СтудИзба » Файлы » Литература » Книги » Проект S.T.A.L.K.E.R. (Сталкер) - Сборник 'Тени чернобыля' Часть 3
Материал для студентов по предмету ЛитератураПроект S.T.A.L.K.E.R. (Сталкер) - Сборник 'Тени чернобыля' Часть 3Проект S.T.A.L.K.E.R. (Сталкер) - Сборник 'Тени чернобыля' Часть 3 2013-09-14СтудИзба

Книга: Проект S.T.A.L.K.E.R. (Сталкер) - Сборник 'Тени чернобыля' Часть 3

Описание

Описание файла отсутствует

Характеристики

Предмет
Учебное заведение
Неизвестно
Просмотров
229
Скачиваний
17
Размер
12,7 Mb

Список файлов

Serdtse Zonyi

Возможно не удалось распознать кодировку файла

Андрей Левицкий

Сердце Зоны

Аннотация

Глобальная катастрофа в Зоне! Сверхмощный выброс меняет ландшафт, уничтожая известные районы и открывая новые территории. Кланы вынуждены бороться за свое существование. Теперь ВОЙНА ГРУППИРОВОК неизбежна.

Тем временем неизвестные нанимают двух сталкеров доставить некое секретное устройство в самое сердце Зоны - к ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АЭС. Но смогут ли они выполнить миссию? Ведь препятствуют им не только фанатики МОНОЛИТа, монстры и смертельные аномалии - сама Зона становится их врагом. Так что же за странное устройство везут сталкеры? Кто стоит за всем происходящим? Почему таинственных нанимателей называют ЧИСТОЕ НЕБО?

Автор этой книги проведет вас через мрачные закоулки Зоны и откроет главную тайну - тайну ее возникновения. Но не только: финал романа раскроет перед вами завязку игры «s.t.a.l.k.e.r. -2 » !

...

ЛАБОРАТОРИЯ РЕАЛЬНОСТИ

...

ДАЛЬШЕ ХОДА НЕТ

...

ЗА ЭТОЙ ДВЕРЬЮ НЕ ДЕЙСТВУЮТ ЗАКОНЫ

...

вы принимаете на себя полную ответственность за происходящее отныне ваша жизнь будет зависеть только от вашего ума и рефлексов

...

внимание! крайняя опасность!

...

УГРОЗА ПОЛНОГО РАЗВОПЛОЩЕНИЯ

...

личная психическая структура может быть уничтожена

...

упоминание о вас будет навсегда стерто из депозита Базового Пространства

Глава 1

Черный ящик

1

На юге Зоны его называли Болотником. Невысокого роста, с быстрыми вкрадчивыми движениями, тихий, незаметный… Он всегда, даже летом, ходил в длинном темном плаще с капюшоном, из-под которого тускло поблескивали его необычные водянисто-зеленые глаза. Плащ был особый – плотный, тяжелый, со множеством карманов, крючков, карабинчиков, ремешков и петель на подкладке. Под ним Болотник держал артефакты в особых круглых контейнерах (больше ни у кого таких не было, поговаривали, что это его собственное изобретение), оружие, связки редкостных трав, отрезанные хвосты псевдопсов, смеси порошков, составленных из молотых листьев и стеблей. От него всегда странно пахло, у непривычного человека могла закружиться голова.

Говорили, что он способен очень быстро передвигаться. Болотник никогда не пользовался машинами или мотоциклами, вообще недолюбливал технику, но умел пересекать большие расстояния за короткое время. А как – непонятно.

И еще два слуха ходили об этом сталкере, которого на самом деле звали Максом. Во-первых, что в плаще его прошиты особые металлические нити, гибкие, но очень крепкие, поэтому тот является одновременно бронежилетом, вернее – бронеплащом. Во-вторых, будто бы в действительности Болотнику куда больше лет, чем кажется (а выглядел он максимум на сорок), что он в Зоне чуть не с самого ее появления и что лет десять назад попал в некие загадочные подземные лаборатории, расположенные почти у самой ЧАЭС. Мол, Болотник еле оттуда выбрался и с тех пор обладает всякими нечеловеческими способностями.

В последнее, конечно, никто всерьез не верил. Ну разве что некоторые. Хотя трудновато объяснить, не ударяясь в мистику, как обычный человек сумел в одиночку перебить банду Бори-Вертолета и при помощи лишь тупого ржавого ножа разделался со старым матерым кровососом. А ведь именно эти два подвига и сделали Болотника известным.

Что бы там ни было, скупщик артефактов по прозвищу Курильщик относился как раз к тем, кто знал о делах Болотника больше других. И поэтому, когда Макс вошел в бар «Берлоги » , Курильщик очень естественно сделал вид, что не заметил сталкера. Скупщик в этот момент стоял, привалившись к стойке, жуя кончик незажженной сигары, и лениво наблюдал за тем, как две девушки, одетые в потрепанные джинсовые комбинезоны на голое тело, негромко ругаются возле дверей кухни.

