37174 (Государственный строй Новгородской и Псковской феодальных республик), страница 3

Описание файла

Документ из архива "Государственный строй Новгородской и Псковской феодальных республик", который расположен в категории "контрольные работы". Всё это находится в предмете "государство и право" из раздела "Студенческие работы", которые можно найти в файловом архиве Студент. Не смотря на прямую связь этого архива с Студент, его также можно найти и в других разделах. Архив можно найти в разделе "контрольные работы и аттестации", в предмете "государство и право" в общих файлах.

Онлайн просмотр документа "37174"

Текст 3 страницы из документа "37174"

Князь с 1136 г., установления Новгородской республики, перестал быть носителем верховной власти. Князь являлся в Новгороде высшей судебной и военной властью, руководил и управлял судом, скреплял сделки и утверждал в правах. Князь приглашался новгородским вечем, при этом он обязан был подписать договор с Новгородом — ряд. По этим договорам определялась роль князя в управлении Новгородской республикой. Первые следы таких договоров появляются в первой половине XII в. Позднее они более ясно обозначаются в летописях. Князь уже в начале XIII в. перед приездом в Новгород целовал крест — то есть подписывал с новгородцами ряд, в котором определялись их отношения. Льготы новгородцев, которые были обязаны соблюдаться князьями, излагались в рядах. Древнейшие из дошедших до нашего времени рядов — два договора князя Ярослава Ярославича Тверского с новгородцами — 1265 г. и 1270 г. Позднейшие грамоты с некоторыми изменениями повторяют эти две грамоты. Главным условием новгородцев было, чтобы князь «держал Новгород в старине по пошлине», то есть по новгородским обычаям, не нарушая их. Отсюда следует, что все изложенные в рядах Ярослава Ярославича Тверского с новгородцами пункты формировались еще задолго до него, на протяжении XI-XII вв. Ряды с князьями определяли три важнейших блока отношений Новгорода и князей: судебно-административный, финансовый и торговый.

Князь не имел права судить без посадника. На низшие должности в управлении Новгородской республикой князь имел право назначать людей из новгородского населения, но не имел права назначить людей из своей дружины или своих бояр. При этом на все эти должности князь мог назначить людей только с согласия посадника. Также князь не мог без согласия посадника раздавать волости в кормление. Князь не мог отнять должность у новгородского чиновника, предварительно не объявив его вины на вече. Все свои обязанности князь мог исполнять только в самом Новгороде.

Финансовые отношения Новгородской республики и князя были еще более невыгодны для князя. Князь не имел права собирать дани с новгородских владений, он мог только получить «дар» с новгородских волостей, таких как Волок, Торжок, Вологда и Заволочье, то есть не принадлежавших к новгородским пятинам. Также он получал «дар», когда ехал в Новгород, но не получал его при своем уезде из Новгорода. Боясь отпадения Заволочья новгородцы не допускали прямых отношений князя с этой волостью, требуя, чтобы князь свои заволоцкие сборы отдавал на откуп новгородцам. Если же князь сам хотел собирать их, то он должен был посылать новгородского чиновника для сбора податей, а тот должен был прежде, чем отвозить дань князю, отвезти ее в Новгород, откуда только князь и мог получить дань с Заволочья. После монголо-татарского нашествия на Новгород была наложена дань — выход, иногда называемый черным сбором, то есть повальным, поголовным налогом. Сбор этого черного бора обычно поручался великому князю Владимирскому, который чаще всего также являлся и князем Новгородским. Новгородцы сами собирали черный бор и доставляли его великому князю, а тот уже переправлял его в Орду. Кроме этого, князь пользовался в Новгородской республике различными судебными и проезжими пошлинами, разными рыбными ловлями, сенокосами, бортями, звериными гонами. Но пользование этим происходило по строго определенным правилам, в строго определенное время и в строго обусловленных размерах. Князь не мог иметь своих источников дохода в Новгородской республике, независимых от Новгорода. Особым условием в рядах новгородцев с князьями запрещалось князю, княгине, их боярам и дворянам приобретать или заводить села и слободы в Новгородской земле и принимать людей в заклад, то есть в личную зависимость.

