которого потомотпочковываются различные побеги первобытной культуры» [Саломе Лу 2012; с.65].В первом стихотворении «Маки» поэт разворачивает перед нами мотивтомления, изображает попытку слияния земного начала с Высшей природнойсилой и подъем жизни до таких высот, на которых появляется представление обожественном.
Огонь недостаточно пробужденного самоопределения сознания,первобытнаянерасчлененностьпротивоположныхсилпередаетсячерез216оксюморон («жадное бессилье»). Важную роль играет оппозиция молодойжизненной силы и старости, сопровождающейся бессилием и увяданием.Веселый день горит… Среди сомлевших травВсе маки пятнами – как жадное бессилье,Как губы, полные соблазна и отрав,Как алых бабочек развернутые крылья.Веселый день горит… Но сад и пуст и глух.Давно покончил он с соблазнами и пиром, –И маки сохлые, как головы старух,Осенены с небес сияющим потиром [Анненский И.Ф. 1990; с. 86–87].Притягательность воображения, жажда обрести в нем спасение целостностирождает искусство, призванное гармонизировать жизнь, чтобы «людям музыкойказалось» то, что мучительно для них в действительности.
Разыгрывая драмумузыкальных инструментов, автор приоткрывает покровы той иллюзии, которуюспособно создать искусство («Смычок и струны»).<…> Смычок все понял, он затих,А в скрипке эхо все держалось…И было мукою для них,Что людям музыкой казалось.Но человек не погасилДо утра свеч… И струны пели…Лишь солнце их нашло без силНа черном бархате постели [Анненский И.Ф. 1990; с.
87].О европейских истоках трагического сюжета стихотворения писалголландский исследователь К. Верхейл («Трагизм в лирике Анненского», 1994)[Верхейл К. 1996; с. 35–36]. В произведении, однако, имеет значение перекличкане только с европейской поэзией, но и с финалом «Сорочинской ярмарки» Гоголя,где обнаруживается настроение автора, понимающего, что никакая игра, в томчисле и заразительная, преображающая игра искусства, не сможет прикрытьдикую наготу и страх жизни (в начале – сочные картины природы, в конце –«пустыня»). «Смычок умирал, слабея и теряя неясные звуки в пустоте воздуха.Еще слышалось где-то топанье, что-то похожее на ропот отдаленного моря, и217скоро все стало пусто и глухо», – пишет Гоголь [Гоголь Н.В. 1940; с.
136].Умирает не просто музыкальный инструмент, но растворяется «символическаяоболочка вещественности» искусства, внушающая нам опасное состояние«полноты иллюзии жизни» [Анненский И.Ф. 1979; с. 217].Психическое рождается из физического, и в последнем стихотворенииперед нами разворачивается этот древний спектакль. О реальной жизненнойистории, на основе которой родилось стихотворение «В марте», в письме от 20февраля 1917 г. рассказывала В.В. Розанову О.П. Хмара-Барщевская: «Выспрашиваете, любила ли я Ин<нокентия> Фед<оровича>? Господи! Конечно,любила, люблю… <…> Была ли я его «женой»? Увы, нет! Видите, я искренноговорю «увы», п<отому> ч<то> не горжусь этим ни мгновения; той связи, которойпокровительствует «Змея-Ангел», между нами не было.
И не потому, чтобы ягреха боялась <…> Поймите, родной, он этого не хотел, хотя, может быть,настояще любил только одну меня… Но он не мог переступить… его убиваламысль: «Что же я? Прежде отнял мать (у пасынка), а потом возьму жену? Кудаже я от своей совести спрячусь?» – И вот получилась «не связь, а лучезарноеслиянье». // <…> Он связи плотской не допустил… Но мы «повенчали нашидуши», и это знали только мы двое… а теперь знаете Вы… <…> И знаете, этосамая сильная форма брака… Вы спросите, «как это повенчали души»? Оченьпросто: ранней весной, в ясное утро мы с ним сидели в саду дачи Эбермана: ивдруг созналось безумие желания слиться… желание до острой боли, дострадания… до холодных слез… Я помню и сейчас, как хрустнули пальцыбезнадежно стиснутых рук и как стон вырвался из груди… и он сказал: «хочешьбыть моей? Вот сейчас… сию минуту?..
Видишь эту маленькую ветку на березе?Нет, не эту… а ту… вон высоко на фоне облачка? Видишь?.. Смотри не неепристально… и я буду смотреть со всей страстью желания… Молчи… Сейчас получам наших глаз сольются наши души в той точке, Леленька, сольютсянавсегда…» О, какое чувство блаженства, экстаза… безумия, если хотите… Весьмир утонул в мгновении!! Есть объятья… без поцелуя… Разве не чудо? Нет, нечудо, а естественно (ведь объятия и поцелуи для тела!). <…> А потом он218написал: Только раз оторвать от разбухшей земли / Не могли мы завистливых глаз<…> Ну вот и все.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