В баре принадлежащего Курильщику заведения людей этим вечером было немного, всего три человека – парочка сталкеров да какой-то наемник-новичок. Еще четверо играли в покер в одной из задних комнат. Ну и к тому же та троица… Именно о ней Курильщик и вспомнил, когда увидел Болотника. Ни на кого не глядя, низкорослый сталкер прошел под свисающим с деревянной люстры человеческим скелетом, одной из достопримечательностей «Берлоги » , и сел за столик в дальнем темном углу, не сняв плаща. Даже капюшон не откинул. Положил локти на стол, сцепив пальцы, и уставился непонятно куда.

Сигара, толстая, как сарделька, дернулась во рту Курильщика, покачиваясь вверх-вниз, перекочевала из одного угла рта в другой.

– Краля, – негромко позвал он.

За стойкой стояли двое: бармен Окунь и официантка.

– А? – откликнулась высокая крашеная блондинка, также одетая в комбез. Это у девиц из «Берлоги » такая униформа: в других местах белые переднички и мини-юбки какие-нибудь, а тут открытые джинсовые комбинезоны с узкими лямками, позволяющими разглядеть бюст во всей его красе. Вытянувшись на цыпочках, Краля протирала пыль с верхней полки стеллажа, где Окунь держал бутылки с самым дорогим содержимым.

– Не «а » , а пойди обслужи клиента, – промямлил Курильщик, не глядя в сторону Болотника.

– А кто там? – она повернулась. – Ой! Это ж этот… Не хочу я его обслуживать. Пусть вон Валька сходит…

Голова скупщика повернулась, глаза уставились на девицу – и та испуганно смолкла. Курильщик с виду был добродушным мужчиной, с круглощеким красноватым лицом, гладким, как воздушный шарик, – но все работники его заведения, да и многие сталкеры знали, что под внешностью этой скрывается натура коварная, хитрая, жадная и жестокая. Какой-нибудь простак-добряк в Зоне долго не протянет, а уж тем более не сможет стать известным скупщиком и добиться того, чего добился этот человек. Ведь он не только хабар за границу Зоны по своим каналам переправлял, не только «Берлогу » держал, но и финансировал экспедиции за проценты от прибыли, а на такое далеко не каждый скупщик решится, да и финансов мало у кого хватит.

В общем, Краля вышла из-за стойки и, покачивая бедрами, направилась к столику, за которым уселся Болотник.

– Стой.

Она оглянулась.

– Узнай, будет ли он ночевать.

– Ладно, – сказала она.

– Стой!

Краля вновь остановилась с недовольным видом.

– Ну, чего еще?

– И приглядись, какое у него настроение.

Бармен с девицей удивленно глянули на Курильщика.

– Это ж Болотник! – сказала она. – Вы чего, шеф? Какое у него настроение? Как я разберу? Он же как рыба…

Хозяин «Берлоги » качнул головой. Неторопливо достал из кармана зажигалку – большую «зиппу » , на которой было изображение русалки с веером в руках, – и стал ею щелкать, раз за разом выпуская тусклый синеватый огонек.

– Нет, если он злится, то глазки поблескивают. А еще от него тогда такая… – скупщик неопределенно повел в воздухе растопыренными пальцами. – Ну, звон как бы идет. Глухой такой…

– Как это звон может быть глухим? – еще больше удивилась Краля.

– А вот так.

– Это что, прям тело его звенит?

Курильщик вздохнул.

– Нет, у тебя в голове звенеть начинает.

– А я слышал, он если собирается убить кого-то, капюшон с головы снимает, – подал голос Окунь. – И еще будто у него любимое оружие – «маузер » , весь такой черный и…

– Иди, короче, – заключил Курильщик. – Приглядись к нему, потом доложишь.

Краля что-то пробурчала и вновь направилась к столику в углу. Бармен с хозяином не отрываясь смотрели на ее качающиеся под джинсовой тканью ягодицы – хотя оба видели их уже неоднократно, и не только под тканью, да и, честно сказать, не только видели…

– Силикон у нее там, что ли? – пробормотал Окунь.

Курильщик пожевал сигару и сказал:

– Налей-ка мне…

Девица тем временем приблизилась к столику и наклонилась над посетителем. Низкорослый сталкер поднял глаза. Он сидел в той же позе, упершись в столешницу локтями и сцепив пальцы. Позади была стена из оструганных бревен, над головой – скошенный дощатый потолок. Интерьером бара, естественно, никто не занимался – откуда в Зоне дизайнеры? – но как-то так получилось, что зал казался специально оформленным «под старину » . Ну а само заведение было хитро спрятано от посторонних взглядов. Русло давно высохшей реки, у которой, как и положено, один берег пологий, а другой – обрывистый… внутри этого обрывистого берега и находилась «Берлога » . Окна имелись только в предбаннике и одной стене этого зала, виднелось сквозь них поросшее кустами и деревцами речное русло, то есть теперь уже – просто очень глубокий и широкий овраг, извилисто уходящий вдаль. Позади бара – земляные пещеры, соединенные коридорами, изнутри покрытые деревом или железными листами… Два этажа комнат, кладовых, да еще и секретные подвалы. Попасть в заведение можно только через центральный вход, денно и нощно охраняемый. В общем, хорошее место Курильщик себе оборудовал. Сверху, с вертолетов, его не видно, на берегу сразу лес начинается, там сплошные кроны, и сколько ни пялься, ни за что не разберешь, даже если у тебя бинокль, что внизу такой домина спрятан. Скупщика многим ограбить хотелось бы, потому что поговаривали, у него сбережений столько… Хватит полстраны купить.

