36753 (Тюрьма и каторга: организация и управление системой исполнения наказаний в России в XIX веке), страница 3

Описание файла

Документ из архива "Тюрьма и каторга: организация и управление системой исполнения наказаний в России в XIX веке", который расположен в категории "контрольные работы". Всё это находится в предмете "государство и право" из раздела "Студенческие работы", которые можно найти в файловом архиве Студент. Не смотря на прямую связь этого архива с Студент, его также можно найти и в других разделах. Архив можно найти в разделе "контрольные работы и аттестации", в предмете "государство и право" в общих файлах.

Онлайн просмотр документа "36753"

Текст 3 страницы из документа "36753"

В 1881 г. учредили коллегиальный орган – Совет по тюремным делам из высших должностных лиц от разных ведомств; он рассматривал проекты смет доходов и расходов пенитенциарных заведений, тюремного устройства, этапирований, исправления заключенных, организации управления и отчетности мест заключения и т.д.

К 1882 г. в России сложилась система мест заключения из 767 учреждений в подчинении гражданского ведомства: тюремные замки в губернских и уездных городах, в отдельных местах уголовные тюрьмы – 597; временные дополнительные помещения при этих тюрьмах – 6; смирительные дома – 5; С.-Петербургская и Московская исправительные тюрьмы – 2; дома предварительного заключения в С.-Петербурге и Варшавская следственная тюрьма – 2; пересыльные тюрьмы – 11; исправительные арестантские отделения, роты и полуроты – 32; временные центральные каторжные тюрьмы – 11; подследственные аресты в Привисленских губерниях – 75; Полицейские дома в С.-Петербурге (10) и Москве (16) – 26.

При Александре III для эффективного управления УИС в ГТУ учредили Тюремную инспекцию, не имевшую зарубежных аналогов, осуществлявшую ревизии тюремных учреждений, разработку законодательных проектов. Законом от 31 марта 1890 г. для местного заведования тюремной частью в ряде регионов стали учреждать губернские тюремные инспекции во главе с губернскими тюремными инспекторами.

Губернских тюремных инспекторов и их помощников вне согласия губернатора назначало ГТУ из своих чиновников, иногда из судебного ведомства и прокурорского надзора. Губернские тюремные инспектора имели права вице-губернатора, контролировали деятельность местных карательных учреждений; возбуждали ходатайства в ГТУ об удовлетворении нужд местных тюрем; анализировали тюремную практику и отчитывались в ГТУ.17 В 1890 – 1896 гг. инспекции были уже в 24 губерниях. Но МВД привлекало и других чиновников к работе с арестантами. Так, циркуляр МВД от 30 марта1892 г. требовал от губернаторов «...сделать распоряжение и строжайше вменять в обязанность должностным лицам, при обращении приговоров к исполнению, арестантам каторжного разряда брить правую половину головы, а осужденным, ссылаемым на поселение, и бродягам – левую сторону головы». В1893 г. начали выпуск печатного органа ГТУ – «Тюремный вестник». В1893 г. в Санкт-Петербурге открыли тюрьму «Кресты» по проекту архитектора ГТУ профессора Томашко. Похожими на нее в уменьшенном варианте (в столице – два «креста», на местах – один) должны были стать местные. Значимым этапом реформы уголовно-исполнительной политики России Николая II явилась передача системы мест заключения из МВД в систему министерства юстиции в 1895 г.

Таким образом, во 2-й половине XIX в. кардинально изменили организационно и содержательно деятельность учреждений, курирующих исполнение уголовных наказаний в виде лишений свободы. Началась демократизация УИС. В обществе начались споры о направлениях развития пенитологии. Если в дореформенный период основная цель состояла в обеспечении «возмездия» за совершенное зло и ограждении населения от новых преступлений, то тюремную реформу 1870-1880-х гг. направили на исправительные элементы, хотя на практике картина зачастую напоминали дореформенное время.

2. Контрольные вопросы и задания



2.1 Что характеризовало каторгу как организационно-правовую форму пенитенциарной системы Российской империи?

Пенитенциарная (уголовно-исполнительная) система (от лат. poenitentia – раскаяние) – государственный институт, ведающий исполнением уголовных наказаний, наложенных на граждан в соответствии с законом. Обеспечивает исполнение наказаний как связанных, так и не связанных с лишением свободы, а также содержание подследственных с момента заключения под стражу до суда (до изменения меры процессуального принуждения в виде заключения под стражу).

Заключенные делились на 4 класса – «испытуемые», «исправляющиеся», «образцовые», «штрафники».

В 1877 г. при Госсовете организовали комиссию по тюремной реформе, из-за крайне негативной оценки тюремного дела в России: «...полною дезорганизациею и, безусловно, неудовлетворительностью современного тюремного дела в Империи и совершенным отсутствием на местах органов, способных прийти в этом отношении на помощь центральному установлению». Член Госсовета по Департаменту законов тайный советник К.К. Грот возглавил комиссию, проведшую колоссальную работу, в том числе по обобщению опыта зарубежной пенитенциарной практики.