Князь был необходим Новгороду не только для обороны границ, но и для обеспечения торговых интересов Новгородской республики. Князь обязывался давать новгородским купцам в своем княжестве безопасный и свободный проезд, пускать их в свои владения «гостить без рубежа», то есть без задержки. Было точно определено, какие пошлины взимать с каждой новгородской ладьи или воза, которые приезжали в его княжество. В Новгороде еще в XII в. появились купцы из Западной Европы. Первыми здесь обосновались купцы с острова Готланд из города Висби, который был центром всей балтийской торговли. Готландские купцы построили в Новгороде на Торговой стороне у торга двор с церковью святого Олафа, которую называли «варяжской божницей». Позже купцы из других немецких городов построили в той же части Новгорода еще один двор, на котором в 1184 г. была построена церковь святого Петра — «немецкая ропата». С усилением Ганзы в XIV в. немецкие купцы в Новгороде вытеснили готландских купцов и стали нанимать их новгородский двор. В это время высшее руководство новгородско-западноевропейской торговлей перешло от Готланда к главе Ганзейского союза Любеку. Новгородская республика очень дорожила своей балтийской торговлей и давала огромные льготы Ганзейскому союзу. Князь имел право участвовать во внешней торговле только через новгородских посредников, не имел права закрывать немецкий двор, ставить к нему своих приставов, то есть новгородская внешняя торговля была надежно защищена от княжеского произвола.

В договорах Новгородской республики с князьями обойдена молчанием одна важная сторона взаимоотношений князя и Новгорода — оборона Новгородской республики от иноземных захватчиков. Лишь в позднейших грамотах упоминается, что в случае нападения на Новгород князь обязан помочь Новгороду «без хитрости». Права и обязанности князя в грамотах излагаются неясно, они только предполагаются, очерчивается их круг и следствия, то есть вознаграждения за исполнение обязанностей.

Посадник — это высшее выборное должностное лицо, являвшееся исполнительным органом веча, которому передавалось управление делами республики. Официально он избирался вечем из числа всех полноправных граждан Новгорода, но фактически посадник избирался из немногих знатнейших родов Новгородской республики. Посадник избирался из знатных боярских фамилий. Пока он занимал свою должность, он назывался степенным (т. е. сидевшим на «степени», трибуне во время веча), когда избирали нового посадника, прежнего именовали старым. Посадник обычно служил «пока люб», смена посадников вызывалась, как правило, распрями между боярскими родами. Будучи, по сути дела, главой республики, посадник председательствовал на вече, вел международные переговоры, а также участвовал в суде, контролировал князя, в военное время возглавлял полки.

Область деятельности посадников была очень обширной. Они направляли деятельность всех лиц Новгородской республики, осуществляли контроль за их работой, совместно с князем ведали вопросами управления и суда, командовали войсками во время походов, наблюдали за строительством оборонительных сооружений, вели дипломатические сношения с другими русскими княжествами и иностранными государствами, руководили заседаниями Господы и вечевыми собраниями. Посадник, как представитель города, охранял интересы Новгорода и всей Новгородской республики перед князем. Без него князь не мог судить новгородцев и раздавать новгородские волости. В отсутствие князя посадник управлял всем городом. Посадник не получал определенного жалованья, но пользовался особым налогом с волостей, называвшимся «поралье».

Тысяцкий являлся вторым после посадника по значению в Новгородской республики лицом. Тысяцкий занимался регулированием торговых отношений, торговым судом, созывом ополчения, обороной города и республики, имел полицейские функции. Он также, как и посадник получал свои полномочия на неопределенный срок, имел в подчинении целый штат мелких агентов, исполнявших различные судебные и административно-полицейские распоряжения, объявляли решения веча и призывали к суду, извещали суд о преступлении, производили обыски и т.д. Кроме этого, тысяцкий занимался военным судом — судом над собранными ополченцами. По мнению С.Ф. Платонова тысяцкий избирался в противовес посаднику из низших классов новгородского общества, но это мало вероятно. К тому же против этого мнения говорит то, что во второй половине XV в. тысяцким был Дмитрий Борецкий, сын посадника Исаака Борецкого и Марфы Борецкой, происходивший из очень знатной и влиятельной семьи.