liniya_ognya

Возможно не удалось распознать кодировку файла

Василий Орехов

Линия огня

Глава 1

Чертово яйцо

Я вам честно признаюсь, ребята: когда в тебя с сорока шагов целится из пистолета твой ближайший друг, которому ты не раз и не два спасал жизнь в Зоне, с которым ты плечом к плечу неоднократно отстреливался от военных сталкеров и мародеров, с которым ты всегда делился последней банкой тушенки и совместно с которым у тебя выпита не одна цистерна горюче?смазочных материалов в баре «Шти » , – то удовольствие значительно ниже среднего.

Предельно паскудно это, если кто еще не понял.

Как сказал в похожей ситуации страус из одного мультика, в таком дурацком положении я не оказывался даже в Канаде.

– Не дергайся, Хемуль, – сосредоточенно произнес Патогеныч, сжимая рукоять пистолета обеими руками. От напряжения голос у него слегка подрагивал, и это мне уже совсем не нравилось. – Стой спокойно. Вообще не шевелись, собака, не то я тебе вот такенную дырку во лбу сделаю. Будешь ходить с дыркой, как последний придурок.

Я судорожно облизал губы. Еще и еще раз измерил взглядом разделявшее нас расстояние. Черт. Черт.

– Ладно, брат, – проговорил я, стараясь, чтобы мой голос звучал сухо и независимо. Не уверен, что это у меня получилось, но я, по крайней мере, попробовал. – Решил стрелять, так стреляй, нечего разговоры разводить. Не в Верховной раде.

– Хемуль, ты меня не учи детей делать, – угрюмо хмыкнул Патогеныч.

Черное жерло пистолетного дула гипнотизировало меня, не давало отвести взгляд. Наверное, я смотрел на него, как кролик на удава. Поймав себя на этом, я усилием воли скосил глаза, скользнув взглядом мимо Патогеныча, замершего в воротах полуразрушенной фермы. Краем глаза зацепил видневшийся через пролом в стене лес вдали, полуразрушенный железный шлагбаум, насмерть проржавевшие останки древнего «ЗИЛа » , который когда?то был припаркован на хоздворе, да так навсегда там и остался, закрутившиеся огромной пенной спиралью причудливые облака в пронзительно?синем небе. Подсознательно каждую секунду ожидая выстрела, придирчиво оглядел серые стены помещения. Все, что находилось внутри, было либо серым, либо черным, либо паутиной. Всеобщая разруха, мерзость запустения. Войдя в этот чертов коровник, я еще от входа заметил на стене плотоядный гриб?невидимку, вздувшийся уродливым наростом посреди неряшливых сырых пятен на потемневшей от старости штукатурке, но потом меня отвлекли начавшиеся крутые неприятности, и я теперь никак не мог вспомнить, где именно он сидит: поганое хищное растение идеально сливалось с окружавшей его серостью, чернотой и паутиной. Впрочем, какое мне теперь до него дело, если секундомер моей жизни, похоже, отсчитывает последние сладостные мгновения? Какими все?таки пустяками всегда забита голова в моменты смертельной опасности…

Не верьте тем книжным романтикам, которые утверждают, что за миг до смерти перед глазами человека проходит вся его жизнь. Чепуха, авторитетно заявляю как эксперт в данном деле. В этот момент в совершенно пустой голове болтаются только пара одиноких мыслей про спрятавшийся гриб?невидимку и обожженное жгучим пухом плечо, а также дурацкое мимолетное сожаление по поводу того, что куча денег за драгоценный артефакт, из?за которого ты сейчас почти наверняка останешься лежать здесь с простреленной башкой, благополучно промарширует мимо тебя. Да еще истерично мерцающее на краю сознания, как зеленый человечек на светофоре: «Нечестно! Нечестно! » Всякие умники?новички наивно полагают, что настоящий крутой сталкер должен думать исключительно мужественным матом, особенно в критических ситуациях, а слово «нечестно » годится разве что для детского сада или подростковых повестей; ступайте к дьяволу, умники. Почему?то все окрестные земли усеяны вашими костями, а не моими.

Впрочем, какая разница, если конец все равно один. Топтал я Зону во много раз дольше вас, умники, а что толку?