Среди предложений Комиссии особого внимания заслуживали ее обоснования необходимости широкого использования в карательной практике наказаний, связанных с лишением свободы:

1. Ссылка на каторгу (лишение всех прав состояния; тяжелые принудительные работы; по отбытии наказания обязательное поселение в Сибири; срок каторжных работ от 4 до 15 лет).

2. Заключение в исправительном доме сроком от 1,5 до 5 лет (содержание в одиночных камерах сроком от 2-х недель до 8 месяцев, работа в общих мастерских с полным разобщением в свободное от работы время, особенно в ночное).

3. Тюремное заключение, преобладавшее в системе уголовного наказания: (срок от 1 дня до 8 месяцев, исключалось общение заключенных; обязательность одиночного содержания и обеспечение заключенных трудом в одиночных камерах);

4. Заключение в крепости (по воинским законам приравнивалось к заключению в исправительном доме или тюрьме. Для опасных государственных преступников, осужденных за: сочинения или изображения, «порочащие» государя; призывы к бунту и неповиновению власти; принадлежность к тайным обществам; оскорбление начальника подчиненным по службе и др.).

2.2 Какой центральный государственный орган осуществлял управление Шлиссельбургской крепостью, которая использовалась как тюрьма в XIX веке?

Крепость Орешек (в русских летописях город Орехов; швед. Nцteborg – Нотебург) – древняя русская крепость на Ореховом острове в истоке реки Невы, напротив города Шлиссельбург в Ленинградской области. Основана в 1323 году, с 1612 по 1702 год принадлежала шведам.

Ранее крепость была соединена со Шлиссельбургом паромной переправой, сейчас на маршрутах крепость – Шлиссельбург и крепость – Посёлок имени Морозова туристов перевозят частники на катерах, ходят часто и регулярно.

Центральном органом Российской империи по развитию пенитенциарной системы являлось Главное тюремное управление, созданное в 1879 г. и просуществовавшего до 1917 г.



2.3 Что такое «монастырские тюрьмы», и для кого они были предназначены?

Монастырские тюрьмы – тюремные учреждения XVIII-XIX вв.; содержались «преступники против веры», лица опасные для государственного строя.

Соловецкий монастырь основан в 1436 году монахами Зосимой и Германом. Первое монашеское поселение на островах появилось несколько раньше – в 1429 году. Основатели – Герман и Савватий. До марта 1682 года, когда была учреждена Архангельская епархия (Холмогорская), монастырь находился в пределах Новгородской епархии. С XVI и до начала XX века монастырь также служил политической и церковной тюрьмой. Камеры в монастырских башнях и стенах этого монастыря имели форму усечённого конуса длиной около трёх метров, шириной и высотой по два метра, в узком конце – один метр. В верхних этажах Головленковской башни Соловецкого монастыря камеры были ещё теснее: 1,4 метра в длину, 1 метр в ширину и высоту. Маленькое оконце служило не для освещения, а только для подачи пищи. В камере нельзя было лежать, узник спал в полусогнутом состоянии. В приговорах писалось: «Посадить его (то есть заключённого) в Головленковскую тюрьму вечно и пребывати ему в некоей келии молчательной во все дни живота и никого к нему не допускать, ниже его не выпускать никуда же, но точно затворену и зоточену быть, в молчании каяться о прелести живота своего и питаему быть хлебом слезным».

В башне Соловецкого монастыря, носившей название Корожня, тюремные кельи были устроены на каждом этаже. Это были маленькие и тёмные каморки с небольшими отверстиями вместо двери, через которые узник с трудом мог пролезть внутрь. Тюрьма Соловецкого монастыря постоянно расширялась. В 1798 г. под тюрьму было приспособлено выстроенное ранее здание, а в 1842 г. для узников построили специальное трёхэтажное здание и особые казармы для тюремной охраны. В новой тюрьме в полуподземном нижнем этаже были небольшие чуланы без лавок и окон, куда помещали особо важных преступников.

Среди монастырских тюрем первое место в XIX в. занимала тюрьма при суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре, основанном около 1350 г. Эта тюрьма существовала с 1766 г. и с ростом антицерковного движения все время расширялась. В 1824 г. под тюрьму было переделано старое помещение духовной семинарии, находившееся за крепкими монастырскими стенами. В 1889 г. к тюрьме был присоединен каменный флигель на 22 одиночные камеры.