Также одной из важнейших выборных должностей в Новгородской республики был архиепископ, называемый новгородцами владыкой. После отсоединения от Киевской Руси в 1136 г. епископ Новгородский стал избираться вечем. Вече выбирало три кандидатуры на этот пост и бумажки с этими кандидатурами клали на престол Софийского Собора, а потом слепой или мальчик выбирал одну из бумажек. Человек, имя которого было написано в этой бумажке, становился епископом Новгородским, а с 1156 г. — архиепископом Новгородским. Из этого правила было одно исключения: архиепископ Новгородский Аркадий сам назначил себе приемника. Архиепископ Новгородский председательствовал на заседаниях Господы, осуществлял право церковного суда, наблюдал за торговыми мерами и весами, был хранителем государственной казны. К его голосу постоянно прислушивались высшие чины новгородской администрации. Архиепископ являлся крупнейшим феодалом Новгородской республики, владел обширными землями, образовавшимися, в основном, из конфискованных владений князя.

Система органов, осуществляющих правосудие в Новгороде и Пскове, имела свои особенности. Для нее характерно широкое участие в правосудии веча, правда, со временем все более убывающее. Как свидетельствуют летописи, вече осуществляло суд по наиболее опасным для государства преступлениям. Известны случаи, когда на вече производилось и дознание. Ни в Новгороде, ни в Пскове князья не имели права судить единолично, что специально записывалось в договорах с ними. Но они судили вместе с посадниками, а также представителями бояр и житьих людей. На местах тоже дела рассматривались коллегиально княжескими людьми и представителями пригородов. Судебными полномочиями обладали все органы власти и управления: вече, архиепископ, князь, посадник, тысяцкий. При вступлении в должность выборные приносили присягу («крестное целование»). Изображение новгородского суда можно найти в сохранившейся части Новгородской Судной Грамоты. Источником Судной Грамоты являлась «старина», то есть юридические обычаи новгородского суда и его практика, договоры с князьями и постановления веча. Суд не сосредотачивался в отдельном ведомстве, а был распределен между разными правительственными властями. Суд был очень доходным, что и служило причиной его раздробления между различными органами управления. Возникновение новых правительственных институтов вносило осложнения в существовавшую судебную систему. По договорным грамотам князей с Новгородской республикой князь не может судить без посадника. Так и по Новгородской Судной Грамоте посадник судит вместе с наместником князя, а «без наместника суда не кончает». На практике эта совместная юрисдикция посадника и наместника разрешалась тем, что уполномоченные того и другого, тиуны, каждый отдельно разбирали подлежавшие их рассмотрению дела в своих «одринах» при содействии избранных тяжущимися сторонами приставов, но не решали дел окончательно, а переносили их в высшую инстанцию или на доклад, то есть для составления окончательного решения, или на пересуд, то есть на проверку, для пересмотра дела и утверждения положенного тиуном решения. В суде этой докладной и ревизионной инстанций с посадником и наместником или с их тиунами сидели 10 присяжных заседателей, по боярину и житьиму от каждого конца. Они составляли постоянную коллегию докладчиков, как они назывались, и собирались на дворе новгородского архиепископа «во владычне комнате» три раза в неделю под страхом денежного штрафа за неявку. Судопроизводство усложнялось еще комбинациями разных юрисдикций в смешанных делах, где встречались стороны различных подсудностей. В тяжбе церковного человека с мирянином городской судья судил вместе с владычным наместником или его тиуном. Княжеского человека с новгородцем судила особая комиссия, состоявшая из двух бояр, княжеского и новгородского, и, если они не могли согласиться в решении, дело докладывалось самому князю, когда он приезжал в Новгород, в присутствии посадника. Тысяцкий судил преимущественно дела полицейского характера. Но он же был первым из трех старшин в совете, который стоял во главе возникшего в XII в. при церкви св. Иоанна Предтечи на Опочках купеческого общества («Иванское сто») и ведал торговый суд. Этот же совет с участием посадника разбирал дела между новгородцами и купцами немецкого двора в Новгороде.