Я устало закрыл глаза, не в силах больше видеть многолетние пыль и паутину вокруг. Выстрела все еще не было. Неправильно это, когда последнее, что видишь перед смертью, – пыль и паутина. Есть в этом какая?то высшая подлость.

Как только зрение перестало передавать в мозг свои восемьдесят процентов информации, сразу обострились все остальные чувства. Иногда я пользовался этим приемом, когда не мог понять, что именно тревожит меня на маршруте, почему я никак не могу сделать следующий шаг по тропе, хотя глаза не различают ни малейшей опасности. Часто это срабатывало, и я быстро обнаруживал источник тревоги.

На грани слышимости тут же обозначился далекий гул винтов – патрульный вертолет миротворцев барражирует над Свалкой. Едва ли он направится в нашу сторону, тут же автоматически щелкнул аналитический центр в моей голове: закладывает вираж над Собачьей деревней в сторону Периметра. Тянет пронзительно?горелым и чем?то кислым от трупа псевдоплоти, валяющегося в соседнем стойле. Ребристая поверхность головки болта в пальцах. Зачем мне теперь болт? Ладно, пусть будет. Умереть с болтом в руках – мечта любого сталкера! Прекрасная героическая фраза, по уровню идиотизма вполне заслуживающая быть вставленной в мультик про страуса. Тяжелое прерывистое дыхание Патогеныча, отчетливо доносящееся даже с такого расстояния. Неплохо бы ему наконец бросить курить, не то рак легких в ближайшие несколько лет сведет его в могилу. А ведь не так?то просто выстрелить в своего старого боевого товарища. Ломает, брат, правда? Выстрела все еще не было. Интересно, я успею услышать выстрел или умру быстрее, чем его грохот догонит убежавшую вперед пулю?..

И еще тонкий отвратительный звук в окружившем меня непроглядном мраке – прямо передо мной. Едва уловимый, на грани слышимости, перекрываемый даже шепотом травы под порывами ленивого ветра, но от этого не менее зловещий и неприятный – словно кто?то снова и снова ударяет смычком по обратной стороне двуручной пилы, и ее изгибающееся полотно тонко вибрирует, плачет и поет неестественным голосом, захлебываясь и всхлипывая, словно неземное существо с четырьмя пулевыми ранениями в груди.

Решив все?таки, что дожидаться выстрела с закрытыми глазами неконструктивно, я снова уставился точно в дуло «беретты » . Привет, родная.

А начинался этот поганый день совсем неплохо. Заночевав в баре «Сталкер » , мы с Патогенычем рано утром вдвоем выдвинулись на Милитари. Солнце пекло как бешеное, даже не верилось, что уже глубокая осень. Впрочем, в Зоне всегда глубокая осень, даже поздней весной. Последний выброс был давно, так что до Милитари у нашего клана уже имелась более или менее провешенная тропа – не то чтобы совершенно безопасная, но, по крайней мере, минимально обозначенная на местности. Другой вопрос, что дальше, на севере уровня, куда мы сейчас направлялись, аномалии всегда стояли стеной, и даже самые матерые ветераны предпочитали не забираться сюда поодиночке или в паре. На Милитари часто родятся хорошие артефакты, но такой риск все равно не оправдан. Для вылазки требуется пять?шесть минимально обученных отмычек, на всякий случай. Для собственного спокойствия. И опытный помощник ведущего. Опять же и от мародеров с кабанами чтобы можно было без особого труда отбиться, если что.

Однако когда несешь в контейнере жутко дорогой артефакт, а вокруг тебя пять?шесть непредсказуемых стволов, ситуация выходит довольно двусмысленная. Да и хабар приходится потом делить на всех, если ведешь с собой полдюжины отмычек. Не сказать, чтобы мы с Патогенычем по жизни были патологически жадными, но, когда он плюхнулся рядом со мной на высокий табурет бара «Шти » и выложил на стойку распечатку битого файла с ПДА одного погибшего бродяги, труп которого обнаружил неподалеку от брошенной военной базы, я сразу понял, что отмычки нам в этом деле ни к чему.

Судя по всему, сталкер из клана «Чистое небо » ходил на Милитари один. Иначе было бы непонятно, почему напарники бросили его тело в Зоне прикованным жадинкой к бетонной плите, со всем оружием и снаряжением, а также столь ценной информацией. За его портативный компьютер Патогеныч, кстати, получил некоторые деньги от системного гения Че; тот наверняка огреб вдвое больше, продав его «Чистому небу » , но это уже не наш бизнес. Вот только предварительно мой коллега пошарил в ПДА покойника и скачал себе всю любопытную информацию, которая нашлась в электронной памяти. А один битый файл из корзины и вовсе затер – так, на всякий случай.