Тюремные помещения были и в других монастырях – Антониево-Сийском на Северной Двине, Новгород-Северском, Кирилло-Белозерском и др. Кирилло-Белозерский монастырь, основанный в 1397 г., известен как место ссылки и заключения опальных бояр и церковников. Здесь побывали в XVI-XVII вв. князья Воротынские, Шереметьевы, Черкасские, советник Ивана IV Сильвестр, князь Шуйский, митрополит Иосиф, патриарх Никон. В монастыре была еще особая тюрьма около Косой башни, в которую помещали за «слова и дела против царя», за «сумасбродство», за раскол и сектантство. В 1720 г. в эту тюрьму за «непристойные слова» попал Иван Губский – его велели содержать в кандалах и использовать на монастырской работе «до скончания века». Еще в 1856 г. в этой тюрьме сидел лодзинский учитель Миневич, осужденный в 1839 г. за «возмущение крестьян против правительства».

В петербургский Александро-Невский монастырь помещали особо важных раскольников, захваченных церковными следователями и доказчиками в разных местах. Следствие над ними вели синодальные инквизиторы. Отсюда узники часто попадали в Тайную канцелярию для «дознания истины», т.е. для пыток. Каменные мешки были и в московском Симонове монастыре. Женщин держали в тюрьмах таких монастырей, как суздальский Покровский, Долматовский, Кашинский, Иркутский, Рождественский и др. В Орловской губернии раскольников заточали в монастырь в селе Столбове Дмитровского уезда. Особое здание для «колодников» было выстроено в 1758 г. при московском Сретенском монастыре.

«Церковных мятежников» часто помещали в монастыри, где не было специальных тюремных зданий. Например, в 1760 г. в Берлюков монастырь был отправлен после наказания плетьми крепостной крестьянин Иван Варфаломеев «за богохульные и тяжко предерзостные хульные речи на евангелие». Он жил под караулом и выполнял самые тяжелые монастырские работы. Специальное помещение для узников имели и архиерейские дома. Например, в Коломенском епископском доме, как рассказывает Павел Алепский, была большая тюрьма с железными колодками для преступников. По условиям заключения эта тюрьма не уступала Соловецкой. Узников держали также в подвалах московских Успенского и Преображенского соборов. В Троице-Сергиевой лавре, кроме подвала, имелись еще особые кельи, без дверей, с одним лишь отверстием. В Москве подследственных содержали в тюрьме, устроенной в подвале консисторского архива, а также в особой палате Знаменского монастыря. В 1758 г. находившихся здесь колодников перевели в Сретенский монастырь, где для них было построено особое тюремное здание.

Отдаленность многих монастырей от населенных пунктов, высокие монастырские стены (например, в Суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре стены были высотой свыше 27 метров, а толщиной 2 метра) и надежная охрана делали невозможным побег из монастырских тюрем, и узники проводили в них часто всю жизнь «до скончания живота».

Заключение

Таким образом, в России первой половины XIX века проходил процесс систематизации законов, принятых после Соборного уложения 1649 года, составления новых сводных законов и правового оформления института каторжных работ.

В результате к середине XIX века было создано законодательство, в котором нашла отражение еще не завершенная, но новая модель гуманизации российской каторги. Каторга стала рассматриваться не только в качестве института наказания, но и исправления преступника. Нравственное исправление предполагалось через религиозное на него воздействие, исправление поведения - через наказание и такие гуманные методы, как моральное и материальное стимулирование. В качестве стимула выступали дополнительные выходные дни, изменение условий быта, труда и надзора, возможности для создания семьи, строительства при заводе дома и проживания в нем со своей семьей, сокращение срока каторжных работ, определенных приговором.

Еще одним элементом, подтверждающим новое гуманное направление в законодательстве о каторге середины XIX века, стало наличие в нем статей о правах каторжных: на подачу жалоб и прошений, облегчение урочной работы, освобождение от физических работ и снятие кандалов с больных и немощных. Законодательная регламентация прав каторжных устанавливалась для защиты каторжных от произвола тюремной администрации и служащих.

Новая концептуальная модель российского законодательства первой половины XIX века формировалась не обособленно, а под влиянием тюремных преобразований прошедших в странах Западной Европы и США. Результатом этого влияния стало создание в 1819 г. первой в России полуобщественной полугосударственной организации Общества попечительного о тюрьмах, которое и положило начало введению в отечественное законодательство новой задачи - исправления преступников.

Изменение задач каторги, закрепление в отечественном законодательстве достижений мировой пенитенциарной мысли (положения о правах заключенных, принципов исправления и перевоспитания арестантов, гуманизации режима их содержания, участия общественности в тюремной жизни), свидетельствует о набирающей силу в первой половине XIX века тенденции гуманизации российского общества.

Внедрение в законодательство о каторге новой задачи исправления преступников, не исключало карательную функцию каторги, пережитки ее средневековой организации. Это указывает на незавершенность нового направления. Элементы гуманизации института каторжных работ постепенно станут вводиться в российское тюремное законодательство и оформляться в виде новой концептуальной законодательной модели. К середине XIX века к трем задачам, которые выполнял российский институт каторжных работ (наказание, удовлетворение фискальных интересов государства и колонизация), добавилась новая задача – исправление преступника.