Псковская судебная система несколько отличалась от новгородской. В Пскове суд разделялся на две части: церковный и мирской. Церковный суд находился в ведении наместника новгородского архиепископа. Мирские дела решались специальной судебной коллегией, состоявшей из князя или его наместника, двух степенных посадников, старых посадников и сотских. Эта коллегия заседала в судебне «у князя на сенех». Псковская судебная система описана в Псковской Судной Грамоте, составленной в 1467 г. Псковская Судная Грамота составлена в основном из «псковских пошлин» — юридических обычаев. Псковская Судная Грамота трудна для объяснения: в списке немало древнерусских терминов, не встречающихся в других правовых актах того времени, многие предусматриваемые законом случаи рассматриваются очень кратко, намеками.

Традиционно споры между духовенством, церковными людьми, а также дела, подлежащие церковной юрисдикции, решались церковным судом. До 1385 г. такой суд вершил московский митрополит у себя или во время своих поездок в Новгород. С 1385 г. право суда было передано новгородскому архиепископу, который судил с участием представителей бояр и житьих людей. Дела, в которых одна сторона подлежала церковной юрисдикции, а другая — светской, рассматривались смешанным судом, состоящим из представителей духовенства и городских властей. Псковская Судная Грамота знает и суд братчины. Исследователи видят в нем пережиток древнего общинного института. Ю. Г. Алексеев установил, что братчина — это соседская территориальная община сельчан или уличан, совпадающая с церковным приходом. Суду братчины подлежали мелкие ссоры, кражи на пиру.

История Новгородской республики не знала круговорота политических форм. Жизнестойкость ее поразительна. При исключительно бурной истории, очень частой смене властей государственный строй оставался в основных чертах неизменным, хотя классовые противоречия нарастали и это побуждало боярство консолидировать свою власть (возникновение боярского совета). Причина подобной стабильности заключается, вероятно, в длительном естественном ходе становления республики, выросшей из переходных форм от родового строя к государственности. Республика возникала на более низком уровне классовых противоречий и классовой борьбы, чем большинство самоуправляющихся европейских городов. Это привело к редкому сочетанию элементов монархии, аристократии и демократии, которое позволяло укреплять фактическую власть бояр, не упраздняя демократических форм и используя их в борьбе с князьями. Секрет прочной власти боярства в том, что оно сумело монополизировать все стороны экономической, социальной и политической жизни, врасти в жизнь города и лишить другие слои населения политической самостоятельности. Боярские междоусобицы создавали видимость борьбы, которая, наряду с могуществом бояр и сохранением пережитков патриархальных отношений, мешала другим слоям населения осознать свои собственные интересы. Конечно, есть все основания говорить о противоречиях между аристократией, богатыми торговыми слоями и социальными низами в Новгороде, но в четкие формы они не вылились. Больше того, они тормозились и затушевывались повседневным совпадением бытовых интересов, поддерживаемых давними традициями клановости, родства и соседства.

Заключение

История Новгородской и Псковской феодальных республик, как и вся Русская история, очень поучительна. История Новгорода и Пскова говорит нам, что у России есть опыт построения демократического государства, насчитывающий, по крайней мере, три с половиной столетия. Разумеется, никто в Средние века не рассуждал о правах человека и свободе слова, но основной принцип, запечатленный в самом названии демократии (народовластие), был определяющим в новгородском государственном устройстве; новгородцы назывались вольными гражданами Новгорода.