Chernyiy Angel

Возможно не удалось распознать кодировку файла

Шалыгин Вячеслав

Черный Ангел

s.t.a.l.k.e.r. –

Аннотация

«Черный Ангел » … Зона еще не знала такой гигантской и мощной аномалии! Она появилась внезапно, и не менее неожиданно возникла целая армия ее адептов, вооруженных до зубов и тоже именующих себя черными ангелами. Наемнику Андрею Луневу, который подрядился провести в центр Зоны двух ученых, предстояло сразиться с этими самыми ангелами, а еще – с бывшими «коллегами » и множеством сталкеров, охотящихся за «Джокером » – таинственным артефактом, по слухам дающим власть над всеми мутантами Зоны…

Вячеслав Шалыгин

Пролог

Календарная зима разменяла вторую декаду, но вела себя как закоренелая лентяйка. Никакого тебе мороза или хотя бы явных холодов, ни единой снежинки и порывов северного ветра. Над Зоной привычно висели низкие серые тучи, накрапывал дождь, иногда в отдельных секторах ветви деревьев и траву покрывал толстый слой инея. Вот, пожалуй, и все. Многочисленные водоемы оставались свободными ото льда, а земля чавкала жирной грязью. То есть особых отличий от осени пока не наблюдалось.

«День стал короче, – все-таки нашел существенное отличие майор Бражников. – А в остальном… сиротская зима, некачественная. То ли дело дома, в Сибири. Там уже месяц, как белым-бело. Ну, почти. Не считая городских пейзажей, особенно кузбасских, поблизости от угольных шахт и разрезов. Но даже там подмораживает не по-детски. Шутка ли, десятое декабря. Самое время для первой волны настоящих морозов » .

Майор обернулся и жестом приказал своим бойцам рассредоточиться. Позади цепи спецназовцев виднелись серые китовые туши двух вертушек. Сходство дополняли «фонтаны » вращающихся лопастей, которые серебрились над горбатыми спинами винтокрылых машин. Не было только тяжелых вздохов и плеска. Звуков вообще было мало. Гул двигателей и свист рассекаемого лопастями воздуха для этих моделей вертолетов нехарактерны. Как конструкторам удалось добиться такого эффекта, для Бражникова всегда было загадкой, но факт оставался фактом – вертушки считались почти бесшумными, в самый раз для секретных операций. Уходить на базу «борта » не собирались, они просто выполняли приказ не глушить на всякий пожарный случай двигатели. Зона есть Зона, здесь следует быть постоянно начеку. Тем более, прибыв в оперативный квадрат по такой тревожной «вводной » .

Мысль об опасности, пропитывающей Зону насквозь, заставила майора в который раз окинуть взглядом окрестности. Раньше в этот район он приходил только в составе пеших групп. Иногда удавалось проехать часть пути на машине, но на юго-западной окраине Чернобыля приходилось спешиваться и месить вечную грязь сапогами. Однажды удалось проникнуть в смежный с этим сектором район Лелева по воде, но это был исключительный случай. Почти такой же, как сейчас, когда спецназ рискнул высадиться на берегу бывшего пруда-охладителя ЧАЭС в секторе Копачей. Даже при слабом свете хмурого дня, почти в сумерках, на севере была хорошо видна вытяжная труба станции, а в западном направлении, среди потерявших листву, но все равно густых зарослей угадывались холмики над руинами поселка. Большую часть домишек мертвого населенного пункта засыпали землей еще после первой катастрофы, когда безуспешно пытались отстоять зону (тогда еще не с заглавной буквы) в борьбе с радиацией. Тот бой был проигран вчистую и практически сразу, а потому поселок Копачи ликвидаторы похоронили не полностью, сколько успели. До сегодняшнего дня у трассы Чернобыль – Припять, среди вымахавших за неполные три десятилетия деревьев сохранился десяток покосившихся деревянных строений и остовы пары каменных зданий. В одном из них, бывшем детском саду, рейдовые отряды военных частенько устраивали оперативный штаб, и вообще условно он считался центром сектора, своего рода точкой сбора в непредвиденных ситуациях.

Сегодня группа спецназа высадилась далеко от дороги, но и в таком ракурсе Копачи были майору не в новинку. Он сразу засек знакомые ориентиры и определил направление поиска. Строго на север, вдоль берега, порядка трехсот метров. Именно там, по данным разведки, нелегальные торговцы артефактами обустроили временный склад-перевалку, поблизости от которого во время зачистки у военных и возникли проблемы. Как сказал оперативный дежурный, предпоследнее сообщение от командира «чистильщиков » не оставляло сомнений – подразделение вышло на цель. А вот следующий рапорт был уже не таким бодрым. Даже больше – сумбурным и невнятным.

«Кричал, что попали в большую мясорубку, просил вертушки, – вручая листок с коротким предписанием, добавил дежурный. – Смотрите там, осторожно работайте, тоже не вляпайтесь… »

Бражников попытался уточнить, что подразумевал командир «чистильщиков » под словом «мясорубка » и упоминал ли о превосходящих силах противника, но дежурный только пожал плечами. Начштаба МИС, неожиданно явившийся собственной высочайшей персоной к отлету спецназа, ситуацию тоже не прояснил. Лишь повторил просьбу дежурного работать без ухарства и пожелал удачи.

Майор против такой постановки задачи, в принципе, не возражал. В сложившейся ситуации важнее было прибыть в квадрат максимально быстро, а уж разобраться можно и на месте. Для того и существуют силы быстрого реагирования, чтобы молниеносно отвечать на любые раздражители и утрясать проблемы.

И все-таки иметь более конкретную информацию до начала операции было бы лучше. Хотя бы свежую сводку об аномальной активности в секторе. Вляпаться в какую-нибудь дрянь (хотя бы в самую простую «Карусель » – уже проблема) на подлете или в момент высадки можно было запросто. Вечные сумерки из-за низкой облачности и паршивая погода вполне к этому располагали.

К счастью для группы, вертушки сели успешно, аномалий ни детекторы, ни профессиональное чутье не уловили, а с мутантами в секторе все было вообще прекрасно, то есть никак. С одной стороны, такая стерильная чистота территории радовала, но с другой – настораживала. Во всяком случае, не расслабляла. По собственному опыту Бражников знал, что «чистота » в Зоне – первый признак приближения крупных неприятностей. И чем чище сейчас, тем крупнее проблемы будут чуть позже. Зверье и аномалии полностью исчезали из сектора только в двух случаях: если Зона собиралась закрыть его на консервацию либо если назревало образование другой аномалии, более мощной и крупной, чем все существовавшие здесь «Трамплины » , «Воронки » и «Карусели » , вместе взятые.

Майор бросил взгляд на экран детектора. Приборчик пока не улавливал серьезных возмущений аномальной энергии, но это ничего не значило. Электроника работает строго по программам, а их пишут люди. А люди Зону пока до конца не поняли, то есть всего учесть не в состоянии. Оставалось полагаться на чутье, которое подсказывало Бражникову, что проблемы, конечно, назревают, к бабкам не ходи, но время пока есть.

Бражников для комплекта проверил эфир – тишина – и подал знак бойцам. Группа тотчас двинулась в сторону склада. Замаскирован объект был тщательно, со стороны – поросший кустарником холм, каких тут в избытке, однако его выдавали две очевидные вещи: укатанная дорога, ведущая к спрятанным в зарослях основным воротам, и небольшой, но явно рабочий причал у ворот вспомогательных, выходящих на пруд.

Жирная грязь под ногами мешала двигаться быстро и скрытно, налипая комьями на сапоги и предательски чавкая, но постанывания путающегося в ветвях слабого ветра и мерный плеск холодных волн перекрывали все демаскирующие звуки, а потому приблизиться к складу удалось почти бесшумно. Жаль, что только приблизиться, а не проникнуть в него.

В последний момент, когда до ворот оставалось не больше полусотни метров, один из бойцов на левом фланге споткнулся и плюхнулся в грязь на одно колено. Майор обернулся к нарушителю звуковой маскировки и замер, напряженно вглядываясь в полумрак. Нет, с бойцом все было в порядке, он быстро поднялся, но дальше почему-то не двинулся. Бражников окинул взглядом участок местности перед застывшим в нерешительности воином. Суть сомнений бойца стала понятна с первого взгляда. Путь ему преградил настоящий завал из человеческих тел. Примерно два десятка мертвецов валялись вповалку, в разных позах на площади в тридцать квадратных метров.

Майор жестом приказал группе остановиться и медленно приблизился к месту побоища.

Эпицентр Удачи

Возможно не удалось распознать кодировку файла

Дмитрий Янковский

Эпицентр удачи

Глава 1

В которой сталкер по кличке Лемур едва не расстается с жизнью, но чудом выкручивается и находит доказательство правдивости старой легенды

В детстве я частенько подумывал, что буду делать, если найду волшебную палочку, способную исполнить пусть одно, зато любое желание. Ан нет – не случилось... Фантазии так и остались фантазиями. Но, наверное, именно подсознательные поиски этой самой волшебной палочки привели меня в Зону, и теперь я лежал рядом с рухнувшей и проржавевшей высоковольтной опорой, в жидкой грязи, пахнущей когда-то пролитыми здесь нефтепродуктами, на меня падали крупные капли кислотного дождя, а впереди, прямо по ходу моего предполагаемого движения, вибрировал воздух. Знаете, как над костром. Только огня видно не было, потому что не костер это был, а весьма распространенная в здешних местах аномалия. На местном жаргоне “Трамплин”. Что это за хрень – пусть очкарики разбираются, с моей же, сугубо утилитарной точки зрения, соваться туда не стоило, поскольку там притаилась сама смерть. Почти невидимая, словно капкан на крупного зверя, но куда более, чем капкан, страшная. В пасмурную погоду и в дождь аномалию трудно заметить, а во время перестрелки так и вовсе можно нарваться, не глядя, поэтому здорово выручал купленный у Сидора детектор. А кто пожадничал... Видал я, что от них оставалось... Такие трупы даже обыскивать зачастую не имеет смысла – в рюкзаке мало что целого остается, а банки с тушенкой, к примеру, выворачивает натурально наизнанку, жестью внутрь, мясом наружу. Хотя трупы чаще всего тоже валялись мясом наружу, так что некая логика в действии аномалий все же проглядывала.

Я лежал уже с полчаса – отдыхал. Для меня, знаете, сложное препятствие всегда повод для отдыха. И не потому, что лень вперед меня родилась, как говаривают обо мне друзья-сталкеры, а как раз напротив. Пашу я, как лошадь, так что только перед очередной смертельной ловушкой и отдыхать.

Закатное солнце с трудом пробивалось через плотную пелену туч, в такую погоду день с вечером хрен различишь, но вот что мне, правда, не понравилось, так это хриплый собачий лай, раздававшийся возле брошенного после аварии на АЭС элеватора. Вообще-то к псевдособакам, стаями рыскающим по Зоне, я давно привык – твари не очень большие, точный пистолетный выстрел срубает такую наглухо. Плохо, когда они стаями нападают, а это бывает частенько, тогда и автомат не всегда может выручить, особенно если, как сейчас, маневрирование затруднено условиями местности. Справа от меня валялась опора ЛЭП, вросшая в размокшую глину отростками проводов, по которым когда-то бежал в страну ток от Чернобыля, с другой мешал отходу бетонный забор трансформаторной подстанции. А впереди, аккурат между ними, вибрировал воздух над аномалией. Так что, если нападет стая псевдособак, особенно скакать будет негде, но дело даже не в этом. Лично для меня страшны не сами псевдособаки – видал я их во всех видах, – а военные вертолетчики, патрулирующие Зону с воздуха. Стаи псевдособак привлекали их как веселое безопасное развлечение. Пострелять с воздуха, а потом ободрать хвосты, хорошо идущие на черном рынке как экзотический мех, – не развлекуха ли? Да еще с пользой для кошелька.

Но беззаботное веселье военных, охраняющих Зону, для сталкеров вроде меня могло запросто обернуться бедой. Наш брат в реалиях зоны отчуждения с любой стороны вне закона, и моя жизнь, равно как жизнь любого из сталкеров, не стоит даже четверти хвоста псевдособаки. Стрелять в меня или не стрелять, для военных не вопрос совести, а вопрос экономии боеприпасов. Или вопрос получения взятки, что тоже случалось нередко. Хвостом собачьим от них, понятное дело, хрен откупишься, а вот пара банок тушенки уже реально могла спасти жизнь. Если же при тебе есть какой-нибудь из зоновских артефактов, пусть даже вроде распространенной “Медузы”, тогда твои шансы на выживание возрастают еще больше. Хотя с военными договариваться опасно. Например, Витя Бизон, будучи задержанным на кордоне, слил почти всю амуницию, получил сначала добро на проход, а потом, шагов через тридцать, очередь в спину. Так что я с вояками старался пересекаться по минимуму, ради чего прикупил у Сидора всечастотный радиосканер, помогающий слышать переговоры любой группы, выходящей в эфир. Я его включил и тут же услышал голос, искаженный шипением радиопомех:

– Ветер, я База! Хорош собак пасти! Пройди вдоль железки, там мутанты шалят недалеко от восьмого кордона.

– Принял, База. Выдвигаюсь.

Через минуту в воздухе послышался клекот турбин, и из-за бетонной громады элеватора выплыл, постепенно набирая скорость, тяжелый штурмовой вертолет, раскрашенный камуфляжными пятнами.

– База, тут хрен какой-то залег за элеватором. Вальнуть по ходу?

Я вздохнул и стянул с плеча автомат с подствольным гранатометом. Против бронированной вертушки не ахти какое вооружение, тут бы “ПЗРК” лишним не оказался, но хоть какой-то ответ. Правда, выстрел к подствольнику оставался только один, но вояки-то этого не знали! Не получится сбить, может, выйдет взять на испуг.

– Ветер, я же приказал отставить развлечения! Че, помехи, блин, мешают восприятию или уши надо прочистить? Так я, блин, прочищу по возвращении, только через другое отверстие. Давайте живо на кордон!

– Принял! – кисло ответил вертолетчик.

Винтокрылое чудовище пролетело прямо надо мной, обдав ветром, воем турбин и жарким керосиновым перегаром. Только затихло, снова послышался лай псевдособак – стая огибала элеватор, двигаясь в мою сторону. Но и без этой причины пора было выбираться, а то встречать ночь в Зоне под открытым небом мне хотелось меньше всего. Сложность состояла в том, что впереди, между забором и рухнувшей решетчатой фермой, маячила аномалия, а назад по оврагу возвращаться, во-первых, было неблизко, во-вторых, небезопасно. Там на одном из участков сильно фонило, а радиация вызывала у меня какой-то иррациональный ужас. Не очень приятно сознавать, что с каждым щелчком счетчика Гейгера тебя прошивает хоть и очень малокалиберная, но весьма убойная пуля, разрывающая клеточные мембраны, калечащая хромосомы и отрывающая куски аминокислот твоего еще не старого и вполне работоспособного тела. В связи с этим бзиком я довольно много денег тратил на антирад, компенсирующий последствия ионизирующей атаки на тело. Я закупал его у Сидора пачками, но старался не попадать в места, где его надлежало использовать. Однако иногда избежать таких мест не удавалось, поскольку другие маршруты в выбранном направлении грозили куда более быстрой смертью.

В принципе любой другой сталкер, оказавшись в моем положении, предпочел бы отмахать полтора километра назад по оврагу через зараженное место, чем переть на аномалию. Но мне, даже без оглядки на радиацию, крюк в три километра с выходом к той же подстанции, но с другой ее стороны, казался непомерной растратой личных ресурсов. И пусть друзья считают меня лентяем, пусть ко мне прилипло прозвище Лемур, но я-то знал, что это не лень, а рациональное использование собственного времени и сил.

Короче, я решил двигаться прямо. По крайней мере, попытаться это сделать, перед тем как принять решение об отходе обратно. Дело в том, что при всей опасности аномалий определить их границы довольно легко. А за этими границами они не действуют. Не факт, конечно, что встретившуюся мне аномалию можно было запросто обогнуть – могли помешать забор и валявшаяся справа опора, но попытаться все же стоило. Самое смешное, что, как говорил Бес, способ определения границы аномалий придумали не сталкеры. Придумал его какой-то писатель-фантаст, или, точнее, писатели, потому что они вместе свои книжки варганили. Типа братья. Так вот они в одной книжке про что-то вроде нашей Зоны писали, задолго до ее реального появления. Только там Зона возникла не на месте чернобыльской катастрофы, а хрен знает вообще от чего. Наверное, от высадки инопланетян, фантасты такую хрень любят. Но Зона как Зона – с ловушками, сталкерами, артефактами, вояками, мутантами и всеми делами. Вот только, говорят, бандитов у тех писателей не было. Не предусмотрели. А разные аномалии были. И сталкер, про которого речь, кидал перед собой гайки, чтобы понять, где они нормально падают, а где аномально. Хороший способ. Мне он много раз жизнь спасал.

Я повесил автомат за спину и ползком двинулся вперед, туда, где за пеленой дождя едва заметно вибрировал воздух. Вскоре запищал индикатор. Сначала сигналы звучали с приличными интервалами, потом все чаще и чаще. Дальше двигаться было нельзя, поэтому я вытащил из рюкзака мешочек с болтами, достал одну железяку, взвесил в руке, примерился и метнул вперед, как гранату. Болт очертил дугу, но на землю упасть ему было не дано – почти однородное пространство, с чуть иным, чем у воздуха, коэффициентом преломления, вдруг взорвалось, подобно бомбе, раскидав вокруг воздух ударной волной и грязь жидкими брызгами. Болт при этом разнесло в пыль, на мой взгляд, от него вообще ничего не осталось.

– Мощная... Псевдособака ее раздери! – выругался я.

Пришлось взять еще один болт и кинуть так, чтобы он упал рядом с забором подстанции. Но я чуть ошибся, железка попала в бетон, отскочила на метр и попала в зону аномалии. Воздух снова ухнул, а меня окатило потоком жидкой грязи. Стало ясно, что между забором и аномалией лезть не стоит. Тогда я метнул болт вправо, чтобы прикинуть, каков зазор между аномалией и рухнувшей опорой ЛЭП. Зазора не оказалось – болт не успел коснуться земли рядом с решетчатой фермой, как воздух взорвался, завертелся вихрем, а затем снова жахнул так, что у меня капюшон с головы сорвало. Загудели, как толстые басовые струны, лопнувшие стальные растяжки, а часть решетчатой фермы свернуло в причудливое кружево.

Картинка-подпись
Хотите зарабатывать на СтудИзбе?

Комментарии

Поделитесь ссылкой:
Рейтинг-
0
0
0
0
0
Поделитесь ссылкой:
Сопутствующие материалы
Свежие статьи
Популярно сейчас
А знаете ли Вы, что из года в год задания практически не меняются? Математика, преподаваемая в учебных заведениях, никак не менялась минимум 30 лет. Найдите нужный учебный материал на СтудИзбе!
Ответы на популярные вопросы
Да! Наши авторы собирают и выкладывают те работы, которые сдаются в Вашем учебном заведении ежегодно и уже проверены преподавателями.
Да! У нас любой человек может выложить любую учебную работу и зарабатывать на её продажах! Но каждый учебный материал публикуется только после тщательной проверки администрацией.
Вернём деньги! А если быть более точными, то автору даётся немного времени на исправление, а если не исправит или выйдет время, то вернём деньги в полном объёме!
Нет! Мы не выполняем работы на заказ, однако Вы можете попросить что-то выложить в наших социальных сетях.
Добавляйте материалы
и зарабатывайте!
Продажи идут автоматически
3546
Авторов
на СтудИзбе
921
Средний доход
с одного платного файла
Обучение Подробнее